Семья сон

Солнечный свет пробивался сквозь панорамные окна моего кабинета в штаб-квартире гильдии «Арджин». Я откинулся на спинку массивного кожаного кресла, чувствуя, как привычная тяжесть силы Теневого Монарха пульсирует в венах. Мой рост в сто девяносто два сантиметра иногда казался тесным даже для этого просторного помещения. Я посмотрел на свои руки — длинные пальцы, холодная уверенность. В зеркальном отражении окна на меня глядел мужчина с иссиня-черными волосами и глазами цвета грозовой тучи, в которых иногда вспыхивали искры фиолетового пламени.

Прошли годы с тех пор, как я переписал судьбу этого мира. Я был бессмертен, застыв в своем совершенстве, и с помощью магии поддерживал ту же неувядающую молодость в своей жене. Юми... Моя единственная слабость и моя величайшая сила. Мы были вместе с восемнадцати лет, прошли через нищету, страх и хаос, прежде чем я стал тем, кем являюсь сейчас.

Дверь кабинета приоткрылась, но это была не она.

– Джинву, я принесла отчеты по рейдам, – раздался голос, который в последнее время вызывал у меня лишь глухое раздражение.

Ча Хэин вошла в кабинет, чеканя шаг. Она была S-ранговым охотником, сильной, красивой и... абсолютно помешанной. Она не видела во мне человека, она видела в себе «ровню» Монарху. В её глазах горел фанатичный блеск, который она принимала за любовь.

– Оставь на столе, Хэин, – холодно бросил я, не оборачиваясь.

– Почему ты так официально? – Она подошла ближе, и я почувствовал её резкий парфюм. – Мы ведь оба охотники, Джинву. Только я могу по-настоящему понять груз твоей силы. Твоя жена... она ведь просто человек. Красивая кукла, которая не знает, что такое запах крови и свист меча. Мы — пара, созданная самой судьбой и системой. Ты любишь меня, я знаю это, просто ты слишком благороден, чтобы признать ошибку молодости.

Я медленно повернул голову, мои серые глаза сузились, становясь похожими на два лезвия.

– Ты несешь бред, Хэин. Уходи.

В этот момент дверь распахнулась шире, и в кабинет вошла Юми. Моё сердце, которое мгновение назад было холодным камнем, пропустило удар. Она была прекрасна: черные как смоль волосы каскадом спадали на плечи, фарфоровая кожа сияла в лучах солнца, а небесно-голубые глаза светились добротой. При росте в сто шестьдесят два сантиметра она казалась хрупкой рядом с нами, но я знал, какая сталь скрыта внутри этой женщины. В руках она держала контейнеры с обедом — моим любимым домашним обедом.

– Ой, я помешала? – Юми улыбнулась, но взгляд её мгновенно оценил обстановку.

Хэин даже не обернулась, продолжая смотреть на меня.

– Ты пришла вовремя, Юми, – ядовито произнесла охотница. – Тебе пора узнать правду. Джинву нужен кто-то его уровня. Кто-то, кто разделит с ним вечность битв, а не домашние хлопоты.

Я уже собирался призвать тени, чтобы вышвырнуть Хэин из здания, но Юми сделала шаг вперед. Она поставила обед на столик и, к моему удивлению, мягко взяла Хэин за руки.

– Ах, Хэин... – Юми прижала ладони охотницы к своим щекам, в её глазах внезапно блеснули слезы. – Ты такая милая. Такая искренняя в своих чувствах. Знаешь, я долго думала об этом. Ты права.

Хэин замерла, опешив от такой реакции. Я тоже застыл, приподняв бровь. Моя жена явно затеяла игру.

– Ты... ты согласна? – недоверчиво переспросила Хэин.

– Конечно! – Юми шмыгнула носом, выглядя совершенно разбитой. – Забирай его. Я так устала притворяться. Только вот боюсь тебя огорчить... Видишь ли, у Джинву за душой ни гроша.

Хэин нахмурилась:

– О чем ты говоришь? Он глава сильнейшей гильдии!

– О, это лишь фасад, – Юми выпустила её руки и начала картинно заламывать свои. – Все счета, этот дом, само здание гильдии — всё переписано на моё имя. Я контролирую каждый вон. У него нет даже личной кредитки. Если он уйдет ко мне, он уйдет в одних брюках. Он нищий, Хэин. Ни-щий.

Юми пустила скупую слезу, которая медленно скатилась по её фарфоровой щеке.

– Но ты ведь не из-за денег его любишь, правда? – Юми с надеждой заглянула в лицо охотницы. – Тебе ведь не важен статус великого Монарха и его богатства? Вы будете жить в маленькой съемной квартирке, он будет искать работу обычным охранником, а ты будешь содержать его на свою зарплату охотника. Какая романтика! Я вас благословляю. Совет да любовь!

Лицо Хэин изменилось в одно мгновение. Маска «влюбленной соратницы» испарилась, обнажая истинное, искаженное алчностью и гордыней лицо. Она отшатнулась от Юми, словно та была заражена чумой.

– Как это — ничего нет? – её голос сорвался на визг. – Ты врешь! Он — Теневой Монарх!

– И что? – Юми невинно захлопала ресницами. – Сила в подземельях не платит по счетам в супермаркете. Так что, забираешь его?

– Да на кой мне сдался этот нищеброд! – истерически закричала Хэин, забыв о всяком приличии. – Мне нужен статус жены самого влиятельного человека в мире, а не альфонс без гроша в кармане!

Воздух в кабинете мгновенно похолодел. Тени в углах зашевелились, подчиняясь моему гневу, но Юми была быстрее. Её рука, секунду назад казавшаяся нежной, стальным захватом сжала запястья Хэин. Я услышал отчетливый хруст.

– Ах ты... – Юми больше не улыбалась. Её голос стал тихим и ледяным, как глубины бездны. – Значит, статус?

Хэин вскрикнула от боли, пытаясь вырваться, но сила моей жены, подпитанная моей же магией, была необорима для неё в этот момент.

– Убирайся, – прошипела Юми, глядя ей прямо в глаза. – Если я еще раз увижу тебя рядом с моим мужем или услышу твой голос в этом здании — сломанными руками ты не отделаешься. Я скормлю тебя теням, и даже Джинву тебя не спасет. Поняла?

Юми резко оттолкнула её. Хэин, спотыкаясь и прижимая сломанные руки к груди, бросилась к выходу. Она вылетела из кабинета так быстро, что едва не снесла дверной косяк.

Тишина воцарилась в комнате. Юми постояла секунду, тяжело дыша, а затем вдруг звонко рассмеялась.

– Боже, Джинву, ты видел её лицо? «Нищеброд»! Ха-ха-ха!

Она подошла ко мне, всё еще посмеиваясь, и присела на край стола. Я притянул её к себе, обнимая за талию и утыкаясь лицом в её живот.

– Ты была великолепна, – пробормотал я. – Но зачем было ломать ей руки? Я мог просто стереть её из реальности.

– И лишить меня удовольствия? – Юми лукаво прищурилась и поцеловала меня в макушку. – Ну что, господин Сон, это уже какая по счету твоя «любовница», которую мне приходится выставлять?

– Единственная женщина в моей жизни — это ты, – я поднял голову, глядя в её голубые глаза. – И наши дети.

Юми хихикнула, нежно обнимая меня за шею.

– Кстати о детях. Сухо и Юкио опять устроили соревнование в саду. Сухо пытался вызвать теневых муравьев, а Юкио... ну, ты знаешь нашего Юки. Его теневые щупальца уже в два раза длиннее, чем в прошлом месяце. Они чуть не разнесли оранжерею.

Я вздохнул, представляя своих десятилетних сыновей. Сухо был моей точной копией, серьезный и целеустремленный. Юкио — или просто Юки — унаследовал черные взъерошенные волосы и небесно-голубые глаза матери. Он был невероятно умен и обладал уникальной формой власти Монарха: его тени принимали форму гибких, смертоносных щупалец.

– А Мина? – спросил я, смягчаясь при мысли о младшей дочери.

– Наша двухлетняя принцесса спит, – улыбнулась Юми. – Она всё утро требовала «папу-моннаха», еле уложила.

Я прикрыл глаза, наслаждаясь моментом покоя. В этом мире, где я был богом, эти стены и эта женщина были моим единственным настоящим домом.

– Джинву? – тихо позвала Юми.

– М?

– А у тебя правда ничего нет?

Я усмехнулся, крепче прижимая её к себе.

– У меня есть всё, что мне нужно. Прямо здесь, в моих руках.

Юми довольно мурлыкнула и начала распаковывать обед.

– Тогда ешь, «нищеброд». Остынет — сама съем.

Я смотрел на неё и понимал: пусть весь мир считает меня величайшим охотником и повелителем смерти. Для неё я был просто Джинву. И это была самая высшая награда, которую я когда-либо получал.

В коридоре послышался топот маленьких ног и звонкий смех. Сухо и Юкио явно решили, что уроки закончены, и пора навестить отца.

– Папа! – дверь распахнулась, и в кабинет влетели двое сорванцов.

Юкио с его вечно взъерошенными волосами уже на ходу выпускал тонкие тени, которые игриво извивались вокруг него. Сухо же шел чинно, стараясь подражать моей походке, но блеск в глазах выдавал его восторг.

– Юми, кажется, спокойный обед отменяется, – констатировал я, вставая навстречу сыновьям.

– Как и всегда, любимый, – отозвалась она, раскладывая палочки. – Как и всегда.

Я подхватил обоих сыновей на руки, чувствуя их брызжущую через край энергию. Впереди была вечность, и, глядя на свою семью, я знал — эта вечность будет прекрасной. А Ча Хэин... что ж, надеюсь, она хорошо усвоила урок о том, что статус Монарха принадлежит не только мне, но и той, кто стоит за моей спиной.