Код Красный

Ноябрь в Манхэттене всегда казался Таше Старк бесконечным ледяным сквозняком. Даже здесь, в огромном пентхаусе, где климат-контроль поддерживал идеальные двадцать три градуса, она куталась в объемный кашемировый кардиган цвета густого вина и не расставалась с кружкой обжигающего кофе. Холод жил не в воздухе, а где-то под кожей — сувенир из того самого подвала, где пятилетнюю Ташу забыла няня. Пять часов в абсолютной темноте среди стеллажей с коллекционным вином и старыми чертежами Говарда научили её двум вещам: темнота — это враг, а единственный человек, который придет на помощь, — это Эдвин Джарвис.

– Мисс Старк, я бы рекомендовал вам отвлечься от монитора. Ваши зрачки расширены, а пульс частит. Это уже четвертая банка энергетика за последние шесть часов.

Голос в беспроводных наушниках был мягким, с едва уловимым британским акцентом — точная копия голоса Эдвина, но с чуть более ироничными интонациями.

– Еще пять минут, Джарвис, – пробормотала Таша, не отрывая взгляда от бегущих строк кода. – Я почти закончила «Аргус». Если я не отдам его отцу до завтрашнего утра, полковник Роджерс лично придет за мной с наручниками. А Стив в гневе — это зрелище не для слабонервных.

– Полагаю, полковник Роджерс скорее расстроится, чем разгневается, – заметил ИИ. – Что, как вы знаете, действует на вашу совесть гораздо эффективнее.

Таша поморщилась. Это была правда. Стив Роджерс, лучший друг её отца и по совместительству человек, который вытаскивал Говарда из самых безнадежных передряг, относился к Таше с той теплотой, на которую у её собственного отца никогда не хватало времени. Стив и его жена Пегги Картер были константами в её хаотичном мире.

Все началось три дня назад в закрытом чате с бывшими сокурсниками. Один мажор из Массачусетского технологического, чей папаша спонсировал половину лабораторий, имел неосторожность заявить, что Таша Старк — лишь «красивый аксессуар к фамилии отца». Слово за слово, и пари было заключено.

Взлом Пентагона занял у неё сорок две минуты. Она не крала секретные чертежи новых ракет и не меняла координаты спутников. Она просто оставила на главном сервере Министерства обороны анимированное изображение танцующего робота в красно-золотых цветах и цифровую подпись: «Вам нужны стены повыше. С любовью, Т. С.».

В три часа ночи Говарда разбудил звонок «красного кода». Генерал Росс орал так, что было слышно в другом конце коридора.

На следующее утро в гостиной Старков разыгралась сцена в лучших традициях греческой трагедии.

– Ты хоть понимаешь, что ты сделала?! – Говард мерил комнату шагами, его лицо было серым от ярости и недосыпа. – Это не университетская база, Таша! Это государственная измена! Тебя не просто исключат, тебя сотрут в порошок!

– Я показала им, что их система — решето, – Таша сидела в кресле, подтянув колени к подбородку. Она выглядела вызывающе спокойной, хотя внутри всё дрожало. – Они должны мне спасибо сказать.

– Они скажут тебе «спасибо» в федеральной тюрьме, – отрезал Говард.

В этот момент в дверях появились Стив и Пегги. Стив выглядел как всегда — скала в идеально отглаженной форме полковника. Пегги, с её безупречной укладкой и пронзительным взглядом профессионального разведчика, сразу прошла к столу, раскладывая папки.

– Успокойся, Говард, – голос Пегги подействовал как холодный душ. – Мы со Стивом уже переговорили с министерством. У нас есть двенадцать часов, чтобы превратить этот инцидент из «акта кибертерроризма» в «санкционированную проверку уязвимостей».

– И как мы это сделаем? – Говард остановился, глядя на дочь.

– Таша предоставит им решение, – Стив подошел к девушке и положил тяжелую ладонь ей на плечо. – Такое, от которого они не смогут отказаться. Таша, ты ведь уже что-то придумала?

Она подняла на него глаза. В них на мгновение промелькнула та самая «сломленность», которую она так тщательно прятала за вечеринками и дерзостью.

– Мне нужно время. И доступ к моим серверам.

И вот теперь, спустя сутки без сна, она заканчивала «Аргус». Это не была просто программа-защитник. Она использовала ядро своего Джарвиса — первого в мире полноценного искусственного интеллекта, которого она создавала годами втайне от всех. «Аргус» был его младшим, более ограниченным братом. Он не умел шутить и не обладал личностью, но он мог анализировать угрозы быстрее любого суперкомпьютера в мире.

– Готово, – прошептала Таша, нажимая финальную клавишу. – Джарвис, отправь пакет данных на защищенный сервер Пегги. И добавь ту самую строчку кода в протокол обратной связи.

– Ту, которая перенаправляет отчеты об ошибках лично вам, мисс? – уточнил ИИ.

– Именно. Если их система чихнет, я узнаю об этом первой. Это мой страховой полис.

Она стянула наушники и с трудом поднялась. Ноги ныли — вчера, прежде чем засесть за код, она сбежала из-под домашнего ареста на закрытую вечеринку в Хэмптонсе. Ей нужно было забыться, раствориться в громкой музыке и дешевом виски, чтобы не слышать эха отцовских криков.

Там она и встретила его. Снова.

Баки Барнс. Подопечный Стива Роджерса, золотой мальчик с обезоруживающей улыбкой и репутацией главного сердцееда штата. Они знали друг друга с детства, их семьи постоянно пересекались, но они жили в разных мирах. Баки был душой компании, атлетом, человеком, которого все обожали. Таша была странной девчонкой с паяльником в руках и вечным холодом в глазах.

Вчера на той вечеринке они оказались единственными, кто не пытался что-то доказать окружающим. Они просто пили текилу на заднем дворе, глядя на темную воду бассейна.

– Слышал, ты вляпалась по-крупному, Старк, – Баки прислонился к колонне, поигрывая стаканом. – Взлом Пентагона? Серьезно? Могла бы просто попросить Стива провести тебе экскурсию.

– Экскурсии — это для туристов, Барнс, – огрызнулась она, стараясь не смотреть на его широкие плечи. – Я предпочитаю заходить через черный ход.

– Ты всегда выбираешь самый сложный путь, – он подошел ближе, и Таша почувствовала аромат его одеколона — можжевельник и кожа. – Тебе не холодно? Ты вся дрожишь.

– Мне всегда холодно.

Он не ответил. Просто снял свою куртку и набросил ей на плечи. А потом всё закрутилось так, как обычно бывает у людей, которые слишком долго сдерживали искры. Страстный, почти злой поцелуй в темном коридоре, чужая спальня, скрип простыней и тихий шепот, который ничего не значил.

Таша ушла до рассвета. Это было их негласное правило. Никаких обязательств, никаких «как дела?» на следующее утро. В университете они будут делать вид, что едва знакомы. Она — гениальная стерва, он — заносчивый красавчик. Идеальное прикрытие.

– Мисс Старк, ваши родители и чета Роджерсов ожидают вас внизу, – голос Эдвина Джарвиса, настоящего, живого дворецкого, раздался из-за двери комнаты. – Завтрак по случаю Дня Благодарения скоро начнется.

Таша вздохнула, глядя на свое отражение. Бледная кожа, темные круги под глазами. Она быстро нанесла макияж, подчеркнув глаза золотистыми тенями, и надела алое платье — цвет Старков, цвет силы и вызова.

Внизу, в парадной столовой, уже пахло запеченной индейкой и хвоей. Говард о чем-то негромко спорил со Стивом, Пегги просматривала что-то в планшете, а Мария Старк, как всегда элегантная и отстраненная, поправляла цветы в вазе.

– О, а вот и наша виновница торжества, – Говард обернулся, и в его взгляде Таша впервые за долгое время увидела не только раздражение, но и неохотное уважение. – Пегги показала мне твои наработки по «Аргусу». Это... впечатляюще, Наталья.

Она вздрогнула. Он называл её полным именем только в исключительных случаях.

– Это не просто программа, папа. Это архитектура нового поколения. Генерал Росс будет в восторге, если, конечно, поймет хотя бы половину.

– Он поймет то, что я ему объясню, – Пегги улыбнулась Таше. – Ты спасла свою репутацию, дорогая. И, возможно, обеспечила нам контракт десятилетия.

– Идемте к столу, – позвал Стив, выдвигая стул для жены. – Сегодня мы празднуем не только День Благодарения, но и то, что Таша остается на свободе. Кстати, Говард, я пригласил Баки. Его родители уехали к родственникам, и я подумал, что ему будет полезно провести время в приличной компании.

Таша чуть не подавилась глотком воды.

– Баки? Здесь?

– Да, он уже пришел, – Стив кивнул на входную дверь.

В столовую вошел Барнс. В темно-синем джемпере, аккуратно причесанный, он выглядел как ожившая мечта любой матери о идеальном зяте. Его взгляд скользнул по комнате и остановился на Таше. На долю секунды в его глазах вспыхнуло воспоминание о вчерашней ночи, но он тут же взял себя в руки.

– Добрый день всем, – Баки лучезарно улыбнулся. – Мистер Старк, миссис Старк, спасибо за приглашение. Таша, выглядишь... ярко.

– Красный — мой цвет, Барнс, – она вздернула подбородок. – Садись уже, пока индейка не остыла.

Обед проходил в натянутой, но вежливой атмосфере. Говард и Стив вспоминали службу, Пегги обсуждала с Марией предстоящий благотворительный вечер. Таша ковыряла вилкой в тарелке, чувствуя на себе пристальный взгляд Баки.

– Слышал, тебя переводят в МИТ? – спросил он, когда возникла пауза в разговоре. – Роуди сказал, что ты уже зачислилась на второй курс.

– Роуди слишком много болтает, – буркнула Таша. Джеймс «Роуди» Роудс был её единственным настоящим другом, и тот факт, что он общался с Баки, её всегда раздражал. – Да, я перевожусь. Там хотя бы лаборатории приличные.

– Значит, будем видеться чаще, – Баки подмигнул ей. – Я ведь тоже там. Капитан футбольной команды, все дела.

– О боже, – Таша закатила глаза. – Еще больше тестостерона и тупых шуток. Джарвис, скажи мне, что я могу провести остаток жизни в подвале.

Эдвин, разливавший вино, тонко улыбнулся:

– Боюсь, мисс Старк, подвалы нынче не в моде. К тому же, там слишком темно для ваших предпочтений.

Таша замерла. Это была мягкая подножка. Эдвин знал её страхи лучше всех.

После обеда, когда взрослые переместились в кабинет Говарда обсудить детали передачи «Аргуса» министерству, Таша вышла на балкон. Морозный воздух обжег легкие, но ей было все равно.

– Ты снова дрожишь, – раздался голос сзади.

Баки встал рядом, опираясь на перила.

– Ты преследуешь меня, Барнс?

– В твоем доме? Скорее, пытаюсь не дать тебе замерзнуть.

Он протянул ей стакан с чем-то горячим.

– Это грог. Эдвин научил меня делать его правильно.

Таша приняла стакан, чувствуя, как тепло согревает пальцы.

– Ты ведь понимаешь, что то, что было вчера...

– Ничего не значит, – закончил он за неё. – Я знаю правила, Старк. Ты — гений с разбитым сердцем и кучей секретов, я — парень, который просто хочет дожить до выпуска, не сойдя с ума от ожиданий Стива.

– Мы оба поломанные, Баки, – она посмотрела на огни Манхэттена. – Просто ты научился это прятать за улыбкой, а я — за кодом и выпивкой.

Баки коснулся её руки. Его ладонь была горячей, почти обжигающей.

– Знаешь, твоя защита Пентагона... Стив сказал, что это лучшее, что он видел. Но он не знает главного.

– Чего именно? – Таша повернула голову.

– Того, что ты сделала это не ради защиты страны. А ради того, чтобы Говард хотя бы раз посмотрел на тебя так, как он смотрит на свои чертежи.

Таша хотела огрызнуться, сказать что-нибудь колкое, но слова застряли в горле. Он видел её насквозь.

– Увидимся в МИТе, Таша, – он мягко сжал её пальцы и ушел в дом, оставив её одну в сумерках.

Она поднесла наушник к губам.

– Джарвис, ты здесь?

– Всегда, мисс Старк.

– Запусти диагностику «Аргуса». И... добавь в мой календарь на понедельник встречу с Роуди. Кажется, этот учебный год будет жарким.

– Как пожелаете, мисс. И, если позволите... красный вам действительно очень к лицу.

Таша улыбнулась, глядя на золотые отблески окон в темном стекле балконной двери. Она была Ташей Старк. Она взломала Пентагон, создала первый в мире ИИ и провела ночь с самым популярным парнем университета. Она была сломлена, ей было холодно, но она была готова к войне. И эта война обещала быть великолепной.