Мир без эфира

Шесть месяцев в Магнолии пролетели подобно снежной буре: стремительно, шумно и ослепительно ярко.

Для Айселин, чье детство и юность были скованы вечной мерзлотой Айсбера, а чувства долгие годы оставались запечатаны древней магией, гильдия «Хвост Феи» поначалу казалась опасным хаосом. Это было место, где стены трещали от повседневных драк, где столы летали через весь зал, а в воздухе вечно пахло гарью, элем и смехом. Но именно этот хаос стал для нее тихой гаванью.

Она привыкла.

Привыкла к Нацу, который чуть ли не каждое утро подскакивал к их с Исфридом столику, уперев кулаки в бока и скалясь в своей неугомонной манере: «Эй, Принцесса! А ну-ка покажи свой лед! Посмотрим, растопит ли его мое пламя!» Айселин, не меняя бесстрастного выражения лица, лишь слегка приподнимала бровь и в ту же секунду возводила перед его носом тончайшую, но несокрушимую стену из абсолютной мерзлоты, о которую Драгонслеер с глухим стуком разбивал себе лоб под общий хохот гильдии.

Привыкла к Грею. С ним все было иначе — глубже, спокойнее. Грей понимал холод не как оружие, а как суть. Они часами могли сидеть на парапете моста над рекой, обсуждая тонкости созидания: Грей говорил о гибкости формы и воле, заставляющей лед оживать, а Айселин делилась знаниями Айсбера о кристаллических решетках, способных выдерживать удары духовного ранга. В его глазах она видела ту же тень давней потери, что лежала на сердце у нее самой, и понимала его без слов.

Привыкла к несгибаемой Эрзе, с которой они сошлись характерами мгновенно: прямота, воинская честь и абсолютная преданность тем, кого поклялся защищать. Айселин даже научилась терпеливо ждать, пока Титания с благоговением выбирает в кондитерской клубничный торт, считая это занятие не менее ответственным, чем выбор доспехов для битвы.

Привыкла к Люси. Златовласая заклинательница духов часто смущенно прятала исписанные листы бумаги, когда Айселин подходила ближе, но однажды все же решилась дать ей почитать черновики своего романа. Айселин читала молча, вдумчиво, скользя бирюзовыми глазами по аккуратным строчкам. Человеческие драмы, любовь, сомнения — то, что раньше казалось ей абстрактными терминами из пыльных фолиантов, в строках Люси обретало тепло. «Это красиво, Люси, – произнесла тогда принцесса с редкой, едва заметной полуулыбкой. – Продолжай писать».

Привыкла к Хэппи, который упорно пытался подкармливать ее свежевыловленной рыбой, уверенный, что «ледяная девочка наверняка голодает, раз такая бледная». К маленькой, но невероятно смелой Венди, чей целительный ветер пах весенними цветами. И к Чарли — с этой белоснежной искидкой Айселин часто обменивалась понимающими взглядами, когда гильдия в очередной раз грозила разнести город. Судьба, как они обе знали на горьком опыте, была той еще изменчивой штукой.

Рядом всегда был Исфрид. Ее брат, ее близнец, ее опора. Ис преодолел последствия темного плена у лорда Валтора, смыл с себя въевшуюся горечь фатализма и вновь стал тем мудрым, чутким принцем, каким Айселин помнила его в редких обрывках уцелевших воспоминаний. Он оберегал ее, порой даже с излишней опекой, но в бою они действовали как единый организм — абсолютный щит и карающий лед небес.

Это задание на севере Ишгара они взяли вдвоем. Остальные члены сильнейшей команды гильдии были задействованы на южных границах: совет зафиксировал активность темных культов, и мастера Макарова встревожили донесения разведки.

В каньоне Черного Вереска близнецам предстояло найти и изолировать древний реликт эпохи упадка — артефакт, реагирующий на подземные магические жилы. Поначалу все шло идеально. Пещера, высеченная в толще базальтовых скал, встретила их могильным холодом, в котором близнецы чувствовали себя естественно. Они без труда добрались до центрального святилища, где на постаменте из черного камня пульсировал багровый кристалл, опутанный нестабильными эфирными нитями.

Исфрид немедленно приступил к делу. Его тонкие, точные пальцы выводили в воздухе серебристо-черные руны Магии Ледяного убийцы богов. Символы ложились на кристалл плотным саркофагом, гася вредоносные колебания.

– Еще пара минут, Айси, – не оборачиваясь, произнес Исфрид. Белые волосы брата мерцали в полумраке пещеры. – Структура сложная, но печати Айсбера выдержат.

– Не спеши, – тихо отозвалась Айселин. Она стояла у входа в грот, держа руку на рукояти невидимого оружия, готовая в любую секунду сконденсировать ледяную рапиру. Браслет на ее правом плече вдруг слабо нагрелся, металл кольнул кожу тревожным импульсом. – Эфир вокруг... сгущается. Он пахнет не магией.

Воздух позади нее затрещал, словно горящая бумага.

Из густой, маслянистой тьмы, соткавшейся прямо из каменного свода, шагнула массивная фигура. Длинные закрученные рога, пепельная кожа, покрытая багровыми рунами, и глаза, в которых не было ничего живого — лишь бесконечная, тупая жажда разрушения. От существа разило серой и чистым проклятием.

– Демон книг Зерефа... – процедила Айселин, мгновенно смещая центр тяжести и вставая в идеальную боевую стойку. – Тартарос.

– Букашки из человеческих гильдий, – пророкотал демон, и его пасть разорвалась в омерзительном оскале. В когтистых лапах твари вспыхнуло ядовито-черное пламя, искажающее пространство одним своим присутствием. – Вы опоздали. Сердце бездны принадлежит нашему владыке!

– Айси, осторожно! – крикнул Исфрид, не прерывая плетения рун, по его лбу градом катился пот. – Он повелевает огнем, который даже наш лед будет непросто одолеть! Это проклятие, а не простая магия!

– Знаю, – коротко бросила Айселин.

Ее лицо стало абсолютно каменным, бирюзовые глаза лишились малейшего намека на человеческое тепло, превратившись в два осколка мертвого айсберга. Она сбросила все лишние мысли, активируя свое главное оружие — холодный, безжалостный расчет. Траектория атаки монстра просчитывалась за доли секунды: наклон плеч, вздувшиеся сухожилия на когтистых лапах, смещение воздушных потоков от нарастающего жара.

Демон ринулся вперед, выпуская волну черного огня, способного испепелить плоть и камень.

Айселин не шелохнулась. На указательном пальце ее левой руки вспыхнуло кольцо-артефакт, а татуировка снежинок на предплечье засияла ослепительным сапфировым светом.

– Абсолютный заслон: Зеркало Тундры!

Перед ней выросла монолитная стена чистейшего, спрессованного до плотности алмаза льда. Черное пламя с оглушительным шипением ударило в барьер. Камень под ногами принцессы плавился, превращаясь в лаву, жар обжигал открытые лопатки, но лед стоял. Айселин выверенным движением выбросила правую руку вперед: из ладони вырвался тонкий луч холода, мгновенно материализовавшийся в изящную, безупречно прямую рапиру из голубого льда.

Этот клинок не резал плоть. Он разил суть, рассекая нервные каналы и замораживая саму жизненную искру существа.

Она скользнула вперед с нечеловеческой грацией, уходя под замах когтистой лапы демона. Рапира пронзила грудную клетку твари точно в сплетение проклятых вен. Демон взвыл — звук был полон не физической боли, а первобытного ужаса: холод проник прямо в его черное естество, сковывая проклятую силу.

Но создание Зерефа оказалось хитрее, чем предполагал расчет.

Понимая, что в ближнем бою против ледяной девы ему не выстоять, демон судорожно изогнулся. Вместо того чтобы попытаться вырвать клинок или контратаковать Айселин, он с диким хохотом развернул пылающую пасть в сторону центрального постамента.

– Артефакт! Ис, он целится в артефакт! – крикнула Айселин, и в ее голосе впервые за полгода прорезалась паника.

– Черт! – выдохнул Исфрид, вскидывая руки для защитного заклинания убийцы богов. – Черный лед запечатывания!..

Было слишком поздно.

Сгусток концентрированного черного пламени, несущий в себе энергию проклятия, врезался прямо в обнаженное ядро нестабильного реликта. В ту же секунду магия льда Исфрида замкнула контур.

Столкновение трех несовместимых сил — проклятия демона, древней магии пустоты артефакта и священного ледяного пламени Убийцы богов — привело к чудовищному коллапсу. Пространство внутри святилища жалобно хрустнуло, словно тонкое стекло под сапогом великана. Багровый свет вспыхнул с силой сверхновой, выжигая зрение.

Мир вокруг них просто лопнул.

Гравитация исчезла, звуки растворились в оглушительном безмолвии пустоты. Айселин успела лишь метнуться к брату, крепко сжав его ладонь своей рукой в белой перчатке, прежде чем их поглотила бесконечная радужная воронка разорванного эфира...

---

Падение было резким, как удар о наковальню.

Айселин мягко опустилась на одно колено, тяжело дыша. Высокие сапоги глубоко ушли в сухую, пыльную землю вперемешку с мелким щебнем. Ее длинные мятно-голубые волосы взметнулись и плавно опустились на спину, закрывая открытые лопатки, на которых ныл старый шрам. Она мгновенно вскинула руку, проверяя баланс и готовность магии.

Исфрид приземлился рядом, спружинив на ногах и синхронно разведя руки в защитном жесте. Его белая накидка с серебряными узорами ледяных кристаллов захлопала на внезапно налетевшем ветру.

– Айси... ты цела? – хрипло спросил он, оглядывая ее цепким, сканирующим взглядом.

– Цела, – выдохнула она, медленно распрямляясь. Ее бирюзовые глаза скользнули по горизонту, а затем взгляд опустился на собственную раскрытую ладонь. Пальцы мелко дрожали, но вовсе не от усталости.

Она попыталась вдохнуть привычную плотность окружающего мира. Каждый маг в Ишгаре с рождения неосознанно ощущал разлитый в воздухе эфир — невидимую влагу магической атмосферы, которую тело поглощало через дыхание и поры кожи, восстанавливая внутренние резервы.

Но сейчас... вокруг была пустота. Стерильная, пугающая, неестественная.

– Эй... Айси... Магия... – голос Исфрида прозвучал глухо. Он сжал кулак, пытаясь призвать хотя бы каплю черного льда, но вокруг его пальцев лишь слабо блеснули блеклые искры, после чего погасли. Заклинание потребовало втрое больше внутренних сил, чем обычно.

– Да, – Айселин окончательно поднялась с колен, поправив стальной браслет на предплечье. Металл пульсировал ровным, леденящим жаром, предупреждая о фатальном нарушении привычных законов мироздания. – Здесь нет эфира. Совсем.

– Как такое возможно? Мы в карманном измерении? В иллюзии демона?

– Нет. Земля под ногами настоящая. Ветер настоящий, – Айселин прищурилась, вглядываясь в непривычно яркое, бледное солнце, стоявшее в зените над незнакомым горным хребтом. – Энергия здесь есть. Она пронизывает все вокруг — траву, камни, небо. Но она другой природы. Тягучая, дикая... плотная. Наш внутренний источник может использовать ее только после принудительной фильтрации. Мы зависим от собственных запасов, Ис. Если потратим их впустую — восстанавливаться придется днями.

– Прекрасные новости для начала дня, – невесело усмехнулся принц, поправляя перчатки. – Значит, экономим силы и ищем способ связаться с гильдией. Если Люси или Леви заметят пространственный разрыв на месте пещеры, они...

Договорить он не успел.

Где-то в полукилометре от них, за высоким скалистым утесом, прогремел чудовищной силы взрыв. Гул прокатился по ущелью, сотрясая почву. Земля под ногами близнецов дрогнула.

Айселин резко вскинула голову, наблюдая, как верхушка гигантской скалы оседает, раскалываясь на многотонные валуны. Огромные клубы рыжего дыма и каменного крошева взметнулись в лазурное небо.

– Смотри! Там кто-то выпрыгнул! – вскрикнул Исфрид, указывая рукой на склон.

Сквозь пылевую завесу и град падающих камней летели крошечные человеческие силуэты. Но они не падали беспомощно вниз: один из них двигался невероятно стремительно, буквально отталкиваясь от летящих обломков, словно закованный в железо снаряд.

В ту же секунду гул мощного, свирепого ветра пронесся по округе. Этот вихрь не имел ничего общего с привычной магией воздуха, которую Айселин видела у Венди. Он был изумрудно-зеленым, острым, как лезвие бритвы, и наполненным колоссальным давлением. Ударная волна ветра срезала падающую скалу, превращая многотонные глыбы в пыль и подхватывая людей, не давая им разбиться о каменное дно ущелья.

Воздушный поток докатился и до высоты, на которой стояли близнецы Шуэн. Порыв яростного ветра разметал длинные мятно-голубые волосы Айселин по плечам, хлестнув прядями по лицу, но девушка даже не моргнула.

Ее холодный аналитический ум мгновенно включился на полную мощность.

– Движение на девять часов, – ровным тоном констатировала она, не сводя глаз с разворачивающейся внизу битвы. – Трое обороняются. Пятеро нападают. Нападающие одеты в темные балахоны с одинаковыми знаками. Тактика загонной охоты.

– Айси, взгляни на их руки, – тихо произнес Исфрид, и в его голосе прозвучало искреннее изумление. – Что это у них?

Айселин сфокусировала зрение, приближая картинку с помощью природной зоркости северянки.

Перед каждым из сражающихся в воздухе парил толстый фолиант. Книги светились разным светом — охряным, изумрудным, кроваво-красным. Страницы сами собой с бешеной скоростью перелистывались на весу, и именно из этих книг, повинуясь воле хозяев, вырывались заклинания: гигантские земляные шипы, потоки пламени, ветряные лезвия.

– Книги заклинаний? Гримуары? – нахмурился Исфрид. – Они используют фолианты как фокусирующие концентраторы? Никаких кругов призыва, никаких печатей на теле...

– Смотри на того, в центре, – перебила брата Айселин.

Ее внимание приковал невысокий, крепко сбитый парень с растрепанными пепельными волосами, одетый в потрепанную тунику и темную короткую накидку с эмблемой бычьей головы. В отличие от остальных, перед ним не парило никакой светящейся книги. Вокруг него вообще не было видно магической ауры — Айселин не ощущала от него даже той странной чужеродной энергии, которой был пропитан этот мир.

Но то, что он делал, противоречило здравому смыслу.

В руках мальчишки был чудовищных размеров ржавый, уродливый меч, больше похожий на кусок корабельной обшивки. Парень двигался с противоестественной скоростью, издавая дикие, яростные вопли, которые эхом разносились по всему ущелью.

– Не смейте трогать невинных, ублюдки! – донесся снизу надсадный, срывающийся крик.

Широкий взмах тяжеленного клинка — и огромный огненный шар, выпущенный магом в балахоне, попросту... рассеялся. Распался на искры от простого физического контакта с тупым лезвием.

– Он аннулировал магию? – брови Исфрида взлетели вверх. – Без контрзаклятия? Просто ударом железа?

– Не железа. Меч поглощает или отражает заклинания. Носитель полностью лишен магической силы, однако его мышечный каркас и скорость реакции выходят за рамки обычных человеческих возможностей, – Айселин говорила отрывисто, ее бирюзовые глаза фиксировали малейшие детали. – А второй... тот, с черными волосами. Полная противоположность.

Рядом с кричащим мечником парил в потоках изумрудного вихря высокий, темно-волосый юноша с исключительно спокойным, надменным лицом. Перед ним кружился сверкающий четырехлистным золотым клевером гримуар. Магия подчинялась ему так же легко, как дыхание. Одним щелчком пальцев он создал дюжину ветряных серпов, пригвоздив двоих нападавших к скале, лишая их возможности пошевелиться.

Но ситуация внизу стремительно ухудшалась.

Из расщелины разрушенной скалы показалась еще одна группа в балахонах. Их предводитель, чье лицо скрывала жуткая маска с изображением одного глаза, вскинул руки. Его гримуар вспыхнул ядовито-фиолетовым сиянием. Из земли начали подниматься огромные кристаллические иглы, направленные не на мечника и не на ветряного мага, а на прижавшуюся к камням хрупкую фигуру — девушку с серебристыми волосами в странной мантии, чья водная магия явно вышла из-под контроля, создавая вокруг нее хаотичные водяные шары вместо щита.

– Они целятся в слабое звено, – констатировал Исфрид, и в его голосе зазвучала сталь. Он сделал шаг к краю обрыва. – Та девчонка не удержит барьер. Ее просто разорвет на части.

– Нападающие действуют жестоко и методично. Это не дуэль магов. Это казнь, – Айселин опустила ладонь на кольцо-артефакт.

Шесть месяцев в «Хвосте Феи» не прошли даром. Раньше, будучи безэмоциональным аналитическим ядром погибающего Айсбера, она бы взвесила риски, оценила нехватку эфира и приказала отступить, чтобы не ввязываться в конфликт чужого мира. Но сейчас в ее груди билось живое сердце. Сердце, которое помнило тепло рук Макарова, безумную храбрость Нацу, защищавшего слабых, и тихую улыбку Венди.

«Хвост Феи» никогда не проходит мимо тех, кому нужна помощь.

– Ис, – негромко позвала она.

– Да, принцесса? – на губах брата мелькнула хищная, знакомая улыбка Ледяного убийцы богов.

– Возьми на себя дальнюю группу. Не трать божественную силу попусту, используй точечные векторы.

– А ты?

Айселин сделала плавный шаг вперед, ступая в пустоту над многометровым обрывом.

– Я разобью их строй.

Под ее левой стопой мгновенно сконденсировалась тончайшая площадка из сапфирового льда, издав чистый хрустальный звон. Шаг. Еще один. Айселин буквально побежала вниз по невидимой винтовой лестнице из кристаллических пластин, материализующихся за долю секунды до того, как ее нога касалась воздуха.

Скорость нарастала. Ветер трепал ее короткие шорты и белую тунику с открытыми лопатками, но девушка не чувствовала холода — холод был ее союзником, ее верным оружием.

Внизу маг в маске уже опустил руку, направляя сотни фиолетовых кристаллических копий в серебровласую заклинательницу. Девушка зажмурилась, парень с гигантским мечом отчаянно рванулся к ней, срывая голос в крике:

– Ноэль!..

Он не успевал. Ни он, ни ветряной маг, связанный боем с тремя противниками.

Звук, разорвавший воздух над поляной, не был похож ни на взрыв, ни на свист ветра. Это был звон лопнувшей струны гигантской арфы — чистый, замораживающий кровь в жилах звук абсолютного нуля.

Прямо перед сжавшейся на земле девушкой с неба рухнула ледяная комета.

БА-А-АМ!

Волна серебристо-голубого инея прокатилась во все стороны на тридцать метров, мгновенно остужая раскаленный после взрывов воздух. Все фиолетовые кристаллы, едва коснувшись морозной волны, с сухим треском рассыпались в ледяную пыль.

Пыль осела.

В центре замерзшей, покрытой замысловатыми узорами снежинок воронки стояла невысокая девушка. Длинные мятно-голубые волосы мягко опускались до самых колен, на правом плече холодно блестел стальной браслет, а бирюзовые глаза без единого блика смотрели на оцепеневших врагов с абсолютным, космическим спокойствием. В ее правой руке мерцала тонкая, прозрачная рапира из плотного льда, от которой поднимался густой белый пар.

– Что за чертовщина?! – взревел один из магов в балахоне, отшатываясь. – Откуда она взялась?! У нее... у нее нет гримуара!

– Монстр без гримуара?! Убейте ее! – скомандовал главарь в маске, лихорадочно перелистывая страницы своего фолианта.

Айселин даже не шелохнулась. Ее мозг мгновенно просчитал их действия: задержка каста заклинания через книгу составляла ровно 1,4 секунды. В мире «Хвоста Феи» за это время маг S-класса успевал нанести три смертельных удара.

– Вы слишком медленные, – негромко, но так, что ее услышал каждый на поле боя, произнесла Айселин.

Она сделала выпад. Ее движения были настолько быстры и выверены, что человеческий глаз улавливал лишь смазанный серебристый росчерк. Ледяная рапира трижды рассекла воздух, целясь точно в плечевые и локтевые суставы троих нападавших. Клинок прошел сквозь их тела, не оставив ни капли крови, не прорезав даже ткань балахонов.

Маги замерли на полуслове. Их глаза полезли на лоб, лица посинели от невыносимого, парализующего шока. Нервная система мгновенно отключилась, скованная глубинным холодом. Оружие и гримуары выпали из их онемевших пальцев, и все трое куллями рухнули в пыль, не в силах пошевелить даже пальцем.

– Моя магия... тело... не слушается... – прохрипел один из них, судорожно глотая воздух.

В этот момент оставшихся двоих, попытавшихся зайти Айселин в спину, накрыла черная тень.

– Танец ледяных оков небесного бога, – раздался с неба мелодичный, спокойный голос.

С вершины утеса метнулся белый силуэт. Исфрид приземлился бесшумно, как кошка, и в то же мгновение ударил обеими ладонями оземь. Из земли с оглушительным скрежетом вырвались две гигантские челюсти из матово-черного, абсолютного льда, захлопнувшись вокруг оставшихся бандитов и намертво запечатав их по самую шею. Черный лед начал стремительно поглощать остатки их сил, не позволяя даже активировать страницы светящихся книг.

Все закончилось меньше чем за пять секунд.

Наступила мертвая, оглушающая тишина. Только ветер тихо посвистывал в расщелинах базальтовых скал.

Айселин плавно опустила рапиру, и оружие растаяло в воздухе сверкающими снежинками. Она повернулась к тем, кого только что спасла.

Пепельноволосый паренек стоял, разинув рот до предела, его гигантский ржавый меч с грохотом выпал из рук и вонзился в замерзшую землю.

– Э-Э-Э-Э-Э-Э-Э?! ЧТО ЭТО СЕЙЧАС БЫЛО?! – заорал он так, что с ближайшего утеса посыпались мелкие камешки. Он схватился за голову обеими руками. – Вы видели?! Юно! Ноэль! Вы видели это?! Без гримуара! Она разрезала их без крови! А тот парень наколдовал ЧЕРНЫЙ ЛЕД! ЭТО ЧТО, КАКАЯ-ТО НЕВЕРОЯТНАЯ МАГИЯ БЕЗ КНИГИ?!

– Аста, заткнись, ты оглушаешь, – черноволосый парень, названный Юно, медленно опустился на землю, развеивая изумрудные потоки вокруг себя. Его четырехлистный гримуар завис у пояса. Юно смотрел на Айселин и Исфрида с предельным подозрением, но в глубине его золотистых глаз сквозило неподдельное потрясение. – Кто вы такие? Вы не из Орденов Рыцарей-чародеев. На вас нет накидок королевства Клевера.

Серебровласая девушка, все еще сидящая на земле, судорожно поправила растрепанные волосы, пытаясь вернуть себе высокомерный вид, хотя ее руки заметно дрожали:

– Я... я и сама справилась бы! Мне вовсе не нужна была ваша помощь! Но... спасибо... наверное. Я Ноэль Сильва из королевской семьи, и я требую объяснить, что это за магия!

Айселин переглянулась с Исфридом. Тот лишь слегка пожал плечами, сохраняя вежливую полуулыбку дипломата, хотя его рука оставалась в опасной близости от потайных рунных печатей.

Принцесса Айсбера сделала шаг вперед. Ее мятно-голубые волосы слегка колыхались, бирюзовые глаза без бликов спокойно скользнули по странным лицам подростков, по их парящим книгам, по необычным накидкам и, наконец, устремились к далекому горизонту, где возвышались шпили незнакомого замка под совершенно чужим небом.

– Королевство Клевера? – ее голос прозвучал прохладно, ровно и кристально чисто. – Мы никогда не слышали об этой стране.

Она расправила плечи, и стальной браслет на ее руке слабо звякнул, фиксируя стабилизацию окружающей маны.

– Меня зовут Айселин. Это мой брат-близнец Исфрид. Мы из гильдии магов «Хвост Феи»... И, судя по всему, мы очень далеко от дома.