Северное сияние

Бескрайние снежные равнины северного края Ишгара никогда не жаловали случайных гостей. Они не просто встречали чужаков колючим ветром — они запутывали следы, играли с разумом, вытягивали тепло по капле и заманивали неосторожных в ледяные капканы первобытной стихии. Для неподготовленного путника этот белоснежный простор был верной могилой, холодной и равнодушной.

Но для Амариллис эти равнины были домом.

Здесь, среди многовековых сугробов, острых хребтов и морозного безмолвия, она чувствовала себя по-настоящему живой. Ее легкие наполнялись кристально чистым воздухом, звенящим от холода, и каждая клетка тела отзывалась на зов северной земли. Это была ее стихия — суровая, честная и не терпящая фальши.

Девушка остановилась на вершине пологого холма, запрокинув голову к свинцово-серому небу. Легкий порыв ветра взметнул ее белые волосы, в которых тотчас вспыхнули, переливаясь на тусклом свету, тонкие пряди — розовые, пурпурные, синие и глубокие фиолетовые, точь-в-точь как сполохи небесного огня, танцующего долгими полярными ночами. Ее глубокие пурпурные глаза, хранившие на самом дне мерцающий алый отблеск, прищурились.

– Скоро метель, – пробормотала она себе под нос, и на ее губах появилась короткая, уверенная улыбка. – Ладно, нужно найти укрытие. Снежные бури здешних мест будут сложны даже для меня.

Она развернулась на мягкой подошве своих белых сапог, шагнув обратно по собственным следам. Стальные браслеты на правой лодыжке едва слышно звякнули — тихий, привычный металлический перезвон, сопровождавший ее на протяжении многих лет. Одежда Амариллис со стороны могла показаться легкомысленной для такого климата: открытые ниже колен ноги, короткие перчатки без пальцев, плотная, но свободная куртка из шкуры северного волка, перехваченная ремнями. Однако ткань была зачарована, а сама Рилли не нуждалась в тяжелых шубах. Мороз не кусал ее, он признавал в ней свою. Под курткой, на правых ребрах, тянулся длинный старый шрам — напоминание о том, что даже с родной стихией порой приходится платить кровью за право называть себя ее частью.

Неподалеку чернел спасительный вход в скальную расселину — знакомая пещера, где можно было переждать буйство природы у тихого костра.

Тем временем метель начала стремительно вступать в свои права. Ветер завыл тоскливо и протяжно, вздымая целые стены колючей крупы. Видимость упала до десятка метров, снег забивался в ресницы, а наст под ногами оседал, грозя превратить каждый шаг в изнурительную борьбу. Но Амариллис не сбавляла темпа. Ее шаг оставался упругим, пружинистым, почти бесшумным.

И вдруг сквозь рев разбушевавшегося урагана пробились звуки, которых здесь быть попросту не должно было.

– Ай! Ты что творишь, идиот?!

– Нацу, здесь твой огонь не поможет, угомонись!

– Помолчи, Люси! Я почти разогнал этот снег!

– Неисправимый идиот!

– Сам такой, сосулька ходячая! Ты тоже здесь бесполезен, хотя маг льда!

– Заткнись! Я хотя бы не топлю под нами ледник, кусок ты углей недожаренных!

Амариллис замерла. Она скользнула взглядом сквозь белесую пелену в сторону глубокого ущелья. Там, среди хаоса кружащихся снежинок, на мгновение взметнулся нелепый, багровый росчерк яростного пламени. Раздалось шипение, воздух наполнился клубами пара, которые ветер тут же подхватил, превратил в мелкую ледяную крошку и швырнул обратно в лица спорящим.

«Какой идиот пытается разогнать буран огнем? – Рилли насмешливо хмыкнула, скрестив руки на груди. – Самоубийца. Он же только спалит свой резерв до дна, растопит верхний слой наста, а потом они все вмерзнут в образовавшуюся жижу, когда ветер снова опустит температуру. Чистейшая глупость».

Она могла бы пойти дальше. Пещера была всего в двух сотнях шагов, там было сухо, безопасно и тихо. Чужаки пришли в эти края без должного уважения к северу, и закон пустошей гласил: каждый отвечает за себя сам.

Но четыре голоса впереди — кричащие, переругивающиеся, но звучащие на удивление… сплоченно — начали тонуть в нарастающих порывах ветра. Метель разразилась с новой, свирепой силой. Небо окончательно сомкнулось с землей в слепящем водовороте. Если оставить их там, через полчаса от этих крикунов останутся лишь заледеневшие статуи.

Для Амариллис сила никогда не была инструментом для слепого разрушения. Она видела слишком много смертей и поломанных судеб, чтобы спокойно пройти мимо тех, кто вот-вот погибнет по собственной глупости. Настоящее благородство заключалось в том, чтобы уберечь. Защитить слабых — или просто безрассудных.

– Ладно, – Рилли тяжело вздохнула, поправив воротник куртки, хотя пурпур ее глаз вспыхнул куда ярче, отражая разгорающийся внутри азарт. – Пора поработать гидом для заблудших в метели! Это же одно из моих девяноста девяти призваний.

Она развернулась на каблуках и, пригнувшись к земле, стремительно заскользила навстречу незнакомцам.

---

– Я чувствую… чей-то запах! – сквозь рев ветра прокричал Нацу Драгнил.

Он стоял, широко расставив ноги, закутанный в свой неизменный чешуйчатый шарф по самый нос. Вокруг его кулаков плясали языки огня, но на таком чудовищном холоде пламя выглядело бледным, словно задыхающимся от нехватки кислорода и ледяной ярости стихии.

– Хватит врать, Нацу, у тебя нос отмерз еще полчаса назад! – простонала Люси Хартфилия.

Заклинательница духов буквально висела на плече Грея, стуча зубами так громко, что этот звук, казалось, соперничал с завыванием метели. На ней была теплая парка с пуховой опушкой, но здесь, в эпицентре северного шторма, обычная зимняя одежда пасовала перед первобытным холодом.

– Эй, отморозок, ты же ледяной маг! Сделай что-нибудь! – не унимался Нацу, чихнув так, что из ноздрей вылетела стайка искр.

– Я маг Созидания Льда, придурок, а не повелитель погоды! – огрызнулся Грей Фуллбастер.

Его дыхание вырывалось густыми клубами пара. Несмотря на то что холод был его стихией, здешняя магия природы казалась неестественно тяжелой, дикой и агрессивной. Лед, который он попытался создать для защиты от ветра несколько минут назад, просто растрескался под натиском шквала.

– Нам нужно укрытие, – раздался тонкий, жалобный голос Хэппи, который сидел в рюкзаке у Люси, выставив наружу только синюю мордочку и огромные круглые глаза. – Рыбка в моем кармане превратилась в ледышку… Моя рыбка умерла дважды, Нацу!

– Держись, Хэппи, сейчас я все сожгу! – взревел Огненный Убийца Драконов, отводя кулак назад. – Рев Огненного…

– Только попробуй выпустить свою струю, огнеплюй недоделанный, и я лично закопаю тебя в сугроб по самые уши! – раздался резкий, чистый, словно удар хрустального колокольчика, девичий голос.

Путники разом вздрогнули.

Сквозь белую пелену метели не спеша, с грацией сытой полярной волчицы, вышла девушка. Ветер яростно трепал ее белоснежные волосы, но удивительные пряди — розовые, фиолетовые и синие — вспыхивали собственным светом, отгоняя мрак и серую хмарь бурана. Ее пурпурные глаза окинули троицу магов и кота с таким неприкрытым скепсисом, что Нацу даже забыл набрать в легкие воздух для атаки.

– Ты еще кто такая?! – выкрикнул он, уставившись на незнакомку. – Откуда ты взялась?

– Я та, кто пытается спасти ваши непутевые жизни до того, как вы превратитесь в бесплатный ледяной десерт для местных песцов, – отрезала Амариллис, подходя ближе. Ее браслеты на ноге тихо звякнули. – Ты что творишь, рогатое недоразумение? Жечь пламя прямо под ледяным карнизом? Посмотри наверх, если у тебя под шапкой есть хоть капля мозгов!

Грей мгновенно задрал голову и выругался сквозь зубы. Действительно: в двадцати метрах над ними, скрытый пеленой снега, нависал чудовищный козырек слежавшегося фирна. От жара огня Нацу он уже начал подтаивать, и миллионы тонн смертоносного снега были готовы обрушиться им на головы в любую секунду.

– Ой… – пискнула Люси, побледнев пуще прежнего.

– Не «ой», а бегите ко мне, быстро! – скомандовала Рилли.

Нацу оскалился:

– Да я сам разберусь с этой снежкой! Я сожгу ее к чертям собачьим!

– Нацу, заткнись и делай, что она говорит! – рявкнул Грей, хватая друга за шкирку и силой толкая вперед, одновременно увлекая за собой дрожащую Люси.

В этот момент природа словно решила доказать правоту незнакомки. Раздался оглушительный, утробный треск. Козырек дрогнул. Огромный пласт снега и многовекового льда сорвался с высоты, устремляясь вниз лавиноподобным потоком, готовым стереть незваных гостей в порошок.

– Берегись! – взвизгнула Люси, зажмурившись.

– Назад, идиоты! – выкрикнула Амариллис.

Она не стала отступать. Напротив, девушка сделала плавный, но стремительный шаг вперед, встав между магами «Хвоста Феи» и надвигающейся лавиной. Ее руки в коротких перчатках описали в воздухе широкую дугу.

В ту же секунду окружающее пространство изменилось.

Темнота и серый ужас метели отступили. Из кончиков пальцев Рилли вырвались мерцающие ленты неземного света. Они взметнулись в небо, переливаясь изумрудным, глубоким пурпуром, нежно-розовым и слепящим лазурным сиянием. Воздух зазвенел тысячами серебряных колокольчиков, наполняясь ароматом озона и морозной свежести. Это не было обычным заклинанием — это было живое, дышащее северное сияние, опустившееся на землю по ее воле.

– Магия Северного Сияния: Полярный Занавес! – звучно произнесла Амариллис.

Ленты света сплелись в полупрозрачный, пульсирующий купол над их головами. Лавина с грохотом обрушилась сверху, но вместо сокрушительного удара произошло нечто невероятное. Падающие глыбы льда и снежные массы не разбились о барьер и не проломили его — они словно замедлились, скользя по переливающимся граням света, потеряли разрушительную инерцию и мягко, послушно стекли по бокам, огибая людей безопасными ручьями. Никаких слепых взрывов. Никакой лишней ярости. Только абсолютный, филигранный контроль и защита.

Когда грохот стих, купол плавно растворился, оставив после себя лишь мерцающую звездную пыль, медленно оседающую на сугробы.

Воцарилась тишина, нарушаемая только воем ветра где-то вдалеке.

Нацу стоял с открытым ртом, опустив кулаки. Грей ошарашенно смотрел на Амариллис, медленно осознавая уровень контроля, который потребовался для такого маневра. Люси шумно выдохнула, оседая в снег от пережитого шока, а Хэппи с благоговением захлопал лапками.

– Ва-а-ай… – протянул синий кот. – Какая блестящая магия! Она словно ожившая гирлянда!

– Это… было невероятно, – прошептала Люси, поднимая взгляд на спасительницу. – Вы спасли нас…

Рилли опустила руки, слегка встряхнув кистями. Ее глаза все еще мерцали алым, а в голосе не было и следа мягкости:

– Если бы вы не орали на всю округу и не грели воздух своим костром, лавина осталась бы на месте. Хватит рассиживаться. Ветер усиливается, а второй раз удерживать тонну снега я ради вас не стану. Ноги в руки — и за мной!

Она резко развернулась и зашагала вперед, не дожидаясь ответа.

– Эй, постой! – Нацу рванул следом, его глаза горели неподдельным азартом. – Что это была за магия?! Ты не изо льда ее сделала! Ты сделала ее из света?! Сразись со мной!

– Нацу, прекрати сейчас же! – в отчаянии взмолилась Люси, ковыляя следом за девушкой по уже протоптанной тропе. – Она только что спасла наши шкуры, а ты лезешь драться?!

– Да ладно тебе, Люси, ты видела, как она это отбила?! Это было круто!

Грей поравнялся с Амариллис, внимательно наблюдая за ее движениями. Его взгляд скользнул по ее легкой экипировке, обнаженным коленям и звенящим браслетам.

– Ты местная? – негромко спросил он, стараясь перекричать ветер. – В тебе течет магия холода, но этот свет… Я никогда не видел ничего подобного. Это не Созидание.

– Меньше болтай, сосулька, больше дыши носом, – бросила Рилли через плечо, не сбавляя темпа. – Иначе легкие обожжешь. А отвечать на допросы я буду там, где ветер не пытается содрать с меня кожу. Пещера прямо по курсу. Шевелитесь!

---

Каменный свод пещеры встретил их спасительной тишиной. Снаружи бушевал настоящий ледяной ад, но сюда, в глубину скального разлома, долетал лишь глухой, приглушенный гул.

Люси без сил опустилась на сухой каменный выступ, прижав к себе Хэппи.

– Тепло… Ну, то есть, не так холодно, как там… – пробормотала она, растирая онемевшие щеки.

– Сейчас я нам согрею местечко! – Нацу уже приготовился выдохнуть струю огня прямо в центр пещеры, но Амариллис среагировала мгновенно.

Ее ладонь метнулась вперед, и тонкая, как лезвие бритвы, ледяная игла вонзилась в землю прямо перед носком его сапога. Воздух мгновенно остыл, а парень отшатнулся от неожиданности.

– Еще один фокус с открытым пламенем, саламандра недоделанная, и я заморожу тебе язык до самого желудка, – холодно произнесла девушка, смерив Нацу строгим взглядом. – Ты в замкнутом пространстве. Разведешь бушующий костер — выжжешь весь кислород за пятнадцать минут, а от перепада температур свод пещеры треснет и похоронит нас заживо. Вы вообще соображаете, что делаете, или у вас в гильдии принято умирать самым нелепым образом?

Грей едва сдержал ехидный смешок, глядя на опешившего Нацу.

– Слышал, уголек? Тебя только что разложили по полочкам. Сиди и не отсвечивай.

– Ах ты!.. Да я просто хотел помочь! – Нацу надулся, скрестив руки на груди, но огонь все-таки потушил.

Амариллис покачала головой, вздохнув. Она подошла к углу пещеры, где заранее были сложены сухие ветви низкорослого горного кустарника — ее личный неприкосновенный запас. Ловким движением она выложила аккуратный очаг, окружив его камнями.

– Огонь нужен, но маленький и контролируемый, – сказала она спокойнее. Затем посмотрела на Нацу: – Ладно, поджигатель. Сделай маленькую искру. Только в очаг. Без фанатизма.

Нацу хмыкнул, но послушно подошел и щелкнул пальцами, послав крошечный язычок пламени в сухие ветки. Древесина весело затрещала, наполняя пещеру мягким золотистым светом и долгожданным теплом.

Люси шумно выдохнула, протягивая озябшие руки к огню:

– Спасибо… Огромное спасибо. Если бы не ты, мы бы точно замерзли в том ущелье.

Рилли прислонилась спиной к каменной стене, сложив руки на груди. Теперь, в теплом свете костра, ее необычная внешность проявилась во всей красе. Пурпурные глаза казались глубокими, как сумеречное небо, а разноцветные пряди в белых волосах мягко мерцали, словно впитывая и отражая свет костра. На ее лице не было злости — лишь настороженность и усталость человека, привыкшего рассчитывать только на себя.

– Меня зовут Амариллис, – наконец представилась она. – Но если вам так проще, зовите Рилли. А теперь выкладывайте: кто вы такие, откуда свалились на мою голову и зачем поперлись в Северные пустоши посреди сезона штормов?

Люси ободряюще улыбнулась:

– Я Люси. Это Нацу и Хэппи. А этот угрюмый парень — Грей. Мы маги из гильдии «Хвост Феи».

Амариллис слегка приподняла бровь. Ее алый огонек в глубине зрачков дрогнул:

– «Хвост Феи»? Та самая гильдия из Магнолии, о которой трубили все газеты? Победители Зерефа и Акнологии?

– Ага! Это мы! – Нацу гордо выпятил грудь, широко улыбнувшись во все тридцать два зуба. – Мы величайшая гильдия в Фиоре!

– И самые безрассудные самоубийцы во всем Ишгаре, судя по тому, что я видела полчаса назад, – сухо парировала Рилли. – И что же спасители мира забыли в этой глуши спустя год после своей великой победы?

Грей пожал плечами, протягивая руки к огню:

– Обычная работа. Заказ от Совета Магов. В этих горах был замечен древний алтарь, оставшийся еще со времен эпохи драконов. Ходили слухи, что остаточная магия начала сбоить и провоцировать аномальные метели. Нам поручили проверить его и, если потребуется, запечатать. Но мы не ожидали, что погода взбесится так быстро. Мы даже до предгорий толком не дошли.

– Алтарь Древнего Мороза, – задумчиво произнесла Амариллис, ее лицо стало серьезным. – Я знаю, о чем вы говорите. Он находится на вершине Ледяного Клыка, в трех днях пути отсюда. Но погода взбесилась не из-за алтаря.

Нацу нахмурился:

– А из-за чего тогда?

– Из-за Белого Пожирателя, – тихо ответила Рилли. – Это древний ледяной червь, зверь класса бедствия, который спал в недрах ледника столетиями. Война с Акнологией встряхнула весь континент, эфирные потоки сместились. Тварь проснулась несколько недель назад. Она питается чистой природной магией мороза и создает вокруг себя этот бесконечный буран, чтобы охотиться на тех, кто заблудится в снегах.

Люси испуганно ойкнула, прижав руки к щекам:

– Червь?! Класса бедствия?! И Совет отправил нас сюда, даже не зная об этом?!

– Совет никогда ничего не знает дальше своего носа, – фыркнула Амариллис. – Для них север — это просто белое пятно на карте. А для этой твари ваши огненные всполохи были как маяк в ночи. Вы буквально звали его на ужин.

– Ну так отлично! – Нацу вскочил на ноги, сжав кулаки, вокруг которых мгновенно закружились искры. – Пусть только сунется! Я надеру ему зад и поджарю до хрустящей корочки!

– Сядь, идиот, – бросила Рилли с такой сталью в голосе, что Драгнил невольно замер. – Ты правда думаешь, что огонь решает все проблемы? Ты хоть понимаешь, что такое северный зверь в своей родной среде? Если ты ударишь по нему всей своей мощью, ледник под нами треснет, и лавина сойдет на сотни миль вокруг, похоронив горные деревни у подножия. Разрушить все вокруг — много ума не надо. А вот победить, защитив слабых и сохранив то, что тебя окружает, — вот это настоящее искусство.

Нацу замолчал. Его пыл заметно угас, уступив место удивлению. Он внимательно посмотрел на невысокую девушку с разноцветными волосами. В ее словах не было трусости — в них звучала глубокая, осознанная ответственность.

– Ты рассуждаешь как мастер Макаров, – негромко заметил Грей. – Но твоя магия… Расскажи о ней. Тот барьер. Это ведь не простой свет.

Амариллис посмотрела на свои ладони в перчатках без пальцев. Медленно сжав и разжав кулак, она позволила тонким нитям пурпурного и лазурного света заструиться между пальцами. Свет мягко осветил пещеру, затмевая даже пламя костра.

– Это магия Северного Сияния, – негромко произнесла она. – Древнее, почти забытое искусство. Мой клан владел им когда-то, но я осталась последней. Эта магия не создана для того, чтобы жечь или крушить. Сияние — это мост между небом и землей. Оно рассеивает чужую агрессию, поглощает кинетическую энергию, защищает и указывает путь заблудшим. Я также владею магией мороза, но сияние… это часть моей души.

– Это так красиво… – завороженно протянула Люси. – Я никогда не слышала о такой магии. Даже в старых фолиантах моего отца ничего подобного не было.

– Потому что знание о ней хранилось здесь, на краю земли, – грустно усмехнулась Рилли. – Мир слишком увлечен боевыми искусствами, взрывами и разрушениями. Магия созидания и защиты кажется людям слишком… пассивной. Пока не приходит беда.

– Ты не права, – вдруг твердо сказал Нацу.

Амариллис вскинула взгляд, готовая к спору. Но лицо парня было совершенно серьезным, без привычной дурашливой ухмылки.

– В «Хвосте Феи» сила нужна только для одного — защищать тех, кто нам дорог, – произнес Нацу, глядя ей прямо в глаза. – Да, мы часто все крушим. Да, нас ругает Совет, и Люси постоянно ворчит, когда я сношу пару зданий…

– Пару десятков зданий, Нацу, – поправила Люси, но в ее голосе звучала нежность.

– …но мы никогда не бьем просто так, – продолжил драгонслеер. – Мы бьем, чтобы спасти. И твоя магия… она крутая именно потому, что ты защитила нас. Ты даже нас не знала, считала идиотами, но все равно шагнула под лавину. Это поступок настоящего мага!

Амариллис замерла. Внутри нее словно лопнула какая-то тугая, холодная струна, которую она натягивала годами одиночества. Она привыкла быть изгоем, странницей, хранительницей заброшенных снегов. Люди из долин боялись ее силы, считая ведьмой или опасным магом стихий. Никто никогда не говорил ей, что ее стремление защищать — это то, чем можно гордиться.

Она хотела съязвить, спрятаться за привычной колкостью, но не смогла. Ее вспыльчивость растворилась в открытом, искреннем взгляде этого странного парня.

– Дураки вы, – тихо буркнула она, отвернувшись к входу в пещеру. – Безнадежные дураки.

– Айя! – радостно подтвердил Хэппи, жуя оттаявшую рыбку. – Мы такие!

Но договорить им не суждено было.

---

Земля под ногами внезапно содрогнулась.

Это не было простым землетрясением. Пещера заходила ходуном, мелкие камешки посыпались с потолка, а пламя костра испуганно прижалось к углям. Снаружи раздался такой оглушительный, утробный рев, от которого кровь застыла в жилах. Он напоминал скрежет трущихся друг о друга ледяных айсбергов, помноженный на ярость первобытного чудовища.

– Он здесь, – лицо Амариллис мгновенно ожесточилось. Вся мягкость слетела с нее, уступив место холодной, собранной решимости. – Белый Пожиратель. Он выследил нас.

– Отлично! – Нацу вскочил на ноги, хлопнув кулаком о ладонь. Пламя вспыхнуло вокруг него с утроенной силой, прогоняя холод. – Я как раз успел согреться!

– Выходите наружу, быстро! – скомандовала Рилли, срываясь с места. – Если он обрушит пещеру, мы окажемся в ловушке!

Они выбежали из расселины в самый эпицентр ада.

Метель за стенами пещеры превратилась в сплошную стену кружащегося снега, но теперь в ней вырисовывался циклопический силуэт. Из снежного вихря поднялось чудовищное тело, покрытое панцирем из векового, синеватого льда. Белый Пожиратель был колоссальным змееподобным созданием более сорока метров в длину. Вместо глаз на его плоской морде зияли три вертикальные ледяные расщелины, излучающие мертвенно-белый свет, а пасть представляла собой бездну из сотен вращающихся, бритвенно-острых клыков.

Тварь взревела, и ударная волна мороза смела сугробы, обнажая голые скалы.

– Какая мерзость! – выкрикнула Люси, доставая связку ключей. – Врата Тельца, откройтесь!

С золотой вспышкой на снегу появился мускулистый минотавр с огромным топором.

– Люси, твое тело прекрасно, как всегда-а-а! Му-у-у! – взревел дух.

– Телец, руби лед под ним, не дай ему нырнуть в породу! – скомандовала заклинательница.

– Созидание Льда: Ледяная Наковальня! – выкрикнул Грей, взмывая в воздух.

Над головой чудовища материализовалась исполинская глыба льда, с грохотом обрушившись на морду Пожирателя. Но ледяной панцирь твари был слишком толстым — атака Грея лишь расколола верхний слой, заставив монстра яростно мотнуть головой.

– Мой лед для него как конфетка! – выругался Грей, приземляясь на наст. – Он поглощает маю холода!

– Тогда попробуй это, червяк переросток! – Нацу взмыл в небо на огненных реактивных струях из ног. – Коготь Огненного Дракона!

Огненный удар врезался точно в сочленение панциря чудовища. Раздался оглушительный треск, пар взметнулся к небесам, но Пожиратель лишь взвыл от ярости. Его хвост, толщиной со столетний дуб, рассек воздух с чудовищной скоростью, метя прямо в Люси и Тельца.

– Люси, берегись! – крикнул Грей, но не успевал поставить щит.

– Не смей! – раздался звонкий, яростный крик.

Амариллис возникла словно из ниоткуда. Ее движения были быстрее ветра, стальные браслеты на ноге издали резкий, чистый звон. Она вонзила обе ладони в снег перед Люси:

– Магия Мороза: Зеркальный Хребет!

Из-под земли с невероятной скоростью выросла стена из идеально гладкого, уплотненного льда, выстроенного под наклоном. Хвост монстра с сокрушительной силой врезался в преграду, но не пробил ее — гладкая поверхность перенаправила колоссальный импульс удара по касательной вверх. Хвост соскользнул, взметнув фонтаны снега, а Люси осталась невредима.

– Ты цела?! – Рилли обернулась к заклинательнице, ее глаза полыхали алым.

– Д-да! Спасибо! – выдохнула Люси.

Пожиратель, разъяренный неудачей, раскрыл свою чудовищную пасть. В глубине его глотки закружилась сфера абсолютного холода — он готовился выпустить морозное дыхание, способное мгновенно заморозить все живое на мили вокруг.

– Нацу, Грей! – крикнула Амариллис, и в ее голосе звенела несокрушимая властность. – Он собирает эфир! Обычная атака его не возьмет, его шкура отражает направленные удары! Мне нужно открыть его уязвимое место! Бейте по моей команде, ровно в центр света!

– Сделаем! – хором отозвались парни.

Рилли глубоко вздохнула. Холодный воздух наполнил ее легкие, но внутри нее разгоралось пламя иного рода — чистая, первозданная магия неба. Она раскинула руки в стороны, грациозно прогнувшись назад, словно танцовщица перед королем.

Ее белые волосы взметнулись вверх вопреки ветру. Пряди вспыхнули так ярко, что на мгновение затмили саму метель. Розовый, сапфировый, изумрудный, пурпурный — все цвета северного неба слились воедино, поднимаясь от ее тела исполинским сияющим столпом.

– Сияй, первозданный свет! Рассей тьму зимней ночи! – ее голос звучал подобно гимну, разносимому эхом по ущельям. – Секретное Искусство: Небесный Танец Авроры!

Из ее рук вырвались гигантские ленты северного сияния. Они не просто ударили в монстра — они оплели его, словно живые шелковые путы, переливающиеся тысячами оттенков. Чудовище забилось, пытаясь разорвать светящиеся узы, но магия Авроры действовала иначе: она не давила силой, она успокаивала бушующую стихию, нейтрализуя ледяной эфир твари. Ледяной панцирь Пожирателя под воздействием радужного света начал терять свою монолитность, становясь хрупким, прозрачным, как стекло. Прямо под его горлом обнажилось пульсирующее ядро — кристалл древнего льда.

– СЕЙЧАС! – крикнула Амариллис, удерживая извивающегося гиганта изо всех сил. Вены на ее висках вздулись, шрам на ребрах отозвался резкой болью, но она не отступила ни на миллиметр. – БЕЙТЕ!

– Созидание Льда: Ледяной Гроб… нет, Ледяной Меч Экскалибур! – Грей создал в руках колоссальный клинок из чистейшего голубого льда, вонзив его точно в трещину, созданную светом.

– СИЯЮЩИЙ КУЛАК ОГНЕННОГО ДРАКОНА! – Нацу спикировал с небес подобно метеору. Его кулак пылал так яростно, что сам воздух вокруг закипал.

Удар пришелся точно в основание клинка Грея, вогнав его глубоко в сердцевину монстра и взорвав ядро изнутри потоком очищающего пламени.

Раздался звук, похожий на звон разбившегося хрустального колокола размером с гору.

Белый Пожиратель замер. По его телу побежали трещины, светящиеся изнутри золотом и пурпуром. В следу