Война за Сердце

Тепло. Оно всегда пахло одинаково: сухими листьями белого чая, старым пергаментом с печатями военного совета и еле уловимой, терпкой ноткой кедрового дыма. Это было тепло постели во дворце Хозяина Огня, тяжелое шелковое одеяло и мерное, спокойное биение сердца под ее щекой.

Они победили. Они выиграли эту чертову столетнюю бойню, перевернув континент с ног на голову, вытащили Хакоду из кипящего ада, пережили безумие кометы Созина и пламя Азулы. Тейя помнила, как дрожали руки Зуко, когда они наконец нашли Урсу в тихой деревне Хира’а, как долго заживали его старые душевные шрамы, пока строился хрупкий фундамент первого свободного города в Ю Дао. Они заслужили этот покой. Они буквально зубами вырвали у судьбы право просто спать до полудня, уткнувшись друг в друга, наплевав на церемониалы и бесконечные петиции вельмож.

Но именно Тейе сон только мечтался.

Сначала исчезло тепло. Не плавно, как остывает остывающий очаг, а мгновенно, будто кто-то содрал с кожи защитный слой воздуха. Тьму перед закрытыми веками прорезала ослепительная, почти болезненная вспышка серебристо-белого света — знакомая до ужаса, пульсирующая на частоте древних клановых техник Ясон, искажающих пространство. Тейя попыталась схватить Зуко за запястье, позвать, выбросить солнечный импульс...

Бац.

Гравитация исчезла, крутанулась в воронке, и вместо шелка под пальцами оказалась крошащаяся, ледяная каменная пыль.

Тишина.

Но не та благословенная утренняя тишина дворцовых покоев, когда за окном лениво перекликаются садовые птицы. Нет. Она была другой. Мерзлой, давящей на барабанные перепонки, удушливой. Будто сама атмосфера была выжжена, отравлена и окончательно мертва.

Тейя открыла глаза и тут же надсадно чихнула:

– Пыль... Кха! Фу. И где это я?

Она судорожно втянула воздух и скривилась от омерзения. В нос ударила едкая вонь тухлых яиц, гари, машинного масла и стылого железа. Сера. Никаких ароматических масел, никакого бриза из бухты Кальдеры.

Вокруг царила абсолютная, чудовищная разруха. Не изящные полуразрушенные башни Западного храма воздуха, увитые плющом и овеянные ветрами, а уродливые скелеты незнакомых прямоугольных зданий из серого булыжника и странного красного кирпича. Обвалившиеся крыши, битое стекло, мостовая, истерзанная глубокими рытвинами. А над всем этим кошмаром нависало небо — без единого намека на солнце, затянутое сплошной, тяжелой свинцово-серой дымкой, сквозь которую не пробивался ни один золотой луч.

Холод тут же впился в открытые плечи. Тейя поежилась, ощущая, как ледяной воздух жалит тонкую кожу, заставляя мышцы непроизвольно напрягаться. Она ненавидела холод каждой фиброй своего существа. Ее магия питалась солнечным теплом, ее тело расцветало под палящими лучами, а этот стылый мрак сковывал движения, заставляя силу внутри тревожно мерцать.

– Мда... – Тейя тяжело простонала, потирая ноющий висок и поднимая взгляд к мертвому небосводу. – У меня галлюцинации. Определенно. Арки, ущипни меня, а?

Из складок ее шелковой серебристо-черной туники, с которой она так некстати заснула прошлой ночью, высунулась крохотная золотистая мордочка. Арки — миниатюрный лис с пушистыми белыми крыльями за спиной — недовольно фыркнул, вылез целиком и расправил хвост, оканчивающийся изящными птичьими перьями. Его янтарные глаза испуганно расширились. Зверек задрожал, прижав уши, и тихо заскулил, вцепившись коготками в ткань на ее левом плече, прямо поверх стилизованной татуировки солнца.

– Тебе тоже не нравится? – пробормотала Тейя, пытаясь унять бешеный стук сердца. – Вот и мне. Тот настой, который притащил наместник с южных островов... Тот алкоголь точно был просрочен. Я прибью этого чиновника. Клянусь духами, я испепелю его парадный паланкин, и пусть только Зуко попробует меня остановить...

Она нервно рассмеялась, прикрывая рот ладонью от подступившей к горлу тошноты. Юмор был единственной защитой от накатывающей паники. Где Кальдера? Где Зуко? Какого черта пространственный сдвиг сработал сам по себе, без ее воли?! Последний раз нечто подобное случалось сто лет назад, когда брат втолкнул ее в портал, спасая от гибели их клан... Неужели снова?!

Договорить мысль она не успела.

Воздух над руинами со свистом лопнул.

Грохот взрыва был настолько оглушительным, что земля под ногами Тейи мелко затряслась, вздымая фонтаны кирпичной крошки. Девушка мгновенно согнула колени, переходя в устойчивую боевую стойку, и сузила янтарные глаза.

В серое небо, пробив дымовую завесу, взметнулись огромные металлические шары. На первый взгляд они напоминали причудливые круглые мины или дирижабли Народа Огня, но уже через долю секунды Тейю прошиб холодный пот.

Это были не машины.

На поверхности тусклого, багрово-черного металла выступали десятки человеческих лиц. Они не были нарисованы или выбиты чеканкой — они корчились, стонали, беззвучно разевали рты, растянутые в немом, бесконечном ужасе и агонии. Из механических тел тварей торчали ощетинившиеся дула орудий, сочащиеся какой-то вязкой, фиолетово-черной жижей. От существ не исходило энергии ци, стихии молчали, но от них несло такой концентрированной, гнилостной тьмой и скорбью, что у Тейи перехватило дыхание.

– Что это за скверна?.. – выдохнула она, невольно отступая на шаг назад. Арки на ее плече зашипел, вздыбив золотистую шерсть.

И тут снизу, прямо из развалин соседнего здания, в воздух взметнулась еще одна фигура.

Тейя замерла, вглядываясь в невероятно быстрое движение. Это был подросток. Невысокий, худощавый, с копной абсолютно белых волос. На нем было надето странное, строгое черно-белое пальто с металлическими застежками и серебряным крестом на груди — крой, которого не существовало ни в одном из четырех народов.

Но шокировало не это.

Его левая рука.

Она была не человеческой. Огромная, монструозная, багрово-алая, покрытая острыми хитиновыми наростами и оканчивающаяся массивными, металлически блестящими когтями. Она светилась изнутри странным, зеленым флуоресцентным сиянием, рассекая воздух с тяжелым гулом.

– Ч... что с его рукой?! – вырвалось у Тейи. Глаза ее расширились. Даже в царстве магии, повидав магов земли, создающих броню из камня, или изуродованные молнией шрамы, она никогда не видела, чтобы живая плоть превращалась в гигантское демоническое орудие.

Мальчик с разворота обрушил чудовищную когтистую лапу на один из парящих шаров. Раздался металлический визг, чудовище разорвало надвое, но из его чрева вырвалось не пламя, а тусклый сгусток света, очертаниями похожий на силуэт человека с цепями на шее, который с жалобным плачем растворился в небе.

Второй металлический шар — массивный, покрытый шипами монстр — резко развернулся. Его многочисленные мертвые глаза провернулись в глазницах, зафиксировав тонкую девичью фигуру посреди открытой мостовой. Золотые волосы до самых бедер, серебряная туника, яркое пятно жизни посреди мертвого города.

– Цель найдена. Убить человека. Собрать больше душ, – проскрежетал монстр десятком голосов одновременно, и его орудийные стволы нацелились прямо на Тейю.

Воздух задрожал, сгущаясь вокруг дул смертоносными черными зарядами. Шар с гулом рванулся вниз, пикируя прямо на нее.

– Осторожно!!! – в ужасе завопил беловолосый подросток, зависнув в воздухе после удара. Его глаза — серые, полные искренней боли и паники — уставились на незнакомку. – Беги! Это Акума!

Бежать?

Слово резануло слух.

Тейя была не просто девушкой, потерянной во времени. Она была последней дочерью клана Ясон. Воином, прошедшим через штурм Кипящей скалы, выдержавшим бой против элитных магов Озая и обуздавшим первородную силу света. Страх исчез, смытый вспышкой чистейшего, яростного упрямства.

– Сама разберусь, мальчишка! – огрызнулась она в пустоту, хотя он вряд ли мог ее услышать сквозь грохот.

Она выдохнула ледяной, разряженный воздух, пропуская его через легкие и заставляя внутреннее солнце внутри груди вспыхнуть с удвоенной силой. Холод отступил. По венам побежал знакомый, испепеляющий жар.

Тейя плавно, бесшумно скользнула ногой по растрескавшейся брусчатке, расставляя руки в стороны. Пальцы согнулись в древнем ритуальном жесте.

Воздух перед ней дрогнул. Невидимые фотоны, крохи рассеянного сквозь смог света, повинуясь воле мага, устремились к ее ладоням. Они сгущались, кристаллизовались, вспыхивая настолько ослепительным золотисто-белым сиянием, что серая дымка над площадью на мгновение рассеялась. В ее левой руке материализовалась изящная, словно сотканная из застывших солнечных лучей дуга священного лука.

Акума уже несся к ней, изрыгая град фиолетовых пуль из темной материи. Каждый такой снаряд, коснувшись камня, заставлял его мгновенно распадаться в прах.

Беловолосый парень отчаянно рванулся вниз, пытаясь заслонить ее своей гигантской рукой, но не успевал.

Тейя даже не моргнула. Правая рука легла на призрачную тетиву. Пальцы оттянулись к подбородку, формируя стрелу из невероятно спрессованного, вибрирующего света. Наконечник пульсировал чистой солярной мощью — той самой, что жгла корабли магов огня и заставляла слепнуть шпионов Дай Ли.

– Прочь с дороги, мерзость, – процедила она сквозь зубы.

Пальцы разжались.

Стрела сорвалась с тетивы не со звуком выстрела, а с чистым, хрустальным звоном разбивающегося зеркала. Луч света толщиной с копье прорезал пространство, испаряя на своем пути летящие пули из темной материи, будто они были каплями утренней росы.

Монстр попытался уклониться, но точность Тейи была абсолютной. Стрела пробила металлический панцирь твари насквозь, вонзаясь точно в центр перекошенного от злобы лица.

На секунду все замерло.

Затем из пробоины вырвались не осколки железа, а ослепительные золотые лучи. Они разорвали монстра изнутри, очищая пространство вокруг от удушливой вони серы. Однако вместо привычного взрыва Тейя краем глаза заметила нечто странное: темная материя чудовища распадалась, но искаженная, страдающая тень внутри механизма не исчезла, а забилась в агонии, словно свет причинял ей физическую боль, не даруя освобождения.

– Отойди! – крикнул беловолосый юноша, приземлившись рядом с ней так легко, будто он ничего не весил.

Его демоническая рука сжалась в чудовищный кулак, окутанный зеленым сиянием.

– Покойся с миром! – глухо произнес он, и его когти вонзились в ослепленное, агонизирующее ядро Акума.

Зеленый свет вступил в контакт с остатками золотого пламени Тейи. Произошел мощный резонанс: две абсолютно разные, но не враждебные друг другу силы столкнулись, и металлическая оболочка существа рассыпалась мельчайшей серой пылью. Тень внутри обрела покой — ее лицо разгладилось, цепи лопнули, и она тихим вздохом унеслась ввысь, исчезая в небесах.

Повисла тишина.

Пыль медленно оседала на разбитую мостовую. Тейя опустила лук, и оружие тут же растаяло в воздухе золотистыми искрами, впитавшись обратно в ее ладони. Арки, сидевший на ее плече, перестал шипеть, но продолжал настороженно разглядывать незнакомца, подергивая крыльями.

Подросток стоял к ней полубоком, тяжело дыша. На глазах у изумленной Тейи его гигантская, ужасающая рука начала с глухим механическим щелчком трансформироваться. Костяные наросты втянулись, лезвия исчезли, и конечность уменьшилась до нормальных человеческих размеров, оставшись, впрочем, покрытой плотной черной перчаткой.

Юноша медленно обернулся к ней.

Тейя скрестила руки на груди, гордо вскинув подбородок, готовая к новому нападению. Ее янтарные глаза сверкали недоверием и яростью. Но мальчик вовсе не выглядел агрессором.

Ему было на вид лет пятнадцать или шестнадцать — моложе ее, едва ли старше Аанга в разгар их путешествия. Худое, бледное лицо, прямой нос, необычные серебристо-серые глаза. Но самое странное было на левой половине его лица: от брови через веко и до самой щеки тянулся тонкий, уродливый шрам в виде креста с вертикальной линией, спускающейся вниз. А его левый глаз... на мгновение он показался ей черным с светящимся красным кольцом внутри, но тут же вернулся к нормальному цвету.

Парень смотрел на нее, разинув рот от искреннего, неподдельного шока.

– Вы... вы в порядке? – наконец выдавил он на чистом, вежливом языке, хотя его голос слегка дрожал. – Вы не ранены? Тот выстрел... ядовитая кровь Акума не попала на вас?

Тейя моргнула, слегка сбитая с толку его тоном. От него исходило невероятное, почти физически ощутимое чувство вины и заботы — так же Аанг смотрел на людей, попавших под удар стихии.

– Я в полном порядке, если не считать того, что у меня мерзнут уши, воняет тухлыми яйцами, а вокруг летают летающие металлические гробы с человеческими лицами! – отрезала она, резко взмахнув рукой. – А теперь будь добр, объясни мне две вещи. Во-первых: что это за твари? И во-вторых: в какую часть Царства Земли меня занесло, и почему здешнее небо выглядит так, будто его сто лет полоскали в грязной луже?!

Беловолосый мальчик замер. Он посмотрел на нее так, будто она заговорила на языке духов.

– Царство... Земли? – переспросил он, растерянно моргая. – Простите, мисс? О чем вы говорите?

– О мире, в котором мы живем, очевидно! – Тейя раздраженно топнула ногой, и каблук ее сапожка высек из камня короткую искру. – Не строй из себя дурачка. Где я? Это колонии? Ю Дао? Или какие-то заброшенные шахты Народа Огня на севере? Почему здесь так холодно?!

Юноша снял фуражку (которой у него, впрочем, не было, он просто неловко взъерошил свои белые волосы) и с явным замешательством оглядел ее с ног до головы.

Его взгляд задержался на роскошных золотых волосах, спускающихся до самых бедер, на открытых плечах с татуировкой солнца, на шелковой тунике без единого намека на европейский или азиатский крой его мира, и, наконец, на маленьком золотистом лисе с крыльями, который сидел у нее на плече и с любопытством дергал носом.

– Эм... – юноша откашлялся, пытаясь сохранить безупречные манеры. – Меня зовут Аллен. Аллен Уолкер. И мы находимся в окрестностях разрушенного пригорода Лондона... в Великобритании.

Тейя нахмурилась, перебирая в памяти все карты мира, которые они с Зуко часами изучали над столом военного совета. Карты Народа Огня, карты племен Воды, древние свитки Воздушных кочевников, бесконечные провинции Царства Земли...

– Лон... что? – переспросила она, чувствуя, как холодный холодок закрадывается под ребра уже не от ветра, а от осознания чего-то необратимого. – Какая еще Британия? На каком это континенте?

– В... Европе? – неуверенно предположил Аллен, сделав осторожный шаг ближе, словно боялся ее спугнуть. – Мисс, вы... вы ударились головой при падении? Откуда вы здесь появились? За этой территорией следил Черный Орден, здесь не должно было быть гражданских!

– Я не гражданская, мальчишка! – вспыхнула Тейя, и в ее янтарных глазах на миг сверкнуло золотое пламя клана Ясон. – Я советник Хозяина Огня и хранительница света! И я понятия не имею, что за дурацкие слова ты говоришь! Нет никакой «Европы»! Есть четыре народа: Огонь, Вода, Земля и Воздух!

Аллен застыл на месте. Выражение его лица сменилось с растерянного на глубоко обеспокоенное. Он медленно опустил здоровую руку и внимательно посмотрел на нее своим левым глазом. Шрам над его веком слегка пульсировал, но, судя по всему, он не видел в ней ничего демонического.

– Четыре народа?.. – тихо повторил он. – Стихии? Вы... вы говорите о магии? Но ведь магия... древние легенды говорят о ней, но в нашем мире ее нет. Есть только Чистая Сила и Темная Материя.

– Чего нет?! – Тейя сделала резкий пасс рукой.

Прямо из воздуха перед ее ладонью соткалась ослепительная сфера чистого, теплого солнечного света размером с яблоко. Она мягко пульсировала, разгоняя мерзлый полумрак вокруг них на добрый десяток шагов и согревая онемевшие пальцы. Арки довольно прищурился, потянувшись к теплу.

– Это, по-твоему, легенда?! – процедила она.

Аллен отшатнулся, его глаза полезли на лоб:

– Чистая Сила паразитического типа?! Нет... у вас нет оружия, нет инкрустированного кристалла... Вы управляете светом напрямую?! Вы Апокриф?! Нет, аура совсем другая... Боже мой, да кто вы такая?!

– Я Тейя! – рявкнула она, чувствуя, как самообладание окончательно трещит по швам. – Тейя из клана Ясон! И я требую, чтобы ты немедленно отвел меня к ближайшему магу земли или хотя бы к человеку, который знает, где здесь находится море, потому что мне нужно вернуться в Кальдеру к Зуко, пока он не сжег половину своего дворца от паники, поняв, что я исчезла из постели!

Аллен стоял, молча переваривая ее тираду. Несмотря на абсурдность ситуации и грозный вид девушки, он уловил в ее крике главное: неподдельный, отчаянный страх потерять любимого человека. Эту боль он знал слишком хорошо. Она сквозила в каждом вздохе тех несчастных, чьи души граф Тысячелетний заманивал в ловушки из черного металла.

Его взгляд смягчился. Плечи беловолосого экзорциста слегка опустились, и он прижал руку к груди, слегка поклонившись — жест старомодный, но искренний.

– Простите меня, мисс Тейя, – мягко произнес Аллен. – Я не хотел проявлять неуважение. Но боюсь... боюсь, новости для вас будут очень тяжелыми.

Тейя замерла. Сфера света в ее руке чуть потускнела, отражая внезапный приступ тревоги.

– Что ты имеешь в виду?

Аллен обвел рукой окружающие их руины:

– Я не знаю, кто такой Зуко. Я никогда не слышал о Кальдере, о племенах Воды или Царстве Земли. В нашем мире — на нашей планете — таких мест просто не существует. Вы находитесь в мире, где идет бесконечная, тайная война между человечеством и Создателем Акума — Графом. Те металлические существа, которых вы видели... это Акума. Оружие, созданное из человеческих душ, запертых в клетках из темной материи слезами их близких.

Слова мальчика падали, словно тяжелые булыжники в бездонный колодец.

Тейя покачнулась.

Она была мудрой. Гораздо мудрее, чем казалась со своей игривой улыбкой и язвительным тоном. Сто лет назад она уже пережила уничтожение своего народа. Она знала, как работает ткань пространства, когда ее брат разорвал время, чтобы спасти ее. Она помнила пустоту Западного храма воздуха.

Она опустила взгляд на землю. Прислушалась.

Энергия ци под ногами была... мертвой. В ней не было дыхания гигантских духовных корней, не было пульсации лавы Народа Огня, не было шепота океана, омывающего берега. Земля была холодной, чужой, пропитанной запахом пороха, железа и какого-то древнего, неведомого горя.

– Другой... мир? – ее голос внезапно потерял всю спесь, став тихим и тонким.

– Боюсь, что так, – печально подтвердил Аллен. – Я не знаю, как вы сюда попали. Возможно, пространственный феномен, связанный с Чистой Силой или вратами Ноя... Но вы здесь. И этот мир сейчас — очень опасное место. Особенно для тех, кто излучает такой яркий свет.

Арки жалобно пискнул и уткнулся носом в золотые волосы Тейи.

Девушка медленно опустила руку, развеивая световую сферу. Пальцы мелко дрожали.

Зуко.

Образ его лица встал перед глазами с пугающей четкостью. Его неровный шрам вокруг левого глаза, его кривая, смущенная улыбка, которую он дарил только ей, тепло его сильных рук, его клятвы, что они вместе построят новый, справедливый мир. Он остался там. По ту сторону непреодолимой пропасти между измерениями. Один, в огромном холодном дворце, окруженный врагами и интригами, уверенный, что она снова бросила его или погибла.

Сердце сжалось от такой острой, пронзительной боли, что Тейя едва удержалась на ногах. Глаза обожгло слезами, но она стиснула зубы до скрежета, заставляя себя выпрямиться.

Плакать? Нет. Не сейчас.

Она выжила, когда пал ее клан. Она помогла свергнуть безумного Озая. Она научилась не сгибаться под ударами судьбы. Если портал открылся один раз — значит, есть способ открыть его снова. Свет не исчезает в темноте; свет рассекает ее.

– Ладно, – Тейя глубоко вздохнула, вытирая тыльной стороной ладони предательскую слезинку и нацепляя на лицо свою самую дерзкую, хитрую ухмылку, хотя губы все еще подрагивали. – Ладно, белобрысый. Предположим, я тебе верю. Значит, другой мир. Прекрасно. Просто великолепно! Добавим это в список моих невероятных приключений между «спасением мира от психопата с кометой» и «чаепитием с дядей Айро».

Аллен моргнул, явно не ожидая такой быстрой смены настроения:

– Вы... вы не в шоке?

– Я в бешенстве! – парировала Тейя, сверкнув глазами. – А когда я в бешенстве, я становлюсь чрезвычайно деятельной. Итак, ты сказал, что эти летающие помойки называются Акума? И внутри них заперты души?

– Да, – посерьезнел Аллен. – Их можно спасти, только уничтожив оболочку с помощью Чистой Силы. Мой левый глаз видит их страдания... А моя рука — это оружие против них.

Тейя внимательно посмотрела на его руку в черной перчатке, а затем перевела взгляд на его шрам. В ее памяти всплыло воспоминание о том, как легко парень бросился вперед, защищая абсолютно незнакомого человека. В этом мире, полном скверны и серости, этот мальчик горел собственным, странным, мученическим светом.

– Твоя рука выглядит жутко, – честно сказала она, слегка склонив голову набок. – Но то, что ты делаешь... это достойно уважения. Когда я попала в эту штуку, свет внутри меня отозвался на чужую боль. Мне это не понравилось.

– Вы чувствуете души? – удивился Аллен.

– Я чувствую жизнь, – пожала плечами Тейя. – Моя магия — это свет. А свет не терпит грязи.

В этот момент ледяной порыв ветра пронесся по руинам, взметнув полы ее тонкой туники. Тейя не удержалась и застучала зубами, обхватив себя руками за плечи:

– Но прямо сейчас... клянусь духами неба и земли, я готова продать душу твоим летающим гробам за одну хорошую теплую шубу и чашку горячего чая! Здесь всегда такой собачий холод?!

Аллен на секунду растерялся, а затем на его бледном лице впервые появилась теплая, почти мальчишеская улыбка. Он торопливо расстегнул застежки своего тяжелого форменного пальто Экзорциста и снял его, оставаясь в белой рубашке и жилете.

– Вот, возьмите, – он протянул ей плотную, подбитую тканью одежду. – Оно защитит от ветра. И здесь в паре километров есть временная база искателей Черного Ордена. Там есть печь, горячая еда и связь со штабом.

Тейя с подозрением посмотрела на предложенное пальто, затем на тонкую фигуру подростка:

– А сам не околеешь, спаситель?

– У экзорцистов высокий метаболизм, – смущенно улыбнулся Аллен. – И... честно говоря, я часто тренируюсь на морозе. Мне правда не холодно.

– Ну, смотри, сама я второй раз предлагать не буду, – хмыкнула Тейя.

Она с искренним наслаждением закуталась в огромное для нее черное пальто с серебряным крестом. Ткань мгновенно сохранила тепло ее тела, пахнуло сухим порохом, снегом и странным металлическим ароматом, но это было в тысячу раз лучше ледяного ветра. Арки радостно залез под воротник, оставив снаружи только любопытный нос и кончики золотых ушей.

Тейя застегнула пуговицы, поправила золотистые волосы, упавшие на темное сукно, и критически осмотрела себя:

– Ну вот. Теперь я похожа на шпиона из подполья Ба Синг Се. Хотя крой вполне сносный. Серебряная отделка мне идет.

Аллен негромко рассмеялся:

– Вам идет, мисс Тейя. Ну что, пойдемте? Нам нужно уйти отсюда до того, как Граф пришлет новую волну Акума. К тому же... мне кажется, нашему Командорству и ученым из научного отдела будет очень интересно с вами пообщаться. Возможно, они знают, как работают межпространственные аномалии.

При этих словах в янтарных глазах девушки вспыхнула стальная решимость.

– Пусть только попробуют не знать, – протянула она, и в ее тоне прозвучала опасная, царственная уверенность соратницы Хозяина Огня. – Я переверну этот твой «Черный Орден» вверх дном, перетрясу всех ваших ученых, но найду дорогу назад. Зуко ждет меня. А я никогда не нарушаю своих обещаний.

Она сделала шаг вперед по разбитой мостовой незнакомого, мрачного мира.

Небо над ними оставалось тяжелым и мертвым, где-то вдалеке снова послышался гулкий грохот взрывов, возвещающий о новой битве людей и демонов. Но рядом с ней шел беловолосый мальчик с проклятым глазом, несший в себе свет надежды, а в груди Тейи горело солнце ее клана — несокрушимое, яростное и вечное.

Война за выживание в ее родном мире была окончена.

Но здесь, под чужими звездами, начиналась новая битва. И Тейя не собиралась проигрывать.