Всё ради тебя...

Ты стоишь на мостике цеппелина, вглядываясь в бесконечную синеву неба, которая вот-вот окрасится багровыми тонами взрывов. В С.О.Б.Е.З.е ты появился недавно, но уже успел стать тем самым звеном, без которого механизм отряда начинает барахлить. Ты — тактик, человек (или, вернее, зверь, чьё присутствие здесь кажется естественным), чьё спокойствие усмиряет даже самые буйные порывы.

Фёдор, как обычно, изучал карту, изредка поглядывая на часы. Его мысли были заняты предстоящим звонком внуку Мише, но он доверял тебе управление текущей ситуацией. А вот остальные... остальные смотрели на тебя совсем иначе.

– Послушай, — Захар подошёл к тебе так близко, что ты почувствовал жар, исходящий от его мощных плеч. — Если этот розововолосый псих Дарвин выкинет что-то со своим телекинезом, ты просто стой за моей спиной. Понял? Моя меха выдержит любой удар, а ты... ты слишком ценный, чтобы подставляться.

Захар сжал кулаки, и в его глазах промелькнуло нечто большее, чем просто товарищеская забота. В его простодушном уме всё было просто: защищать то, что дорого. А ты стал для него дороже, чем победа в чемпионате по боксу. Он помнил, как ты помог ему разобраться с документами после работы в Озоне, и как ты ни разу не посмеялся над его прямолинейностью. Для него ты был идеалом, который нужно оберегать от всего мира.

– Я ценю твою заботу, Захар, — ответил ты, слегка улыбнувшись. — Но я тоже умею за себя постоять.

– Да что ты понимаешь! — буркнул заяц, краснея до кончиков ушей. — Дарвин — он же маньяк! А Гегемон? Этот носорог раздавит и не заметит. Я просто... я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, ясно?

Его прервал сухой, аристократичный смешок. Вольдемар, поправляя свой безупречный красный пиджак, подошёл с другой стороны, держа в руке планшет с химическими формулами.

– Захар, милый мой, ваша страсть к самопожертвованию похвальна, но абсолютно лишена эстетики, — Вольдемар перевёл взгляд на тебя, и его глаза смягчились. — Мой дорогой, я подготовил для тебя особый состав. Небольшой флакон с нейтрализатором мутагенов Дарвина. Носи его в нагрудном кармане.

Вольдемар аккуратно коснулся твоей руки, задерживая пальцы чуть дольше, чем того требовали приличия. Его мысли были куда сложнее, чем у Захара. Он видел в тебе родственную душу — кого-то, кто понимает толк в стратегии и, возможно, в хорошем вине. Ему претило, как Захар постоянно крутится рядом с тобой, выставляя напоказ свои мышцы. "Грубая сила — это так вульгарно", — думал Вольдемар, чувствуя укол ревности каждый раз, когда ты смеялся над шутками зайца.

– Спасибо, Вольдемар, — кивнул ты. — Твои изобретения всегда спасают нас.

– О, для тебя я готов синтезировать даже эликсир бессмертия, — вкрадчиво произнёс волк, игнорируя свирепый взгляд Захара.

– Хватит болтать! — раздался резкий голос Олеси. Она сидела за главным пультом, её пальцы летали по клавишам, но уши были прижаты к голове — верный признак раздражения. — У нас входящий сигнал. И, судя по частоте, это либо Дарвин решил спеть нам серенаду, либо Гегемон опять требует капитуляции.

Олеся обернулась. Её взгляд встретился с твоим, и на мгновение её маска "железной леди-техника" дрогнула. Она ревновала тебя ко всем сразу. К Захару — за его близость, к Вольдемару — за его бесконечные комплименты. Она знала, что ты ценишь ум, и поэтому старалась быть самой незаменимой. Каждый раз, когда она взламывала очередную базу данных, она делала это прежде всего для того, чтобы увидеть твоё восхищение.

– Иди сюда, — позвала она тебя, указывая на соседнее кресло. — Мне нужно, чтобы ты проверил координаты. Только ты замечаешь мелкие нестыковки в картах Дарвина.

Когда ты сел рядом, она как бы случайно коснулась твоим плечом своего.

– Ты ведь не слушаешь этих двоих? — шепнула она, не отрываясь от монитора. — Захар слишком глуп, а Вольдемар слишком занят своим отражением в зеркале. Если начнётся заварушка, прыгай в броневик. Я настроила систему автопилота на твой голос. Я не позволю этим идиотам тебя подставить.

В этот момент экран цеппелина вспыхнул. На связи был Дарвин. Его розовые волосы были растрёпаны сильнее обычного, а в руках он вертел какой-то кристалл.

– Приветствую, мои пушистые недоразумения! — провизжал он, кривляясь. — О, и мой любимый тактик здесь! Как поживаешь? Не надоело ещё работать на этого старого медведя? У меня в Джунглии гораздо веселее! У нас есть бананы, мутации и... полная свобода от здравого смысла!

– Ближе к делу, Дарвин, — отрезал ты.

– О, какой суровый! — Дарвин прищурился, и его взгляд стал пугающе осмысленным. — Я тут решил провести небольшой эксперимент. Мои наёмники уже установили "улучшитель атмосферы" прямо над вашим сектором. Если не хотите превратиться в розовых медуз — сдавайтесь! Особенно ты. Мне бы пригодился такой умный помощник. Гегемон — тупой как пробка, с ним скучно.

Внезапно экран разделился надвое. На второй половине появилось суровое лицо Гегемона в его потрёпанном кителе.

– Дарвин! Ты, облезлая обезьяна! — прорычал носорог. — Этот сектор принадлежит Саваннии по праву силы! С.О.Б.Е.З., убирайтесь, пока я не превратил ваш летучий сарай в груду металлолома. И... — он замолчал, глядя на тебя. — Ты. Ты неплохо держался в прошлый раз. Переходи ко мне. Будешь моим личным стратегом. Дам тебе целый полк и лучший танк.

– Мечтай, рогатый! — выкрикнул Захар, вскакивая со своего места. — Он никуда не пойдёт!

– Захар, сядь, — спокойно сказал Фёдор, наконец отвлекаясь от своих дел. — Мы не ведём переговоры с диктаторами. Олеся, координаты цели?

– Установлены! — выкрикнула лисица, её хвост нервно дернулся. — Но Дарвин выпустил облако мутагена. Оно движется прямо на нас!

Цеппелин тряхнуло. Дарвин применил телекинез, пытаясь сбить корабль с курса.

– Нет! — Захар нажал кнопку на груди, и через мгновение огромная меха с грохотом активировалась. — Я выйду наружу и разгоню это облако вентиляторами мехи!

– Это безумие, Захар! — Вольдемар уже заряжал свою снайперскую винтовку особыми ампулами. — Ты просто подставишься под удар Гегемона. Его танки уже на горизонте.

Вольдемар посмотрел на тебя с нескрываемым страхом.

– Оставайся в центре управления. Прошу тебя. Если мутаген проникнет внутрь, я не прощу себе, если не успею применить антидот.

Ты видел, как они все — Захар, Олеся и Вольдемар — буквально разрываются между долгом и желанием броситься к тебе, чтобы закрыть собой.

– Слушайте команду! — твой голос прозвучал твердо, заставив их замереть. — Захар, ты выходишь на внешнюю подвеску и прикрываешь нас от снарядов Гегемона. Олеся, используй гравитационную воронку, которую ты разработала, чтобы всосать облако мутагена и отправить его обратно Дарвину. Вольдемар, твой выход — нужно точным выстрелом повредить кристалл на браслете Дарвина, когда он откроет люк своего аппарата.

– Но как же ты? — Олеся обернулась, её глаза блестели от волнения. — Ты будешь здесь один, если они прорвутся?

– Я буду координировать ваши действия, — ответил ты. — Работаем!

Битва была жаркой. Гегемон обрушил на цеппелин всю мощь своей артиллерии, а Дарвин хохотал, посылая волны телекинетической энергии. Захар в своей мехе летал вокруг корабля, принимая на щиты удары, которые могли бы разнести мостик в щепки.

– Видел, как я его?! — кричал Захар по рации. — Это всё ради тебя! Смотри, как я их давлю!

Он явно красовался, рискуя собой больше, чем следовало, лишь бы ты оценил его мощь.

Вольдемар тем временем замер у открытого люка. Ветер трепал его шерсть, но взгляд был неподвижен.

– Цель в прицеле... — прошептал он. — Этот розовый шут посмел угрожать твоему спокойствию. Он заплатит за это.

Выстрел — и кристалл в браслете Дарвина треснул. Мартышка взвизгнула, теряя контроль над телекинезом, и его аппарат начал беспорядочно вращаться.

– Получай, облезлый! — Олеся нажала финальную комбинацию клавиш. — Воронка активирована!

Облако мутагена, вместо того чтобы поглотить С.О.Б.Е.З., свернулось в плотный шар и устремилось прямо в сторону наступающих танков Гегемона.

– Мои танки! Мои прекрасные танки! — взревел Гегемон, видя, как его бронетехника начинает отращивать гигантские куриные ноги и разбегаться в разные стороны. — Дарвин, я тебя уничтожу!

Связь прервалась. Наступила тишина, нарушаемая только гулом двигателей цеппелина.

Ты выдохнул, чувствуя, как напряжение медленно уходит. Но это было ненадолго.

Через минуту все трое были снова на мостике. Захар, всё ещё в костюме мехи, но с открытым шлемом, Вольдемар, аккуратно убирающий винтовку, и Олеся, вытирающая пот со лба.

– Ты в порядке? — спросили они хором, а затем сердито переглянулись.

– Я первый спросил! — рявкнул Захар.

– Твои манеры всё так же ужасны, — поморщился Вольдемар. — Мой дорогой, — он обратился к тебе, — твоя стратегия была безупречна. Но моё сердце едва не остановилось, когда один из снарядов Гегемона пролетел так близко к этому окну.

Олеся подошла к тебе и, игнорируя парней, положила руку на твой пульт.

– Я обновила протоколы защиты, — тихо сказала она. — Теперь, даже если я буду занята, система автоматически заблокирует доступ к тебе для любых угроз. Я... я просто не могу рисковать тобой.

Ты посмотрел на них — таких разных, таких сильных и таких... влюблённых. Каждый из них по-своему пытался доказать, что он — лучшая защита и опора.

– Спасибо вам, — искренне сказал ты. — Мы отличная команда.

– Команда — это хорошо, — пробормотал Захар, косо поглядывая на Вольдемара. — Но в следующий раз я всё равно буду стоять ближе.

– Мечтай, — хмыкнула Олеся.

– Мечтать — это по моей части, — улыбнулся Вольдемар, поправляя галстук. — И в моих мечтах мы сейчас ужинаем в тишине, без криков сумасшедших обезьян.

Фёдор, стоявший в тени, лишь покачал головой и улыбнулся в усы. Он знал, что с такой "охраной" тебе точно ничего не грозит, хотя твоя жизнь в С.О.Б.Е.З.е явно будет полна не только сражений со злодеями, но и битв за твоё внимание.

– Ну что, герои, — басом произнёс командир. — Курс на базу. У меня внук ждёт сказку на ночь, а у вас, кажется, ещё много невысказанных... претензий друг к другу.

Ты смотрел в окно, чувствуя на себе три пары любящих и ревнивых глаз, и понимал: завтра будет новый день, новые пакости Дарвина и новые попытки твоих друзей доказать, кто из них любит тебя сильнее. И, честно говоря, тебе это даже начинало нравиться.