Черный клевер: новые горизонты

Мартовское утро в окрестностях деревни Хадж выдалось непривычно морозным. Ветер, спускавшийся с заснеженных пиков на границе Королевства Клевера, шелестел сухими стеблями картофельных полей и трепал ветхие черепичные крыши. Однако у старой каменной башни, вздымавшейся над окраиной деревни подобно гигантскому монолиту, царило такое оживление, словно наступила середина лета.

Каждый год подростки, достигшие пятнадцати лет, собирались здесь на церемонию вручения гримуаров. Для бедняков из захолустья это был единственный в жизни шанс: книга заклинаний могла стать билетом в столицу, в ряды рыцарей-чародеев, прочь от вечной грязи и нищеты.

– Эй, придурок, прекрати орать прямо мне в ухо, иначе я затолкаю твои же ботинки тебе в глотку, – угрюмо процедил Ичиго Куросаки, поправляя воротник простой темной рубахи.

Его яркие, словно лепестки пламени, рыжие волосы были всклокочены сильнее обычного, а в карих глазах плескалось неприкрытое раздражение. Он терпеть не мог ранние подъемы, но еще больше не любил бессмысленную суету, в которой они варились последние пару часов.

– Я не придурок! Я настраиваюсь на победу! – взревел рядом Аста, не прекращая отжиматься на кулаках прямо на мокрой от утренней росы брусчатке. Мышцы его широких плеч бугрились под тонкой серой туникой. – Сегодня великий день! День, когда я получу потрясающий, невероятный, легендарный гримуар и сделаю первый шаг к тому, чтобы стать Королем Магов!

– Аста, пожалуйста, имей хоть каплю приличия, – раздался холодный, педантичный голос позади. Урю Исида изящным движением среднего пальца поправил очки в тонкой оправе. Его безукоризненно выглаженная белая рубашка казалась чужеродным пятном среди грубой крестьянской одежды. – Ты позоришь не только себя, но и всю церковь. На нас уже косятся все присутствующие. Впрочем, учитывая уровень твоего интеллекта, концепция стыда тебе чужда.

– Чего-о-о?! Исида, ты опять умничаешь?! – Аста резко вскочил на ноги, тыча в Урю пальцем. – Да я в три раза быстрее тебя добежал до башни!

– Скорость передвижения при отсутствии стратегического мышления лишь приближает твой позор, – невозмутимо парировал Урю, хотя уголок его брови едва заметно дрогнул от скрытого раздражения.

– Остыньте оба, – тихо произнес Юно.

Его голос не был громким, но в нем звучала такая естественная уверенность, что шум вокруг на миг стих. Высокий, гибкий, с аристократически тонкими чертами лица и взлохмаченными смоляными волосами, Юно держался в стороне от общей перепалки. Янтарно-золотые глаза равнодушно скользили по толпе, игнорируя десятки любопытных и завистливых взглядов. Лишь взглянув на запыхавшегося Асту, Юно позволил уголкам губ чуть заметно дрогнуть:

– Аста, побереги силы. Они тебе понадобятся, чтобы не упасть, когда гримуар окажется слишком тяжелым.

– Ха! Вот увидишь, Юно! Я не уступлю ни тебе, ни этим двоим! – Аста ударил себя кулаком в грудь, сверкая зелеными глазами.

Ичиго лишь тяжело вздохнул, скрестив руки на груди. Внутри него клокотала тяжелая, почти осязаемая мана. В последние годы сдерживать ее становилось все сложнее. Она бурлила под кожей, темная, тягучая и опасная, словно океан во время шторма, и Ичиго приходилось постоянно контролировать каждый вздох, чтобы случайно не раздавить аурой кувшины на кухне отца Орси. У Урю магия ощущалась иначе – она была тонкой, острой, словно сотканной из бесчисленных кристальных нитей, готовых пронзить цель в любую долю секунды.

Но даже их немалые резервы меркли перед той бездонной чистотой, которой дышал Юно. Природа буквально ластилась к брюнету, слабый ветерок кружил вокруг его пальцев, признавая в нем своего повелителя.

И только от Асты не исходило ни крупицы силы. Совершенная пустота. Ичиго нахмурился еще сильнее, глядя на низкорослого упрямца. Жизнь была несправедливой штукой, и Ичиго слишком хорошо это знал.

Тяжелые дубовые двери башни со скрипом распахнулись, выпуская наружу запах вековой пыли, пергамента и застарелой магии.

– Входите, соискатели! – прогремел голос из полумрака.

Толпа хлынула внутрь. Башня внутри казалась еще огромнее, чем снаружи. Стены уходили в бесконечную высь, сплошь уставленные полками, на которых покоились тысячи книг самых разных форм, расцветок и толщины. Они тихо вибрировали, словно живые существа в ожидании пробуждения.

В центре зала на летающем ковре парил старик с длинной бородой – Башенный Мастер Долдур. Окинув взглядом собравшихся подростков, он с легким пренебрежением хмыкнул, заметив оборванные одежды большинства деревенских, но тут же напустил на себя торжественный вид.

– Приветствую вас, юные граждане Клевера! – завел он привычную, заученную годами речь. – Сегодня день, когда вы ступите на путь служения короне. Вера, надежда и любовь – вот три листа благородного клевера. Гримуар выберет того, кто достоин раскрыть его силу! Да начнется вручение!

Старик взмахнул руками, и древняя магия башни пришла в движение. Стены задрожали. Полки озарились мириадами тусклых и ярких огоньков. Книги одна за другой начали покидать свои гнезда, медленно кружась в воздухе и спускаясь к своим новым владельцам.

Вокруг послышались восторженные возгласы:

– Смотри, у меня двухлистник!

– А у меня толстый том с заклинаниями земли!

– Эй, деревенщина, завидуйте молча!

Исида стоял неподвижно, сложив руки за спиной и внимательно наблюдая за вихрем книг. Внезапно воздух вокруг него зазвенел, словно натянутая струна. С одной из верхних полок сорвался узкий, безукоризненно ровный том. Он сиял пронзительно-голубым светом, оставляя за собой след из геометрически выверенных искр. Гримуар плавно опустился точно в раскрытые ладони Урю.

Книга была темно-синей, с серебряными узорами, напоминавшими пересекающиеся лучи или изящный лук, а в центре четко проступал трехлистный клевер.

– Хм, весьма достойная структура, – пробормотал Урю, разглядывая переплет, но кончики его ушей предательски порозовели от скрытого удовлетворения. – Страницы идеально сохранились, баланс маны безупречен.

– Не зазнавайся, очкарик, – фыркнул Ичиго, но не успел закончить мысль.

Воздух в башне резко потяжелел. Несколько стоявших рядом подростков покачнулись, сдавленно захрипев, хватаясь за горло. С полок, расположенных в самой темной, почти не освещенной части башни, с глухим гулом вырвался тяжелый, массивный том.

Он не парил изящно – он падал, словно чугунная наковальня, рассекая пространство и излучая пугающую, плотную ману черно-рыжего оттенка. Вокруг книги кружились крошечные всполохи пламени, жадно лизавшие воздух.

Ичиго инстинктивно выбросил вперед руку и с легкостью поймал увесистый гримуар прямо за корешок. Ударная волна от столкновения книги с его ладонью взметнула полы его рубахи и растрепала волосы.

– Ого... – выдохнул кто-то в толпе. – Что это за давление?! Откуда у простолюдина столько силы?!

Гримуар Куросаки был необычным: грубый, массивный переплет цвета вороненой стали, перетянутый рельефной белой тканью, напоминающей бинты, и трехлистный клевер, словно выжженный на обложке каленым железом. От книги исходило глухое, яростное биение, похожее на пульс гигантского зверя.

– Тяжелый, зараза, – проворчал Ичиго, недовольно щурясь, но в глубине его карих глаз вспыхнуло дикое, пьянящее чувство завершенности. Гримуар признал его. Магия внутри него наконец нашла свое русло.

Но настоящий шок ждал башню впереди.

Когда казалось, что буря стихла, под куполом башни закружился настоящий вихрь. Ветер запел на тысячи ладов, чистый, изумрудно-золотой свет залил все помещение, затмевая сияние сотен других книг. Окружающие замерли, ослепленные этим величием.

С самого верха, из сияющего ореола, плавно спустился ослепительный гримуар. Ветер бережно опустил его прямо в вытянутые руки Юно.

Сияние медленно рассеялось, открывая взорам обложку.

– Это же... – Башенный Мастер Долдур едва не свалился со своего летающего ковра, глаза его полезли на лоб. – Не может быть... Четвертый лист?!

Толпа взорвалась криками:

– Четырехлистный клевер?!

– Легендарный гримуар первого Короля Магов достался деревенщине из церкви?!

– Да кто этот парень вообще такой?!

На обложке гримуара Юно действительно сиял четкий, безупречный четырехлистник, символизирующий абсолютную удачу. Юно бережно сжал книгу пальцами. Его лицо оставалось безмятежным, почти отрешенным, но в янтарных глазах вспыхнул опасный, хищный огонь. Он не сказал ни слова, лишь слегка прижал гримуар к груди, принимая свою судьбу как должное.

В наступившем благоговейном шоке раздался звонкий, нетерпеливый крик:

– А теперь моя очередь!

Все взоры обратились в центр зала.

Аста стоял, широко расставив ноги, протянув руки к небу в нелепой, драматической позе, готовый поймать свою мечту. Его зеленые глаза горели яростным ожиданием, широкая улыбка обнажала зубы.

– Э-э-эй! Гримуар! Я готов! Лети сюда! – прокричал он, срывая голос.

Прошла секунда. Затем вторая. Пятая.

Тишина стала вязкой, удушливой. Ни одна книга больше не сдвинулась с полок. Ни единой искорки магии не блеснуло в воздухе. Ветер, поднятый Юно, окончательно улегся, оставив лишь пыльный застоявшийся сквозняк.

Аста медленно опустил руки, растерянно моргая.

– Эм... простите? – он неловко почесал затылок, оглядываясь на летающего старика. – Кажется, моя книга где-то застряла?

Башенный Мастер, все еще не отошедший от величия четырехлистника, раздраженно прищурился, вгляделся в подростка и холодно махнул рукой:

– Ничего не застряло, мальчик. В тебе нет ни капли магии. Гримуар просто не может тебя выбрать. Попробуй... на следующий год. Если научишься хоть чему-то.

По залу прокатился первый смешок. Затем еще один. Через мгновение башня утонула в издевательском, злорадном хохоте.

– Ха-ха-ха! Вы только поглядите на него!

– Он же вообще пустой! Полный бездарь!

– Стоял рядом с гением, а сам оказался пустомелей!

– Попробуй в следующем году, недомерок!

Аста замер. Его плечи мелко задрожали, кулаки сжались так сильно, что костяшки побелели, а ногти впились в ладони до крови. Он смотрел в каменный пол под своими ногами, и широкая, вечная улыбка сползла с его лица, сменившись выражением оглушающей, беспомощной боли. Ничего. Все его тренировки, тысячи отжиманий, бег по грязи до кровавого пота – все впустую?

– Эй, уроды, – внезапно прорезал смех низкий, угрожающий бас.

Ичиго сделал шаг вперед. Воздух вокруг него мгновенно заледенел, а затем взорвался удушливой тяжестью. Окружающие мгновенно захлебнулись собственным смехом: аура рыжеволосого давила на плечи, заставляя колени дрожать, а дыхание перехватывать от животного страха. Глаза Ичиго горели бешеным огнем.

– Еще хоть одно слово вякнете в его сторону – и я выбью вам зубы прямо здесь, плевать мне на ваши гримуары и правила, – процедил Куросаки, недобро сжав тяжелый стальной фолиант в руке, готовый использовать его как дубину.

– Ичиго прав, – холодно добавил Урю, поправив очки. Стекла блеснули зловещим белым светом. – Смеяться над тем, кто приложил больше усилий, чем все вы вместе взятые, – признак примитивного ума и трусости. Если хотите проверить свои магические силы на практике, я с удовольствием продемонстрирую вам разницу между дворянским гонором и настоящим расчетом.

Толпа испуганно отшатнулась от двух взбешенных юношей. Мастер Долдур судорожно сглотнул, не решаясь вмешаться.

– Аста, – раздался спокойный голос Юно.

Брюнет развернулся спиной к толпе и сделал несколько неспешных шагов к своему другу детства. Он не смотрел на Асту с жалостью – в его взгляде читалась лишь холодная, неизменная требовательность.

Аста медленно поднял голову. Слезы блестели в уголках его глаз, но он отчаянно пытался сморгнуть их, шмыгая носом.

– Юно... я...

– Ты собираешься сдаться здесь? – негромко спросил Юно, крепче перехватывая свой четырехлистный гримуар. – Если так, то все твои крики о Короле Магов были обычной ложью.

Эти слова хлестнули больнее любой издевки толпы.

Аста замер, широко распахнув глаза. Боль и растерянность на его лице мгновенно сменились упрямой, безумной яростью. Он вытер слезы рукавом туники и с силой ударил себя по щекам, оставляя красные следы.

– Сдаться?! – взревел Аста так, что под куполом башни зазвенели стекла полок. – Да ни за что на свете! Слышишь меня, Юно?!

Он развернулся к толпе, затем снова к трем своим товарищам, тяжело дыша, но в его зеленых глазах снова полыхал неукротимый пожар.

– Мне плевать, что мне не дали эту дурацкую книжку прямо сейчас! Я буду тренироваться в десять раз больше! В сотню раз усерднее! Я догоню вас всех – и тебя, Юно, и тебя, Ичиго, и тебя, очкарик Исида! Запомните мои слова: я стану Королем Магов, даже если мне придется пробивать дорогу голыми руками!

Ичиго медленно выдохнул, и тяжелая аура вокруг него рассеялась. На его угрюмом лице промелькнула едва заметная, но теплая усмешка.

– Ну конечно, идиот, – тихо пробормотал он, закидывая тяжелый гримуар на плечо. – Кто бы сомневался.

– Абсолютно нерациональное поведение, – вздохнул Урю, пряча гримуар под мышку, однако на его губах тоже играла легкая полуулыбка. – Но от тебя другого никто и не ожидал.

Юно лишь коротко кивнул, отвернувшись к выходу.

– Посмотрим, Аста, – бросил он через плечо. – Попробуй догнать.

Четверо парней направились к выходу из башни, оставляя за спиной онемевшую толпу. Они еще не знали, что этот день – лишь пролог к надвигающейся буре. Судьба уже готовила свой ответ тому, кто посмел бросить вызов миру, не имея в руках ничего, кроме несокрушимой воли.