Внутри игры

Камень крошился под пальцами, обращаясь в раскаленную пыль.

Соён помнила этот запах – тяжелый, удушливый, пропитанный серой, жженой медью и кровью гигантов. Небо над столицей Фиора раскололось на тысячи ослепительных трещин, когда Врата Затмения наконец рухнули под совместным ударом драконоборцев. Черные громады рептилий, порожденные искаженным временем, растворялись в золотистом вихре, воя от бессильной ярости и возвращаясь в свою временную ветвь.

Это должна была быть победа. Грязная, выстраданная, оплаченная переломанными костями и иссушенными до дна сосудами волшебной силы.

Но когда последняя створка древнего монолита накренилась, из ее обугленного сердца вырвалась безмолвная волна.

Она не несла в себе пламени или ветра. Это был гравитационный пульс разорванной хронологии. Внутри Соён – прямо за ребрами, где спал и плавился вечный «золотой реактор» божественной сущности Син Леоры, – что-то болезненно, оглушительно отозвалось. Золотая искра срезонировала с темным механизмом врат, словно старый ключ, наконец узнавший свой замок спустя четыре столетия разлуки.

– Соён! – донесся сквозь звон в ушах отчаянный, сорванный крик.

Она успела повернуть голову. Нацу мчался к ней через завалы тлеющего гранита, протягивая закопченную, обожженную руку. В его широко распахнутых глазах плескался чистый, первобытный ужас – тот самый, с которым драконы сорок веков назад смотрели в бездну. За его спиной мелькнули алые доспехи Эрзы, синие пряди Венди, застывший в немом крике Грей.

Она хотела сказать ему, чтобы он не лез. Хотела привычно съязвить, что этот идиот снова разрушил полгорода и мастер Макаров спустит с них шкуру.

Но пространство схлопнулось.

Золотой смерч вывернул мир наизнанку, сорвав звуки, цвета и гравитацию. Ее словно протащили сквозь игольное ушко бесконечной толщины.

---

Падение было недолгим, но сокрушительным.

Соён рухнула на спину, и сухой треск примятой травы стал первым звуком, ворвавшимся в оглушенное сознание. Легкие обожгло холодом. Она судорожно втянула воздух и замерла, широко раскрыв глаза.

Пустота.

Мир был лишен дыхания. В воздухе не пахло соленым ветром Магнолии, не было тяжелого духа цветущих вишен, не ощущалось даже влажной сырости земли. Но страшнее всего было другое: вокруг не было эфира. Ни единой крупицы, ни малейшего следа атмосферной магии, которая в Ишгаре пронизывала каждую травинку, каждый камень и облако. Атмосфера была… стерильной. Искусственной, словно вычищенной спиртом в операционной.

– Гелиос… – голос Соён прозвучал сипло, шершаво, будто связки забило песком. Прищурившись от резкого, плоского света, она заставила себя приподняться на локтях. – Что произошло?!

Возле ее бедра что-то шевельнулось. Сдавленный, глухой стон прокатился по траве. Белоснежный лис размером с крупную овчарку, чья шерсть по краям ушей и хвоста переливалась тусклым, истощенным золотом, с трудом перекатился на лапы.

– Не знаю… – выдохнул дух, и в его древнем, обычно властном голосе сквозила редкая растерянность. – Врата… Они вспомнили тебя, Леора. Вспомнили твою искру. Они перегрузились и просто вышвырнули нас вон из временного коридора.

– Вспомнили?! – Соён судорожно вздохнула, ощупывая пояс. Пальцы привычно скользнули по ремням: фиксаторы на бедрах были на месте, белая поясная сумка цела, эдоласская накидка на левом плече лишь слегка запылилась. – Это значит… Мы снова…

– Девушка! Берегись!

Резкий окрик разрезал тишину быстрее, чем мозг успел обработать команду.

Но тело Соён, пережившее приютские драки в Сеуле, войну с «Фантом Лорд», смертельные ловушки Райской Башни и чудовищную бойню на Тенрю, среагировало само. Мышечная память богини-воительницы сработала без участия воли: она не стала оборачиваться, а просто ушла перекатом влево, сгруппировавшись в долю секунды.

Над ухом взвыл рассекаемый воздух. Хищная, покрытая бурыми шипами тень пронеслась ровно там, где мгновение назад находилась ее голова. Острый коготь чиркнул по верхнему ярусу ее прически, срезав несколько черных прядей каре.

Соён вскочила на ноги, рефлекторно потянувшись к правому бедру, где обычно концентрировалась магия призыва клинка. Ее глаза, темные и непроницаемые, сузились.

– Гелиос, рапира!.. – начала было она, но закончить не успела.

В воздухе свистнула сталь. Мимо нее метнулся черный силуэт, двигавшийся с неестественной, пугающе плавной скоростью. Блеснули две дуги лезвий – серебряная и темная. Тварь, напоминавшая уродливую помесь ящера и саблезубого волка, издала яростный, скрежещущий визг, попыталась взмахнуть когтистой лапой, но спаренный выпад распорол ее корпус крест-накрест.

Соён замерла, готовясь ударить божественным светом прямо из ладони, если тварь поднимется.

Но то, что произошло дальше, заставило ее оцепенеть.

Монстр не истек кровью. Его внутренности не вывалились на траву. Чудовище просто застыло, вспыхнуло сетью ярко-голубых геометрических полигонов и с сухим хрустальным звоном рассыпалось на тысячи мерцающих осколков, которые тут же растаяли в воздухе, оставив после себя лишь парящую над землей полупрозрачную плашку с надписью.

– Ты в порядке?

Соён медленно выпрямилась. Ее пальцы в белых перчатках медленно разжались, но напряжение из плеч не ушло ни на грамм.

Перед ней стоял юноша. На вид ее ровесник, не больше. Растрепанные черные волосы, аккуратные черты лица, черная кожаная куртка с металлическими накладками, брюки того же цвета. За его спиной в специальных ножнах покоились два меча – тяжелый темный клинок и изящный, почти прозрачный меч цвета морской волны.

Но Соён смотрела не на оружие.

Она принюхалась, и по ее спине пробежал мороз.

От парня не исходило запаха живого человека. Не было запаха пота, пыли, разгоряченной битвой крови или адреналина. Не чувствовалось дыхания кожи. От него не веяло теплом тела. Словно перед ней стояла искусная, пустая восковая фигура, научившаяся двигаться и говорить. Ее тонкое духовное зрение, обостренное сотнями лет существования души Син Леоры, видело перед собой не живой организм, а пустую оболочку из спрессованного света и кода, внутри которой вообще не билось сердце.

Гелиос у ее ног глухо зарычал. Белая шерсть на загривке духа встала дыбом, желтые узоры тревожно замерцали.

– Кирито-кун!

Звонкий голос раздался со стороны холма. Соён мгновенно развернулась на пятках, низко присев и выставив вперед левую ногу – так, чтобы желтая метка гильдии на голени была скрыта складками ткани и ремнями, а центр тяжести позволял уйти в атаку или защиту.

К ним бежали. И с каждой секундой происходящее казалось Соён все более бредовым сном, порожденным падением с высоты.

Все приближающиеся обладали той же неестественной, бестелесной аурой. От них не пахло жизнью.

Впереди всех неслась девушка в бело-синих одеяниях. Ее длинные лазурные волосы развевались на ветру, уши были длинными и заостренными, словно у лесных фей из древних легенд, а на бедре покачивалась тонкая серебряная рапира. Чуть левее от нее мчалась золотоволосая мечница в зеленых одеждах, с такими же эльфийскими ушами и длинной катаной на поясе.

Справа тяжело топал рослый парень с темно-рыжими, почти красными волосами, перехваченными банданой, в традиционном восточном доспехе и с изогнутым мечом. Чуть поодаль, легко перепрыгивая через валуны, двигалась девушка с бирюзовыми волосами, длинным охотничьим луком за спиной и… настоящими кошачьими ушами на макушке, которые подергивались при каждом шаге. Следом спешили еще две: маленькая девчушка с каштановыми хвостиками, похожая на котенка, и невысокая особа с короткими розовыми волосами и кузнечным фартуком поверх легкой брони.

– Асуна. Ребята, – парень, названный Кирито, облегченно опустил плечи и улыбнулся. – Что-то вы долго. Я думал, вы перехватите авангард мобов у реки.

– Эй! – возмущенно выдохнул парень с красными волосами, уперев руки в бока и пытаясь восстановить дыхание, хотя его грудь вздымалась совершенно механически. – Мы зачищали нижний ярус, пока ты сломя голову рванул за этим блуждающим боссом! И вообще…

Красноволосый запнулся. Его карие глаза уставились прямо на Соён.

– Слушай, Кирито… Как ты так умудряешься? Стоит тебе отойти на три минуты, как ты уже находишь новых знакомых! Привет, сестренка!

Соён не ответила на приветствие. Ее взгляд оставался тяжелым, холодным и колючим. Верхний ярус ее черных волос растрепался от ветра, но длинные пряди, струившиеся по спине до самых бедер, лежали неподвижно. Черные, темнее беззвездной ночи глаза методично сканировали чужаков: стойка, баланс, хватка пальцев на рукоятях оружия, отсутствие следов магии в телах.

Никаких духовных каналов. Никаких сосудов волшебной силы. Пустышки. Манекены.

– Я вам не знакомая, – отрезала она низким, сухим тоном, в котором прорезалась привычная резкость сироты из трущоб Каннама, помноженная на высокомерие древней богини. Ее правая рука сжалась в кулак, готовая выпустить ослепляющую световую вспышку. – И уж тем более не «сестренка». Кто вы такие? И почему… – она слегка наклонила голову, втягивая воздух, – почему от вас пахнет пластиком и пустотой? От вас нет тепла. Будто вы не живые.

В воздухе повисла странная, неловкая тишина.

Девушка с лазурными волосами – Асуна – удивленно моргнула, переглянувшись с Кирито. Золотоволосая мечница в зеленом прыснула в кулак, лучница с кошачьими ушами слегка нахмурилась, а красноволосый шумно почесал затылок.

– Э-э… – протянул парень в черном. Он медленно убрал клинки в ножны за спиной, демонстрируя пустые ладони, и сделал осторожный шаг вперед. – Ну… вообще-то, мы находимся в виртуальной реальности. Полное погружение, АЛЬФхейм Онлайн, зона нейтральных земель между Свартхеймом и Иггдрасилем. Ты… ты новенькая, что ли? Или у тебя датчики сенсорного отклика в АмуСфере заглючили?

Соён застыла.

Слова упали в ее сознание, как тяжелые камни в мутную воду.

«Виртуальная реальность». «Полное погружение». «АмуСфера».

Воспоминания шестнадцатилетней давности, похороненные под вековыми пластами магии, драконьего рева, войн гильдий и древних пророчеств, внезапно всплыли со дна памяти.

Сеул. 2020-е годы. Маленькая, обшарпанная комната в приюте. Новости по телевизору в холле. Технологические выставки в районе Каннам. Статьи в интернете о развивающихся нейросетях, прототипах шлемов виртуальной реальности и японских разработках в области квантовых интерфейсов. Она помнила этот мир. Мир проводов, бетона, асфальта и грузовика, чьи слепящие фары стали последним, что она видела перед тем, как очнуться в волшебном лесу Ишгара.

Но в том мире технологии еще не дошли до «полного погружения». Значит, время здесь ушло далеко вперед. Или это был совсем другой мир.

Но главная проблема заключалась не в этом.

У нее не было шлема. Не было датчиков на висках. Не было провода, подключенного к розетке. Под ее сапогами была реальная трава, которую она осязала нервными окончаниями своей собственной, живой, дышащей плоти. Ее легкие горели от недостатка эфира, а под кожей пульсировал древний, раскаленный исток Син Леоры.

Она не была в игре. Она была заперта внутри чужого цифрового кошмара своим настоящим телом.

Соён медленно, тяжело вздохнула и запрокинула голову к неестественно бирюзовому небу, на котором застыли абсолютно неподвижные, полигональные облака.

– Прекрасно, – процедила она сквозь зубы с таким ледяным сарказмом, что стоящие перед ней подростки невольно отшатнулись. – Виртуальная реальность. Компьютерная игра. Просто великолепно. Гелиос, напомни мне… когда в моей жизни хоть раз все было просто?

– Никогда, – фыркнул белый лис, поднимаясь с травы и грациозно потягиваясь. Его золотистые когти высекли из земли сноп настоящих искр. – Тебе понятия «нормально» и «просто» должны только сниться. И то в кошмарах.

– Чего-о-о?! – взвыл красноволосый самурай, отпрыгивая на добрых два метра назад и выхватывая катану из ножен. – Оно… Оно разговаривает?!

– Питомец с прописанным речевым модулем? – округлила глаза лучница с кошачьими ушами, ее хвост нервно дернулся. – Но в базе данных АЛЬФхейма нет такого типа фамильяров! Это не системная модель!

– Синон, подожди, – Кирито выставил руку, останавливая товарищей. Его взгляд стал предельно серьезным, взгляд опытного игрока, столкнувшегося с системным багом или чем-то гораздо более опасным. Он сделал еще полшага вперед, прищурившись и вглядываясь в пространство над головой Соён. – У нее… нет курсора.

Асуна вздрогнула:

– Что? Как это нет?

– Вообще нет. Ни зеленого маркера игрока, ни желтого нейтрального, ни оранжевого криминального. Даже имени нет. Интерфейс не определяет ее как объект.

Кирито открыл ладонь и взмахнул пальцами сверху вниз, вызывая главное меню. В воздухе с мелодичным перезвоном развернулись полупрозрачные фиолетовые окна системных настроек. Он быстро пробежался пальцами по строкам, проверяя сканирование локации.

– В радиусе пятидесяти метров система фиксирует только нашу группу и убитого моба. Ее здесь… просто нет.

– Эй, парень в черном, – раздался холодный, спокойный голос.

Кирито поднял глаза. Девушка стояла перед ним, скрестив руки на груди. Несмотря на невысокий рост, странный белый жакет без рукавов с золотой каймой и легкомысленные шорты с кучей ремней, в ее позе читалась такая монументальная, непоколебимая уверенность, какую он видел разве что у командиров штурмовых гильдий во времена смертельной игры в Айнкраде.

Но в ее глазах не было азарта игрока. Там была усталость ветерана, прошедшего через мясорубку сотен сражений.

– Закрой свои светящиеся таблички, – произнесла Соён, и в ее тоне прозвучала сталь. – Я не программа. И не плод твоих цифровых фантазий. Если я правильно понимаю ваши примитивные термины, вы находитесь в своих теплых кроватях, нацепив на головы куски железа, передающие сигналы в мозг.

Она сделала шаг вперед. Подошва ее низкого сапога тяжело вдавила траву в грунт. Трава примялась и не восстановила форму за секунду, как это происходило с системными текстурами.

– Я же нахожусь здесь во плоти. Мое сердце бьется. Моя кровь течет. И если меня здесь убьют, я умру по-настоящему.

– Ты… ты шутишь? – нервно усмехнулась девушка с розовыми волосами, переглядываясь с подругами. – Это какой-то новый квест от разработчиков? Ролевой отыгрыш? Эй, Лифа, ты что-нибудь слышала о новом обновлении с уникальными NPC?

Зеленая мечница покачала головой, не сводя настороженного взгляда с Соён:

– Нет. «Имир» не анонсировал ничего подобного. И разработчики не могут создавать искусственный интеллект такого уровня… Это невозможно на существующих серверах.

– Это не NPC, – негромко, но очень веско произнесла Асуна. Она подошла ближе к Кирито, не спуская глаз с незнакомки. Ее пальцы осторожно легли на эфес рапиры, но не для атаки, а скорее для защиты. – Посмотри на ее движения, Кирито. У нее нет фиксированных анимаций. Когда она уклонялась от клыкастого вепря… это не был системный навык меча. Она двигалась без задержки ввода, без предварительного разгона. Ни один игрок не может двигаться так плавно без помощи системного ассиста.

– Я заметил, – отозвался черноволосый. Его лицо помрачнело. Воспоминания об Айнкраде, об экспериментах Суго и о загадках виртуального мира мгновенно всплыли в памяти. – Кто ты? И как ты сюда попала?

Соён устало потерла переносицу. Голова раскалывалась. Без постоянного притока природного эфира золотой реактор внутри нее начинал работать в замкнутом цикле, пожирая ее собственные жизненные силы для поддержания божественной искры. Это не было смертельно сию секунду – запаса ее души хватило бы на годы автономного существования, – но чувство сухости во рту и легкое головокружение уже давали о себе знать.

– Меня зовут Шин Соён, – ответила она, решив, что скрывать имя бессмысленно. О Син Леоре этим детям знать точно не стоило – они и простую правду переварить не в состоянии. – Маг гильдии «Хвост Феи». Королевство Фиор. Континент Ишгар. Вам эти названия что-нибудь говорят?

Компания молчала. Парень-самурай медленно покачал головой:

– Звучит как сеттинг какого-нибудь фэнтези-ранобэ… Но я точно не помню такой локации ни в одной ММО.

– Разумеется, – вздохнула Соён. – Потому что это другой мир. Настоящий. Мы только что вели войну с драконами, вырвавшимися из временных врат. Врата были разрушены, произошел пространственный резонанс, и меня швырнуло сюда. Ваш… как вы его назвали, сервер? Он просто перехватил материальный объект, обладающий высокой энергетической плотностью, и спроецировал его в ваше цифровое пространство.

– Ты утверждаешь, что ты человек из параллельного мира, который материализовался внутри компьютерного кода игры? – подала голос лучница-Синон. Ее кошачьи уши прижались к голове, а в голосе сквозил неприкрытый скепсис. – Ты понимаешь, насколько безумно это звучит?

– А ты понимаешь, насколько бредово для меня выглядит девушка с пришитыми кошачьими ушами, на полном серьезе считающая себя эльфом? – не осталась в долгу Соён, смерив ту ледяным взглядом.

Синон поперхнулась воздухом и вспыхнула:

– Это раса Спригган и Кайт Ши! Это игровая механика!

– Вот именно. Игрушки, – отрезала Соён, поворачиваясь к белому лису. – Гелиос. Сколько у нас сил?

Лис подошел ближе, коснувшись носом ее бедра. Золотые узоры на его морде вспыхнули ярче, сканируя окружающее пространство.

– В этой реальности магии нет вовсе, создательница. Пустота. Твои запасы запечатаны внутри твоего собственного ядра. Если начнешь тратить божественный свет направо и налево, начнешь выжигать собственную плоть. Простые манипуляции мечом и малое исцеление – без проблем. Но тяжелую артиллерию вроде лука или Первой Эпохи лучше приберечь. Мы не знаем, есть ли здесь выход.

– Опять лимит, – поморщилась Соён. – Терпеть не могу ограничения.

– Эй… подождите, – Кирито сделал еще один шаг вперед, на этот раз совершенно без опаски. На его лице отразился неподдельный, почти исследовательский интерес – черта настоящего гика, который столкнулся с абсолютной аномалией. – Если ты говоришь правду… если ты действительно здесь физически… Ты можешь использовать магию? Настоящую? Не системные заклинания АЛЬФхейма?

Соён смерила его долгим, тяжелым взглядом из-под челки.

– Ты хочешь демонстрации, мечник?

– Кирито, осторожнее, – предостерегла Асуна, положив руку ему на плечо. – Мы не знаем, к чему это может привести. Если она вызовет ошибку сегментации данных, нас может выкинуть с сервера или…

– Я не собираюсь ломать ваш хрупкий стеклянный домик, – перебила ее Соён. – Но тратить время на пустую болтовню я тоже не намерена. Мне нужно вернуться. Моя гильдия… Нацу, Эрза, старик… Они думают, что я погибла или сгинула во тьме Врат. Я только что вернула им их чертову гильдию, выиграла эти дурацкие игры, и я не собираюсь оставлять этих идиотов одних разгребать последствия разрушения столицы.

Она вытянула вперед правую руку в белой перчатке.

Никаких заклинаний на древнем языке. Никаких магических кругов, привычных магам Фиора. Лишь короткий, властный импульс воли.

– Свет.

Воздух вокруг ее ладони сжался. Не было системного звукового эффекта подготовки навыка. Не появилось круговых рун, характерных для магии ALO.

Просто из центра ее ладони ударил чистый, ослепительный луч теплого, живого золотого света. Он не был похож на цифровую графику игры – он обладал осязаемой плотностью, от него пахло озоном, утренним солнцем и цветущими лугами далекого Ишгара. Волна тепла прокатилась по поляне, заставив траву под ногами игроков зашевелиться от возникшего перепада давления.

Свет скользнул по фигурам игроков, и в этот миг произошло невероятное: полупрозрачные аватары на долю секунды потеряли свою цифровую иллюзорность, обнажив контуры настоящих человеческих душ, связанных со шлемами где-то там, в далекой физической реальности.

Лифа ахнула, отшатнувшись:

– Это… тепло? Откуда тепло в игре?! Драйверы АмуСферы не передают температурные ощущения выше базового порога комфорта!

– Мое системное окно… – прошептал красноволосый самурай, глядя на всплывшую перед ним красную табличку с надписью «Warning: Unidentified Environmental Anomaly». – Оно сходит с ума. ХП не тратится, но датчики фиксируют неизвестное излучение!

Соён сжала пальцы в кулак, обрывая поток. Золотое сияние втянулось обратно в ее кожу, словно послушная змея. На поляне снова воцарилась стерильная, прохладная пустота виртуального мира.

– Достаточно? – сухо спросила она, опуская руку. – Теперь вы верите, что я здесь не для того, чтобы фармить ваших полигональных кабанчиков?

Кирито стоял, не шевелясь. Его темные глаза горели странным, лихорадочным огнем. Он медленно провел ладонью по груди, где еще мгновение назад ощущалось совершенно чуждое этой игре, живое тепло настоящего солнца.

– Ты… ты действительно реальна, – выдохнул он. Затем он посмотрел на своих товарищей, встретившись взглядом с потрясенной Асуной, и снова повернулся к Соён. Его тон изменился: ушла настороженность, уступив место предельной собранности. – Слушай, Соён… Если ты застряла внутри системы без физического терминала выхода, у нас огромные проблемы. Ты не можешь просто вызвать системное меню и нажать «Log Out». У тебя его нет.

– Я уже поняла это, капитан Очевидность, – с привычным скепсисом отозвалась девушка, поправляя черную ленту на белом жакете. – Дальше что?

– Дальше – нам нельзя оставаться на открытой местности, – вмешалась Асуна. Ее длинные уши ундины слегка подергивались, выдавая внутреннее напряжение. – Если системные мониторы зафиксируют такой масштабный сбой параметров, сюда могут заявиться системные администраторы. Или сработает протокол автоматической очистки поврежденных секторов. Если система посчитает тебя вредоносным кодом… она попытается тебя стереть.

– Стереть меня? – Соён коротко, невесело усмехнулась. Ее черные глаза на мгновение блеснули древним, нечеловеческим золотом Син Леоры. – Пусть попробуют. Даже Черный Маг Зереф и король драконов не смогли стереть меня за четыреста лет. Сомневаюсь, что это под силу кучке ваших кремниевых микросхем.

– И все же, она права, – тихо подал голос Гелиос, его янтарные глаза неотрывно следили за небом, где полигональные облака начали слегка подрагивать, словно от помех на старом экране. – Твое тело уязвимо без эфира, Соён. Не трать силы на войну с призраками этого мира. Нам нужна информация.

Соён поморщилась, но признала правоту духа. Упрямство было ее второй натурой, но глупой она никогда не была. В конце концов, в гильдии именно ей приходилось разгребать финансовые отчеты и вытаскивать команду из долговых ям, пока Нацу с Грей крушили все вокруг. Стратегическое мышление всегда брало верх над импульсами.

– Ладно, – бросила она, перехватив ремень сумки на поясе. – Ведите. Куда там обычно прячутся беглые богини в мире победившего киберпанка?

Кирито моргнул, явно не ожидавший такого резкого перехода от высокомерия к деловому тону, но тут же собрался и улыбнулся – открыто, искренне, как улыбался когда-то своим товарищам на передовой Айнкрада:

– В город. В нейтральную зону, где запрещены системные атаки и сканирование аномалий высокой плотности. У нас есть дом на границе территорий. Там можно спокойно сесть, выпить… ну, виртуального чая, и подумать, как связаться с внешним миром.

– Чай без вкуса и калорий? – Соён скривила губы в ироничной усмешке, но шагнула следом за ним. – Моя любимая диета. Гелиос, держись рядом. Если кто-то из этих остроухих попытается погладить тебя за ухом – откуси пальцы.

– С превеликим удовольствием, – оскалился лис, грациозно ступая по траве след в след за своей создательницей.

Красноволосый самурай, поравнявшись с Кирито, шепотом, который слышали абсолютно все, пробормотал:

– Кирито, друг мой… Где ты находишь таких опасных женщин? Эрза Скарлет из слухов на форумах просто отдыхает по сравнению с ней…

– Заткнись, Кляйн, – не оборачиваясь, бросила Соён. – Я прекрасно все слышу. И если ты еще раз упомянешь имя Эрзы всуе, я проверю, насколько быстро твои полигоны восстанавливаются после прямого удара в челюсть.

Кляйн испуганно зажал рот ладонью и прибавил шагу, поравнявшись с хихикающей Лифой.

Они двинулись по склону холма в сторону видневшихся на горизонте гигантских корней Мирового Древа, пронзавшего неестественно синее небо чужого мира.

Соён шла молча, чувствуя, как холодный искусственный ветер треплет пряди ее черных волос. Где-то далеко позади, за гранью пространств и измерений, остался разрушенный Крокус, осталась гильдия, остался крик Нацу, звавший ее сквозь рушащиеся врата.

«Я вернусь», – беззвучно пообещала она себе, крепче сжимая кулаки в белых перчатках. Золотой реактор внутри ее груди отозвался ровной, уверенной пульсацией. – «Чего бы мне это ни стоило. Даже если для этого придется взломать этот фальшивый мир до самого основания».