Абсурд!

Белые стены. Шум генераторов. Белая дверь с небольшой решеткой сверху.

– Раз. Два. Задержка четыре секунды. Три. Задержка две секунды...

Так. Пока я тут считаю мигания мерзкой флуоресцентной лампы над головой и тихонько напеваю себе под нос какую-то привязавшуюся с утра мелодию, давайте познакомимся. И я заодно объясню, что тут вообще происходит.

Я Тесс. Тесс Дайсон. Три месяца назад мне исполнилось пятнадцать лет. Рост – метр пятьдесят шесть (и не смейте ржать, для рукопашного боя низкий центр тяжести – сплошное преимущество!). У меня прямые черные волосы до середины спины и глаза странного, почти янтарно-желтого оттенка. На мне сейчас болтаются юбка-шорты графитового цвета, белые гольфы, черные кроссовки и тонкая майка, бессовестно открывающая шею и ключицы. И всё.

Мне, черт побери, холодно!

А теперь к ситуации. Я слишком самоуверенная. Да. Признаю. Официально расписываюсь в собственной глупости. Чтобы оказаться здесь, мне понадобилось всего две вещи: пойти на разведку в одиночку, ни черта не сказав остальным, и... безрассудно выпрыгнуть из укрытия прямо в объятия полутора десятков дроидов.

И вот результат. Я сижу на холодном металлическом полу. Мою любимую графитовую куртку со всеми карманами нагло отобрали. Мое оружие конфисковали. Класс! Просто великолепно! Пять баллов за конспирацию, агент Дайсон, садись, два!

Только вот где именно это «здесь»? И сколько часов я тут уже торчу? По стерильным белым панелям, гудящим трубам и полному отсутствию окон определить время суток решительно невозможно.

А теперь перейдем к повествованию, потому что скучать в одиночестве мне оставалось недолго.

Первым, что до меня донеслось из длинного коридора, был крик. Звонкий, девичий, полный ярости и неподдельного страха:

– Отпустите! Что вы себе позволяете?!

«Ничего они себе не позволяют, – меланхолично подумала я, даже не шелохнувшись. – Они просто тупые консервные банки».

В камеру рядом с моей буквально впихнули двоих. Я поняла это по глухому удару тел о металл и щелчку замка, а подтвердила догадку, скосив глаза на маленькое зарешеченное смотровое окошко в смежной перегородке.

Там оказались взрослый рыжеволосый мужчина в очках и рыжеволосая девушка – на вид примерно моя ровесница, может, на полгода старше. Одета в какую-то желтую кофту, короткие шорты и сапоги. Вся дрожит, но подбородок вздернут. Боевая, надо же.

Массивная дверь соседней камеры с шипением захлопнулась. Девушка продолжала возмущаться, колотить кулаками по обшивке и требовать объяснений.

А что инопланетянин? Этот ходячий кусок синтетической плоти в дешевом деловом костюме просто развернулся на шарнирах и пошагал обратно. Прямо мимо моей решетки.

Терпение лопнуло. Я вскочила на ноги, набрала в грудь побольше морозного кондиционированного воздуха и рявкнула в вентиляционную прорезь:

– Эй! Железка!

Робот монотонно скрипнул суставами, остановился и повернул голову с абсолютно мертвым, немигающим лицом в мою сторону.

– Отдай мне куртку, черт подери! – зарычала я, вцепившись пальцами в край решетки. – Я тут околею быстрее, чем вы начнете свои дурацкие опыты! У меня нет медицинской страховки. Если я сдохну от пневмонии, ты меня хоронить будешь, урод с щупальцами?!

Робот послушал мой пламенный спич. Посмотрел на меня мутными стекляшками глаз ровно пять секунд. Из его встроенного динамика донеслось тихое металлическое бормотание: «Существо, именуемое человеком, проявляет агрессию, что является нелогичным для существ, находящихся под контролем Крэнгов...»

После чего он развернулся и так же механически пошел дальше по коридору.

– Тц. Железка она и в Африке железка. Никакого сочувствия, – цыкнула я, раздраженно выдохнула и отступила назад.

Опершись спиной о холодную стену, я снова сползла на пол и задрала голову к потолку, рассматривая стыки панелей. Прикрыла глаза, морально готовясь к привычной глухой тишине.

Но я совсем забыла, что у меня теперь появились соседи.

– Эй...

Рыжеволосая подала голос, явно обращаясь ко мне. Через решетку в общей стене я отчетливо видела ее испуганное, но любопытное лицо.

Черт... Только светских бесед мне сейчас не хватало.

– Чего тебе? – буркнула я, не открывая глаз и плотнее обхватывая свои озябшие плечи руками.

– Ты... ты тоже человек? – в ее голосе звенело неподдельное изумление. – Они держат здесь других людей?! Кто эти типы в костюмах? Почему у них одинаковые лица?! Папа, ты видел?

Мужчина рядом с ней судорожно пытался отдышаться, поправляя сползшие очки:

– Эйприл, милая, держись рядом со мной... Не приближайся к решетке...

– Да не укушу я ее, расслабьтесь, – фыркнула я, приоткрыв один желтый глаз. – И да, я человек. Пока еще. А эти «типы» – не люди. И даже не роботы в обычном понимании. Внутри этих дурацких туловищ сидят розовые мозгоподобные твари с щупальцами. Называют себя Крэнгами. Редкие ублюдки, помешанные на мутагене, захвате чужих миров и убогом синтаксисе.

В соседней камере повисла тяжелая, гулкая пауза. Мужчина побледнел настолько, что слился со стеной.

– Розовые... твари? – выдавила та, которую назвали Эйприл. – Инопланетяне? Ты серьезно?!

– Более чем, – я поморщилась, вспоминая собственное прошлое, которое колючей проволокой сдавило горло. – Мои родители работали на них. Думали, что занимаются передовыми генетическими исследованиями для секретной частной лаборатории. А когда поняли, кто на самом деле отдает приказы... было уже поздно. Мне было тринадцать, когда этих уродов перебили прямо у меня на глазах. Так что поверь, рыжая, я знаю, о чем говорю.

Эйприл замолчала. Страх в ее глазах сменился искренним, растерянным сочувствием. Терпеть не могу этот взгляд. Мне не нужна жалость. Никогда не была нужна.

– Меня зовут Эйприл, – тихо сказала она, подходя ближе к разделяющей нас решетке. – Эйприл О’Нил. А это мой отец, Кирби. Нас схватили прямо на улице, возле дома... засунули в фургон...

– Тесс, – коротко бросила я, отворачиваясь. – Приятно познакомиться при таких дерьмовых обстоятельствах.

– Ты здесь давно? Отсюда можно сбежать? – спросил Кирби, его голос дрожал, но он явно пытался казаться сильным ради дочери.

– Часа три или четыре, – я пожала плечами, и резкая боль напомнила о шраме на правом запястье, который я оцарапала во время драки. – И нет, отсюда голыми руками не выберешься. Стены армированные, двери на биометрических и электронных замках. К тому же у меня отобрали катану и пистолет. Без них я просто очень злая и очень замерзшая девчонка.

Я снова закрыла глаза. Перед внутренним взором тут же вспыхнул наш подземный дом.

Старый, списанный вагон метро на заброшенной ветке глубоко под Манхэттеном. Запах машинного масла, паяльника, сухих трав и пыли. Старый продавленный диван, на котором так удобно валяться, завернувшись в теплый клетчатый плед. На столе – непременный стаканчик обжигающего капучино с двойной порцией корицы, купленный в круглосуточной кофейне на поверхности, и кусок клубничного чизкейка. Боже, я бы сейчас душу отдала за клубничный десерт...

И за то, чтобы услышать ворчание Тейи.

Представляю, что сейчас творится в убежище. Тейя наверняка уже сгрызла пачку своих ментоловых леденцов от нервов, вытащила из ножен серебряный клинок и грозится снести голову любому, кто встанет на пути. А Уилл... Уилл сейчас сидит перед тремя экранами, собранными из краденых мониторов, его пальцы с бешеной скоростью летают по клавиатуре, а на бледном лице застыло то самое непоколебимое, ледяное выражение, от которого у меня всегда мурашки бегут по коже.

Они не оставят меня здесь. Я знаю.

В нашей банде – организации «На-Дай» – никогда не было формального лидера. Мы не давали клятв и не назначали командиров. Но почему-то так вышло, что именно за мной оставалось последнее слово. Именно я когда-то подобрала сбежавшую от садиста-дяди четырнадцатилетнюю Тейю, накормила ее горячей едой и дала в руки меч. Именно к нам троим прибился семнадцатилетний Уилльям, когда спас нас от засады тех же проклятых пришельцев. Мы были семьей калек, потерявших все из-за Крэнгов, но ставшими несокрушимым щитом друг для друга.

И прямо сейчас я подставила их своей дурацкой, идиотской самонадеянностью.

– Тесс? – снова позвала Эйприл. – Ты в порядке?

– Нормально, – отрезала я. – Просто думаю о том, как буду медленно откручивать манипуляторы тому роботу, который спер мою куртку.

– Ты кажешься... слишком спокойной для того, кто сидит в тюрьме у пришельцев.

– Паника тратит калории, – отозвалась я, разглядывая белые гольфы. – А мне здесь еще согреться нужно. Держи себя в руках, О’Нил. Если будешь истерить, они решат, что ты полезнее в качестве биомассы для тестов, чем живой заложник.

Кирби судорожно вздохнул и обнял дочь за плечи. Они затихли.

Тишина продлилась не больше десяти минут. А затем база содрогнулась.

Глухой, мощный удар прокатился по полу, отозвавшись вибрацией в каждой металлической балке. Свет на мгновение мигнул, сменившись тревожным алым мерцанием аварийных ламп. Генераторы взвыли на повышенных оборотах.

– Что это?! – вскрикнула Эйприл, вскакивая.

Я тут же подтянулась на руках и прильнула к решетке двери.

По коридору разнесся пронзительный вой сирены: монотонный гудок, перемежающийся с синтетическим треском тревоги. Спустя пару секунд послышались звуки частой стрельбы – характерные лазерные щелчки оружия Крэнгов и... что-то еще. Звук разбивающегося стекла, грохот ломающегося пластика и свист рассекаемого воздуха.

– Тревога, – раздался гнусавый электронный голос из динамиков на потолке. – Сектор три скомпрометирован. Существа, известные как нарушители, вторглись на территорию, находящуюся под юрисдикцией Крэнгов. Уничтожить существ.

– Началось, – ухмыльнулась я, чувствуя, как внутри закипает адреналин, сметая всю усталость и холод.

– Кто это может быть? Военные? Полиция? – с надеждой спросил Кирби.

– Нет, мистер О’Нил. Полиция сюда и носа не сунет. Либо это мои ребята пришли выбивать мне компенсацию за моральный ущерб, либо у этих розовых уродцев появились еще более чокнутые враги.

Вдруг прямо над нашими головами, в вентиляционном люке коридора, раздался грохот. Решетка с грохотом вылетела наружу, и в коридор вывалилось нечто... невероятное.

Четыре тени. Двигались они с нечеловеческой, пугающей скоростью.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть происходящее через прорезь в двери. Глаза полезли на лоб.

– Это что еще за... черепахи переростки?! – вырвалось у меня шепотом.

Зеленые. Мускулистые. В масках разных цветов: синей, красной, фиолетовой и оранжевой. На спинах – массивные панцири. В руках – катаны, сай, шест бо и нунчаки. Они двигались синхронно, как единый смертоносный механизм ниндзюцу, раскидывая подоспевших дроидов за считанные секунды.

– Эй, фиолетовый, проверь двери! – крикнул тот, что в красной маске, пробивая ногой корпус очередного дроида так, что пластиковая голова улетела в стену. – Донни, шевели панцирем, их тут целая армия!

Тот, кого назвали Донни – с длинным деревянным шестом и в фиолетовой повязке – подскочил к соседней камере, заглянул в смотровое окно и буквально застыл на месте, разинув рот:

– Она... она здесь! Ребята, она в порядке! То есть... они в порядке!

– Открывай чертову дверь, Ромео, пока нас не превратили в суп! – рявкнул красный, отражая лазерный залп кинжалом-сай.

– Я пытаюсь! Тут сложный алгоритм шифрования! – засуетился Донни, вытаскивая какой-то самодельный планшет и прикладывая его к терминалу двери камеры О’Нилов.

Эйприл прижалась к стеклу, ее глаза расширились до невероятных размеров:

– Что... кто вы такие?! Папа, они зеленые!

– Не бойтесь, мы спасем вас! – попытался улыбнуться Донни, но выглядело это скорее неловко, чем героически.

Я наблюдала за этим цирком с нарастающим недоумением. Мутанты? В Нью-Йорке? Черепахи-ниндзя спасают рыжую школьницу? Мир определенно сошел с ума, пока я мерзла в этой конуре.

Но в следующую секунду в дальнем конце коридора раздался оглушительный взрыв совсем иной природы.

Это была не черепашья пиротехника. Стену склада в десяти метрах позади дроидов разнесло направленным зарядом бризантной взрывчатки. Дым, обломки бетона, куски арматуры брызнули во все стороны.

Черепахи инстинктивно отпрыгнули назад, заняв круговую оборону. Тот, что в синей маске – очевидно, их лидер – вскинул катаны:

– Назад! Еще подкрепление!

– Не угадал, черепашка! – донесся из дыма звонкий, до боли знакомый, саркастичный голос.

Сквозь рассеивающуюся гарь грациозной тенью выскользнула невысокая девчонка. Черные волосы до самых бедер с ярко-голубой челкой хлестнули по плечам. Синий топ, белая жилетка, белая юбка с полосой цвета индиго. В ее руках сверкнул серебряный клинок с изящной гардой в форме цветка.

Тейя!

Одним плавным, текучим движением она срезала манипулятор ближайшего робота, крутанулась на носке синего кроссовка и вогнала лезвие точно в шарнир шеи второго.

– Тейя, слева чисто, перекрываю коридор! – прозвучал спокойный, глубокий мужской голос следом.

Из пролома вышел Уилльям. Его золотистые волосы были собраны в низкий хвост, зеленоватые глаза холодно сканировали пространство. На нем была черная тактическая куртка с белыми карманами и белые штаны. В правой руке он держал свой гордо модифицированный серебряный пистолет. Раздалось три сухих, оглушительных хлопка – три пули легли ровно в смотровые сенсоры приближающихся роботов. Дроиды рухнули, искря проводкой.

– Уилл! Теа! – заорала я во всю глотку, ударив кулаком по решетке своей двери. – Я здесь, черти полосатые!

– Тесс! – Тейя мгновенно повернула голову в мою сторону. Ее лицо озарилось дерзкой ухмылкой. – Живая! А мы уже думали, твою долю клубничного пирога делить на двоих!

– Только попробуй, Уилсон, я тебе косу под корень срежу! – крикнула я в ответ, чувствуя, как глупая, счастливая улыбка расползается по лицу.

– Прекратите базар на боевой позиции, – невозмутимо бросил Уилл, подходя к терминалу моей камеры.

Он даже не взглянул на четверых вооруженных мутантов, которые застыли посреди коридора с круглыми глазами, наблюдая за происходящим. Тот, что в оранжевой маске, шепотом выдал:

– Чуваки... это что, ниндзя-подростки? Они крутые! Смотрите, какая у нее сабля!

– Заткнись, Майки! – шикнул на него красный. – Эй, вы кто такие?! Какого черта вы лезете на нашу территорию?!

– На какую «вашу», зеленый? – огрызнулась Тейя, не опуская меча и сверля красного подозрительным взглядом. – Мы пришли за своим человеком. А вот что здесь забыли говорящие лягушки-переростки – это еще большой вопрос!

– Мы не лягушки! Мы черепахи! – возмутился оранжевый.

– Хватит, – коротко оборвал лидер в синей маске, вставая между Тейей и своими братьями. – Мы пришли спасти этих людей. Вы нам не враги, если не мешаете.

– Мы пришли только за ней, – холодно отозвался Уилльям, кивая на мою решетку.

Он достал из кармана самодельный портативный дешифратор, подключил кабель к порту замка и ловко набрал несколько комбинаций. На экране терминала побежали зеленые строчки кода.

– Твой протокол взлома? – спросил стоящий рядом Донни, зачарованно глядя на экран дешифратора Уилла. – Подожди, ты перенаправляешь сигнал через обратный шлюз Крэнгов? Но как ты обошел их шестнадцатеричную защиту?!

Уилл скосил на черепаху в фиолетовой повязке невозмутимый взгляд зеленых глаз:

– Методом исключения паразитных частот. И не стой над душой, мутант.

Замок громко щелкнул, издав протяжный писк. Массивная дверь моей камеры с шипением поползла в сторону.

Свобода.

Я пулей вылетела наружу. Но первым делом не бросилась обниматься. Я схватила Уилла за лацкан тактической куртки:

– Где мои вещи?!

Уилл даже бровью не повел. Мягко усмехнувшись уголком губ, он указал подбородком на металлический кейс, который волочил за собой и бросил у входа в коридор:

– В оружейной комнате за углом. Пришлось немного пошуметь, но я забрал все.

– Ты лучший, – выдохнула я.

Я метнулась к кейсу, сбила замки и распахнула крышку.

О, сладкий момент триумфа! Моя графитовая куртка! Я мгновенно натянула ее на себя, застегнула молнию до самого горла, ощущая, как долгожданное тепло наконец-то окутывает тело. Затем привычным, въевшимся в подкорку движением закрепила на поясе черные ножны с катаной. Рука легла на графитовую рукоять, пальцы коснулись знакомой холодной гарды в виде снежинки. Мой клинок. Наследие учителя. Он снова со мной.

Следом в набедренную кобуру на левой ноге отправился мой пистолет – тяжелый, надежный, с черным матовым корпусом и выгравированными белыми молниями, собранный моими собственными руками деталь за деталью.

Теперь я снова была Тесс Дайсон. Не пленницей, а охотником.

– Отлично, – я повернулась к ребятам, похрустев суставами пальцев. – А теперь убираемся отсюда.

– Подождите! – раздался отчаянный крик Эйприл.

Дверь ее камеры все еще была заблокирована. Донни лихорадочно ковырялся в проводах, пока синий и красный отбивали приближающиеся выстрелы. Из боковых тоннелей уже доносился тяжелый топот десятков металлических ног – Крэнги стягивали резервы.

– Донни, быстрее! – кричал лидер. – Их слишком много! Лео, я не могу сдержать правый фланг!

– Уилл, открой им дверь, – бросила я через плечо.

Тейя недовольно цыкнула, доставая из кармана мятную конфету и закидывая ее в рот:

– Тесс, ты серьезно? Мы рисковали шкурами, чтобы вытащить тебя, а не устраивать благотворительный фонд спасения рыжих девиц!

– Уилл. Открой. Дверь, – с нажимом повторила я, глядя прямо в глаза Оллфорду.

Уилльям вздохнул, его лицо оставалось спокойным и сосредоточенным. Он не стал спорить – в критические моменты мое слово в На-Дай было законом, хоть никто об этом вслух и не говорил.

– Отойди, зеленый, – бросил он Донни, грубо оттолкнув того плечом от терминала.

– Эй! Я почти закончил! – возмутился черепаха-ученый.

– Ты бы закончил аккурат к тому моменту, когда нас зажали бы в кольцо, – отрезал Уилл, втыкая переходник в панель. Три секунды – и электронный замок соседней камеры жалобно звякнул, отпуская створку.

Эйприл первой выскочила наружу, за ней поспешил Кирби.

– Спасибо! О господи, спасибо вам огромное! – затараторила девушка, переводя ошалелый взгляд с меня на мутантов и обратно.

– Рано благодарить, – оскалилась я, выхватывая катану из ножен. Черная сталь клинка хищно блеснула в багровом аварийном свете. – Они перекрыли основной выход.

Из конца коридора стройными рядами вышагивали дроиды. Не меньше тридцати штук. Их руки трансформировались в тяжелые плазменные пушки, целясь в нашу пеструю толпу.

– Уничтожить нарушителей. Захватить существо, известное как Эйприл О’Нил. Уничтожить мутантов. Уничтожить представителей На-Дай, – монотонно загудели динамики сотен синтетических глоток.

– О, так они нас знают! – хохотнула Тейя, вставая рядом со мной плечом к плечу и взмахивая своим серебряным мечом. – Какая честь! Тесс, чур, правая половина моя!

– Размечталась, Теа, – ухмыльнулась я, чувствуя, как внутри разгорается привычный холодный азарт битвы. – Кто больше нащелкает, тот и платит за завтрашний кофе.

– По рукам!

– В атаку! – скомандовал лидер черепах, срываясь с места вперед.

Завязалась бойня. Коридор превратился в адскую смесь из свистящих лезвий, плазменных взрывов и металлического скрежета.

Черепахи дрались впечатляюще, надо отдать им должное. Их стиль был чистым, отточенным ниндзюцу клана Хамато, древним и текучим. Красный крушил дроидов голыми руками и кинжалами, синий двигался расчетливо и безупречно, фиолетовый орудовал шестом, прикрывая перепуганных О’Нилов, а оранжевый выделывал немыслимые кульбиты, сбивая с толку пришельцев своими нунчаками.

Но На-Дай дрались иначе. Наш стиль был рожден не в додзё, а на грязных улицах и в руинах лабораторий.

Я скользнула под выстрел плазмы, черное лезвие снежинкой рассекло коленный сустав дроида. Робот накренился, и я, не теряя инерции, выхватила левой рукой пистолет. Выстрел в упор – пуля разнесла центральный отсек, разбрызгивая розовую органическую жижу.

– Минус один! – крикнула я, перекатываясь через спину падающего андроида.

– Минус два и три! – звонко отозвалась Тейя.

Ее длинная коса описала дугу в воздухе. Она двигалась словно танцовщица, серебряный клинок с гардой-цветком вспорол грудную пластину одного робота, а ударом ноги она впечатала другого прямо в стену, заставив сработать аварийный душ. Вода хлынула с потолка, замыкая открытую проводку врагов.

Уилл действовал позади нас как неприступная скала. Спокойный, расчетливый, с родинкой под глазом, подчеркивающей его сосредоточенность. Он прикрывал отступление Эйприл и ее отца, делая одиночные, смертельно точные выстрелы из серебряного пистолета. Каждый выстрел – в цель. Каждая пуля выводила из строя ключевые узлы дроидов.

– Тесс! Грузовой лифт в двадцати метрах позади! – крикнул Уилл, перезаряжая обойму с глухим щелчком. – Он ведет на поверхность, к техническим туннелям!

– Всем к лифту! Быстро! – скомандовала я, разрубая пополам последнего заслонявшего путь робота.

– Папа, быстрее! – кричала Эйприл, утягивая отца за собой.

Черепахи пятились вслед за нами, отбивая нескончаемый град лазерных зарядов. Но в этот момент коридор сотряс тяжелый скрежет.

С потолка с грохотом опустилась массивная герметичная переборка.

Она падала прямо между нами и семьей О’Нил.

– Берегись! – взревел красный мутант, бросаясь вперед, но было поздно.

Кирби О’Нил, шедший последним, споткнулся о проводку. Двое вынырнувших из бокового прохода дроидов схватили его за плечи железной хваткой, утягивая в глубину комплекса.

– Папа!! – не своим голосом закричала Эйприл, пытаясь броситься обратно.

– Эйприл, беги! Спасайся! – успел крикнуть Кирби, прежде чем толстенная титановая плита с глухим, окончательным гулом врезалась в пол, намертво отрезав его от нас.

– Нет!! ПАПА!! – Эйприл упала на колени перед закрытой дверью, колотя по ней окровавленными кулаками.

Фиолетовый подскочил к ней, пытаясь оттащить:

– Эйприл, мы не можем пробить эту дверь! Нам нужно уходить, они сейчас отрежут и лифт! Мы вернемся за ним, клянусь, мы вернем его!

– Двигайте задницами, если не хотите остаться здесь навечно! – рявкнула я, подхватывая рыдающую девушку под локоть и буквально силой вталкивая ее в открытые створки грузового подъемника.

Черепахи влетели следом. Уилл запрыгнул последним, всадил пулю в панель управления лифтом, замкнув контакты. Тяжелая платформа вздрогнула, заскрежетала тросами и с бешеной скоростью понеслась вверх, оставляя горящие коридоры и взбешенных пришельцев далеко внизу.

В тесной кабине грузового лифта повисла тяжелая, липкая тишина, нарушаемая только скрежетом подъемного механизма, прерывистым дыханием бойцов и тихими, душащими всхлипами Эйприл.

Черепахи стояли у одной стены, сжимая свое оружие и настороженно разглядывая нас. Мы – На-Дай – стояли у другой.

Тейя убрала клинок в ножны, шумно выдохнула и демонстративно скрестила руки на груди, сверля взглядом зеленокожих гигантов:

– Ну... и кто вы, черт возьми, такие?

Тот, что в синей повязке, перевел дух, аккуратно убрал парные катаны в ножны за спиной и сделал шаг вперед. В его взгляде читалась осторожность, но не враждебность.

– Я Леонардо. Это мои братья: Рафаэль, Донателло и Микеланджело. Мы... защитники этого города.

– Защитники? – фыркнула я, поправляя воротник своей куртки и пряча пистолет в кобуру. Мои янтарно-желтые глаза сузились. – Больше похожи на результат неудачного эксперимента Крэнгов.

– Эй