Артём и Настя

Вечерний город медленно погружался в сиреневые сумерки, зажигая цепочки фонарей вдоль набережной. Анастасия сидела на широком подоконнике, обняв колени, и в сотый раз перечитывала одну и ту же страницу романа. Слова расплывались перед глазами: мысли девушки были заняты совсем не сюжетом книги, а человеком, чьё имя в спортивной тусовке города произносили с опаской.

Артём Назаралиев.

О его крутом нраве ходили легенды. Жестокий на ринге, холодный в общении, он казался человеком, у которого вместо сердца — кусок льда. Настя видела, как он общается с другими: резкие фразы, колючий взгляд карих глаз, полное отсутствие эмпатии. Но почему-то именно с ней этот «ледяной принц» иногда позволял себе едва заметную полуулыбку.

Тишину комнаты нарушил резкий звук уведомления. Настя вздрогнула и потянулась к телефону.

«Привет. Погода отличная. Выходи гулять через двадцать минут. Буду у твоего подъезда».

Сердце пропустило удар. Никаких «пожалуйста» или «ты не против?». Весь Артём был в этом коротком сообщении — прямой, напористый, привыкший брать своё. Настя улыбнулась, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. Она знала, что за этой грубой оболочкой скрывается нечто иное, и сегодня она была готова рискнуть, чтобы увидеть это «нечто».

Ровно через двадцать минут она вышла на улицу. У тротуара, прислонившись к мощному чёрному байку, стоял он. В кожаной куртке, под которой угадывались широкие плечи и рельефное телосложение спортсмена, с копной непослушных тёмных кудрей, Артём выглядел как сошедший с экрана герой фильма про бунтарей.

Увидев её, он оттолкнулся от мотоцикла. Его взгляд, обычно тяжёлый и давящий, мгновенно смягчился, когда он скользнул по фигуре Насти, подчёркнутой облегающими джинсами.

– Привет, – произнёс он низким, бархатистым голосом. – Ты пунктуальна. Редкое качество.

– Привет, – Настя подошла ближе, чувствуя исходящий от него аромат дорогого парфюма и бензина. – Решила не заставлять тебя ждать, а то вдруг передумаешь и уедешь в закат в одиночку.

Артём усмехнулся, сделав шаг в её сторону.

– От тебя я бы не уехал. Пойдём?

Они медленно пошли по парковой аллее. Артём, который в компании парней мог нецензурно выругаться или просто игнорировать собеседника, сейчас внимательно слушал рассказы Насти о новой книге. Он не перебивал, не смотрел в телефон. Его внимание было сосредоточено только на ней.

– Знаешь, – вдруг сказал он, когда они присели на скамейку у воды. – Все думают, что я только и умею, что кулаками махать да мотор крутить.

– А это не так? – Настя лукаво взглянула на него.

– С другими — так, – он посерьёзнел и посмотрел ей прямо в глаза. – С ними нельзя иначе. Покажешь слабину — сожрут. Но когда я рядом с тобой... мне не хочется ни с кем воевать.

Настя почувствовала, как её щёки заливает румянец. Она была ранимой натурой, и такие искренние признания всегда трогали её до глубины души.

– Мне нравится, когда ты такой, Артём. Настоящий.

Прогулка затянулась. Вечерний воздух стал прохладным, и Настя невольно поежилась. Артём тут же заметил это. Не говоря ни слова, он снял свою тяжёлую куртку и набросил ей на плечи.

– Совсем замёрзла, – проворчал он, но в этом ворчании было столько заботы, что Настя невольно улыбнулась. – Пойдём провожу тебя.

– Знаешь, – Настя остановилась у дверей своего подъезда, – у меня дома есть отличный чай. И я как раз хотела посмотреть один фильм. Если ты не очень торопишься...

Артём замер на мгновение. Его карие глаза вспыхнули интересом.

– Книги, чай и фильм в компании самой красивой девушки города? – он сделал шаг к ней, сокращая дистанцию до минимума. – Я бы не простил себе, если бы отказался.

Квартира Насти встретила их уютом и запахом сушёной лаванды. Пока она хозяйничала на кухне, Артём рассматривал книжные полки. Его пальцы бережно касались корешков, и было в этом что-то удивительно контрастное — мощные руки бойца и хрупкие бумажные страницы.

– У тебя отличная библиотека, – заметил он, когда Настя вошла в комнату с двумя большими кружками. – Половину из этого я читал в школе, но тогда мне казалось это скучным. Наверное, не с теми людьми обсуждал.

– Книги открываются только тем, кто готов слушать, – мягко ответила она, подавая ему чай.

Они устроились на диване, включив старую мелодраму, которую Настя знала почти наизусть. Но фильм был лишь фоном. Они сидели близко, так, что она чувствовала жар, исходящий от его тела. В какой-то момент Артём осторожно приобнял её за плечи, и Настя, не раздумывая, положила голову ему на плечо.

– Насть, – тихо позвал он, когда на экране сменялись титры первой половины фильма.

– М-м? – она подняла голову, встретившись с его напряжённым взглядом.

Артём поставил кружку на журнальный столик и полностью развернулся к ней. В его глазах больше не было того холода, который пугал окружающих. Там была уязвимость, которую он никогда и ни перед кем не показывал.

– Я не умею красиво говорить, ты же знаешь, – начал он, и его голос слегка дрогнул. – Я привык брать то, что хочу, силой. Но с тобой всё иначе. Я ловлю себя на мысли, что жду твоего сообщения весь день. Я проезжаю мимо твоего дома просто чтобы увидеть свет в окне.

Настя затаила дыхание. Она видела, как тяжело ему даются эти слова.

– Ты — единственная, ради кого я готов измениться. Единственная, кого я хочу защищать не потому, что это долг, а потому, что если с тобой что-то случится, я просто перестану дышать.

– Артём... – прошептала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

– Я люблю тебя, Настя, – он произнёс это твёрдо, будто ставя точку в долгой внутренней борьбе. – И я хочу, чтобы ты была моей. Не на вечер, не на неделю. Навсегда. Если ты позволишь мне быть рядом, я обещаю... я стану для тебя тем, кем ты захочешь.

Настя смотрела на этого сильного, кудрявого парня, который сейчас выглядел почти напуганным её возможным отказом. Она знала, что он может быть грубым с миром, но она также видела, каким нежным он может быть с ней.

– Тебе не нужно становиться кем-то другим, – она протянула руку и коснулась его щеки, проводя большим пальцем по скуле. – Мне нужен именно ты. Со всеми твоими шрамами, мотоциклами и этим невозможным характером. Потому что я тоже тебя люблю.

Артём шумно выдохнул, будто с его плеч свалился огромный груз. Его рука легла ей на затылок, пальцы запутались в длинных тёмных волосах. Он медленно, давая ей возможность отстраниться, наклонился и коснулся её губ своими.

Этот поцелуй не был похож на его обычную манеру поведения — в нём не было агрессии или напора. Он был трепетным, полным обещаний и той самой заботы, которую Артём берёг только для неё одной.

Когда они отстранились друг от друга, Артём прижал Настю к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет.

– Теперь я тебя никуда не отпущу, – прошептал он ей в макушку. – Завтра поедем кататься. Я купил тебе новый шлем.

Настя тихо рассмеялась, уютно устраиваясь в его объятиях.

– Ты уже всё спланировал?

– Полный газ, Настя, – улыбнулся он, и в этой улыбке была вся его натура. – С тобой — только на максимальной скорости.

В этот вечер в маленькой квартире на окраине города двое людей нашли то, что искали в шуме моторов и тишине библиотек. Холодный боец нашёл своё тепло, а добрая душа нашла свою самую надёжную крепость. И за окном продолжал шуметь город, но для них мир сузился до размеров этой комнаты, где пахло чаем и начиналась их общая история.