Испытания для новой жизни изгнанного Поттера

Токио пах бензином, жареным мясом в соусе терияки и абсолютной, ничем не замутнённой свободой.

Гарри глубоко вдохнул влажный весенний воздух, зажмурившись от удовольствия, и лениво потянулся, едва не выронив из рук объёмную спортивную сумку. За спиной в плотном чехле висел верный боккэн — деревянный меч, к которому он привязался ещё в детстве гораздо больше, чем к волшебной палочке из остролиста и пера феникса.

Палочки, впрочем, у него больше не было. Как и фамилии. Как и семьи.

«Гарри Уайт, – хмыкнул он про себя, поправляя воротник тёмно-красной куртки. – Звучит как имя второсортного детектива из дешёвого нуарного романа. Но, чёрт возьми, это в тысячу раз лучше, чем быть "разочарованием дома Поттеров"».

Отражение в зеркальной витрине магазина электроники показало молодого парня, на вид которому можно было дать лет шестнадцать, хотя ему едва исполнилось четырнадцать с половиной. Высокий, поджарый, с непринуждённой кошачьей грацией. Но главной переменой были не рост и не разворот плеч. Волосы цвета первого снега падали небрежными прядями на лоб, частично скрывая старый бледный шрам, а из-под чёлки смотрели пронзительные глаза цвета спелого граната. Подарок сырых глубин Азкабана, плата за месяцы в обществе дементоров и холодных каменных стен.

Большинство людей на его месте впали бы в отчаяние или жаждали кровавой мести. Но Гарри, пережив предательство родителей, высокомерие младшего братца Годрика и дедушкины нотации Дамблдора о «высшем благе», пришёл к совершенно иному выводу: жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на пафосную драму. Жизнь создана для клубничного парфе, хорошей манги, дневного сна и красивых девушек. Желательно, подальше от туманного Альбиона.

– Итак, план предельно прост, – пробормотал он себе под нос по-японски, наслаждаясь беглостью речи. – Найти недорогую гостиницу, заселиться, купить пару томиков сёнэна, выпить литр сладкого чая и забыть о магии, пророчествах и летающих мётлах до конца своих дней. Никаких проблем. Никаких чужих ожиданий. Сплошная лень и гедонизм.

Судьба, обладавшая на редкость извращённым чувством юмора, в этот самый момент решила злорадно захихикать.

Гарри не спеша спускался по широкой лестнице неподалёку от центральной станции, разглядывая огромный голографический экран, транслировавший рекламный ролик турнира «Мондо Гроссо». На экране стремительно маневрировал величественный доспех «Белый Потрошитель» под управлением легендарной Чифую Оримуры. Грация, мощь, совершенство технологий.

– Эх, роскошная женщина, – мечтательно вздохнул Гарри, театрально приложив руку к сердцу. – Строгая, опасная, наверняка бьёт так, что искры из глаз летят... Мой идеальный тип. Жаль только, что эти железки созданы исключительно для дам. Хотя, с другой стороны, меньше поводов лезть в драку.

В следующую секунду на верхней ступеньке раздался звонкий стук каблуков, кто-то споткнулся, послышался удивлённый вздох, и на Гарри на полной скорости налетело нечто лёгкое, ароматное и стремительное.

Рефлексы, выкованные годами тренировок с мечом и дуэлей в подземельях Слизерина, сработали мгновенно. Гарри элегантно развернулся на пятке, плавно подхватил падающую незнакомку за талию свободной рукой и умудрился не выпустить свою сумку. В воздухе мелькнул тонкий серебристый предмет, выскользнувший из её пальцев. Не глядя, Гарри щёлкнул пальцами второй руки и перехватил летящую вещицу на лету.

Это оказался изящный веер, украшенный тончайшей гравировкой и микросхемами.

– Опа, – протянул Гарри, опустив взгляд на девушку, которую всё ещё удерживал в полуобъятиях. – Кажется, ко мне с небес свалился прекрасный ангел. Скажите, миледи, вы всегда падаете в руки незнакомцев с такой грацией, или сегодня просто мой счастливый день?

Девушка подняла голову, и Гарри невольно моргнул. У неё были длинные синие волосы, собранные в высокий хвост, лукавые тёмные глаза и выражение лица, в котором озорство причудливо смешивалось с королевским достоинством. На ней была стильная школьная форма, подчеркивавшая потрясающую фигуру.

– А ты неплох, паренёк, – раздался мелодичный голос. На губах синеволосой заиграла лукавая усмешка. – Реакция отменная. Но, может, опустишь меня на землю?

– Только если вы пообещаете не улетать обратно на небеса, – хмыкнул Гарри с ухмылкой Данте, аккуратно поставив её на ноги. – Гарри Уайт, к вашим услугам. Странствующий джентльмен в поисках лучшей лапшичной в этом городе.

– Татэнаши Сарасики, – представилась она, оправив юбку. – И я бы с радостью посоветовала тебе пару мест, но...

Она осеклась, её взгляд упал на правую руку Гарри.

Веер.

В руках Гарри технологичный веер не просто лежал — он мягко пульсировал лазурным светом. Тонкие световые дорожки пробежали по пальцам парня, на его запястье вспыхнул призрачный узор интерфейса, а в воздухе тихо зазвучал знакомый каждому жителю планеты низкий гул пробуждающегося квантового реактора.

Глаза Татэнаши расширились. Вся её насмешливая игривость на миг сменилась шоком, который мог бы посоперничать с падением метеорита.

– Не может быть... – прошептала она, глядя то на веер, то на беловолосого юношу. – «Таинственная Леди»... откликается на тебя? Парень?

Гарри посмотрел на светящийся артефакт в своей руке, потом на девушку, а затем в его голове моментально сработала сигнальная сирена Джозефа Джостара. Этот взгляд. Этот огонёк хищного научного и политического интереса в глазах девушки. Он видел подобное у Дамблдора, когда тот собирался запереть его в башне ради «общего блага».

«Так, – подумал Гарри, чувствуя, как по спине пробежал холодок. – Небеса, турниры, только женщины могут пилотировать ИС... парень, активирующий ИС... Академия. Эксперименты. Куча девчонок с тяжёлым вооружением. Прощай, сон. Прощай, клубничное парфе. Здравствуй, новая тюрьма».

– Э-э-э, – протянул Гарри, медленно опуская руку и вежливо возвращая веер в ладонь ошеломлённой Татэнаши. – Занятная зажигалка, мисс. Очень технологично. Ну, я, пожалуй, пойду. У меня там... суп на плите остался. В Лондоне.

Он развернулся на сто восемьдесят градусов и рванул с лестницы со скоростью испуганного гиппогрифа.

– Тактическая перегруппировка! – заорал он на всю улицу, включая знаменитый приём дома Джостаров: – Бежа-а-а-ать!

– Эй! Стой, дурак! – звонкий крик Татэнаши разорвал воздух.

Она опомнилась в ту же секунду. С ловкостью элитного бойца и президента студсовета Сарасики взмахнула веером, активируя частичную броню ИС. За её спиной раскрылись грациозные гидродинамические стабилизаторы, и в мгновение ока она взмыла в воздух, перемахнув через головы ошеломлённых прохожих.

Гарри бежал, петляя между фонарными столбами и палатками с онигири, как заяц, уходящий от борзой.

– Почему всегда я?! – причитал он на бегу, драматично размахивая свободной рукой. – Я же просто хотел лежать на татами и ковырять в носу! Почему каждая симпатичная девушка, которую я встречаю, пытается меня либо усыновить, либо сдать на опыты?!

– Сдавайся, Уайт-кун! – раздался насмешливый голос прямо над его ухом.

Татэнаши спикировала перед ним, перекрыв переулок, и её водяной барьер мягко, но непреодолимо отрезал Гарри путь. Парень затормозил так резко, что подошвы кроссовок задымились.

– Послушай, красавица, – Гарри примирительно поднял руки, тяжело дыша и напустив на себя вид абсолютно ленивого бездельника в стиле Гинтоки. – Мы едва знакомы. Я польщён, правда. Ты потрясающая, у тебя шикарные ноги, и этот костюм сидит на тебе божественно. Но свидание в первый же день? Без цветов? С применением летающего экзоскелета? Моё тонкое английское воспитание ранено в самое сердце.

Татэнаши хихикнула, деактивируя доспех, но цепко схватив Гарри за запястье. Её хватка была железной.

– Свидание мы отложим на потом, Гарри-кун, – сладко пропела она, заглядывая в его красные глаза с неподдельным восторгом. – А сейчас ты идёшь со мной. В Академию «Небесных Стражей». Чифую-сенсей просто с ума сойдёт от счастья, когда я тебя приведу!

– Чифую? Твоя наставница — та самая суровая богиня меча? – Гарри на миг замер, представив встречу. – Хм... Звучит заманчиво. Но нет! Свобода дороже!

Он попытался вывернуться, применив слизеринский трюк с выскальзыванием из захвата, но Татэнаши была опытным оперативником. Ловкая подсечка, мягкий перехват — и вот Гарри уже сидит на заднем сиденье правительственного чёрного лимузина с тонированными стёклами, который подоспел с поразительной пунктуальностью.

– Чёрт побери, – вздохнул Гарри, откидываясь на кожаное сиденье и доставая из кармана мятную конфету. – И почему моя карма настолько черна? Даже Азкабан был не таким навязчивым.

Татэнаши, севшая рядом и внимательно изучавшая его профиль, весело прищурилась:

– Ты слишком забавный, чтобы отпускать тебя на улицу. И, к тому же... второй парень в мире, способный управлять ИС? О нет, Гарри-кун. Ты теперь национальное сокровище. Или мировая сенсация.

– Я предпочитаю титул "высокооплачиваемый бездельник", – проворчал он, закидывая ногу на ногу.

---

Кабинет Чифую Оримуры выглядел именно так, как и ожидал Гарри: минималистично, строго и с аурой человека, способного перерубить рельс деревянной линейкой. Сама легендарная пилотесса стояла у окна, скрестив руки на груди, и прожигала вошедшего Гарри тяжёлым взглядом.

Рядом, переминаясь с ноги на ногу, стоял темноволосый парень в форме академии, выглядевший так, будто его только что вытащили из мясорубки.

– Итак, – холодный, глубокий голос Чифую заставил воздух в комнате застыть. – Татэнаши утверждает, что ты срезонировал с ядром её «Таинственной Леди».

Гарри оглядел кабинет, скользнул взглядом по строгой фигуре учительницы, задержался на её строгом костюме и расплылся в ленивой, абсолютно невозмутимой улыбке Данте.

– Добрый день, прекрасная леди. Должен сказать, телевизор не передаёт и десятой доли вашего величия. Если бы я знал, что в этой академии работают такие очаровательные преподавательницы, я бы сам постучался в ваши двери. Правда, захват заложников посреди улицы был немного излишним, но кто я такой, чтобы судить японские методы вербовки?

Чифую даже бровью не повела, хотя в глубине её глаз мелькнуло удивление. Большинство подростков перед ней дрожали как осиновые листья. Этот же парень с белыми волосами и неестественно красными глазами вёл себя так, словно зашёл в бар выпить пива.

– Имя? – коротко бросила она.

– Гарри. Гарри Уайт. Гражданин мира, любитель тишины и категорический противник сверхурочной работы.

– Откуда ты? Твои документы показывают, что ты только сегодня прилетел из Великобритании. И судя по анализу энергетического следа, переданного сенсорами Татэнаши... ты действительно запустил интерфейс ИС. Второй мужчина в мире.

Парень рядом с Чифую шумно выдохнул и шагнул вперёд:

– Второй?! Сенсей, вы серьёзно?! Я здесь больше не один?!

Гарри повернулся к нему. Перед ним стоял Ичика Оримура — тот самый несчастный первенец среди мужчин-пилотов, о котором трубили все мировые газеты. В глазах Ичики читалась такая бездонная, кричащая надежда на спасение от женского батальона, что сердце Гарри дрогнуло от мужской солидарности.

– Здорово, бро, – сочувственно протянул Гарри, протягивая руку. – Я так понимаю, ты местный козёл отпущения?

– Ичика Оримура, – парень с жаром пожал его руку, чуть ли не со слезами на глазах. – Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! Они... они меня просто разрывают на части!

– Понимаю, дружище, – хмыкнул Гарри, похлопав его по плечу. – Женское общество — штука прекрасная в малых дозах, но когда их тысяча, а ты один, это начинает напоминать осаду крепости орками. Держись, теперь нас двое. Будем держать круговую оборону.

– Прекратить балаган, – рявкнула Чифую, и оба парня инстинктивно вытянулись по струнке, хотя Гарри сделал это с лёгкой долей театральности. – Уайт. Ты понимаешь своё положение? Мужчина, способный пилотировать ИС, не может просто так разгуливать по улицам. Международный договор обязывает нас либо взять тебя под охрану и обучить, либо...

– Либо за мной начнут охотиться спецслужбы двадцати стран, террористы и безумные учёные? – Гарри зевнул, прикрыв рот ладонью. – Знаете, сенсей, после того дерьма, через которое я прошёл в Англии, парочка шпионов покажется мне детским утренником. Но раз уж судьба так настойчиво толкает меня в эту обитель амазонок... я согласен. При одном условии.

Брови Чифую взлетели вверх:

– Ты ставишь мне условия?

– Всего лишь скромные пожелания уставшего джентльмена, – подмигнул Гарри. – Отдельная комната, доступ к кухне и обещание, что меня не будут будить раньше восьми утра без веской причины вроде падения метеорита.

Чифую несколько секунд сверлила его взглядом, затем едва заметно усмехнулась уголком губ:

– Комнату получишь рядом с Ичикой. Что касается побудки... тренировки начинаются в шесть ноль-ноль. Опоздаешь — пробежишь двадцать кругов вокруг базы в полном снаряжении.

– Какая вы жестокая, мисс Оримура, – вздохнул Гарри. – Моё сердце разбито. Но я принимаю вызов.

---

На следующее утро академия гудела, как потревоженный улей шершней.

Новость о появлении второго парня-пилота распространилась со скоростью лесного пожара. Когда Чифую открыла дверь класса 1-1, шум мгновенно стих. Вслед за строгой учительницей вошёл Гарри.

На нём была стандартная мужская форма академии, точно такая же, как у Ичики, но на беловолосом британце она смотрелась совсем иначе. Расстёгнутый на пару верхних пуговиц воротник рубашки, небрежно завязанный галстук, руки в карманах брюк и расслабленная, чуть хищная ухмылка. Белые волосы контрастировали с тёмной тканью пиджака, а рубиновые глаза с ленивым любопытством скользили по рядам замерших учениц.

– С сегодняшнего дня в нашем классе ещё один переводной ученик, – сухо объявила Чифую, записав его имя на доске мелом. – Гарри Уайт. Прибыл из Великобритании. Ведите себя прилично.

Класс взорвался шёпотом:

– Белые волосы... Он иностранец?

– Какие глаза! Они настоящие?!

– Он такой крутой... совсем не похож на Оримуру-куна!

– Держится так уверенно...

Гарри тем временем лениво окинул взглядом аудиторию, собираясь выдать какую-нибудь обезоруживающую шуточку в стиле Рё Саэбы, как вдруг его взгляд зацепился за знакомый силуэт на третьем ряду у окна.

Длинные, роскошные золотистые волосы, уложенные в идеальные спиральные локоны. Высокомерная осанка, аристократический профиль и пара сапфировых глаз, которые в этот момент смотрели на него с выражением абсолютного, парализующего шока.

Сесилия Олкотт.

Гарри замер. На мгновение вся его напускная леность и бравада испарились. Перед его внутренним взором пронеслись воспоминания пятилетней давности.

Лондон. Обычная магловская начальная школа, куда он сбегал от вечно орущего Джеймса и сюсюкающей над Годриком Лили. Сесилия тогда была тихой, немного заносчивой девочкой, над которой посмеивались одноклассники из-за её вычурных манер. Гарри, уже тогда умевший мастерски ставить хамов на место (иногда с помощью вовремя подставленной подножки, иногда — меткого ядовитого слова), взял её под свою защиту. Они часами сидели в парке, ели мороженое, читали книги. А мать Сесилии... леди Олкотт была одной из немногих взрослых, кто смотрел на маленького Гарри не как на «брата национального героя» и не как на «странного молчаливого оборванца», а с искренней, тёплой материнской нежностью. Она всегда поила его чаем с печеньем и говорила, что у него благородное сердце.

А потом... потом грянул Хогвартс. Слизерин. Тюрьма. И пути разошлись.

Сесилия медленно поднялась из-за парты, не обращая внимания на удивлённые взгляды одноклассниц. Её губы дрожали.

– Г-Гарри?.. – сорвался с её губ шёпот, едва слышный в притихшем классе, но прозвучавший для него громче грома. – Это... это правда ты?

Гарри почувствовал, как к щекам приливает лёгкое тепло. Чёрт возьми, он мог бы встретить здесь кого угодно — шпионов Волан-де-Морта, авроров Фаджа, да хоть самого Дамблдора в мини-юбке — и не смутился бы ни на секунду. Но встретить подругу детства, перед которой он когда-то обещал «всегда быть рядом», а потом исчез на долгие годы, оставив после себя лишь слухи о заключении в страшнейшую магическую тюрьму...

Он неловко почесал затылок, отводя взгляд в сторону:

– Э-э-э... Привет, Сесилия. Давно не виделись. Ты, эм... выросла. Локоны всё такие же потрясающие.

В классе повисла гробовая тишина.

– Олкотт? – нахмурилась Чифую, переведя взгляд с одного на другого. – Вы знакомы?

Сесилия не ответила. Её фарфоровое личико стремительно заливалось густой краской — от корней волос до ключиц. В её глазах смешались шок, ярость, бесконечное облегчение и что-то очень похожее на девичью обиду вселенского масштаба.

– Ты... – голос представительницы Великобритании зазвенел от сдерживаемых эмоций. – Ты, несносный, неблагодарный, грубый мальчишка! Ты исчез! Ты пропал на столько лет! Мама так переживала за тебя! Я... я думала, что с тобой случилось самое худшее! А ты... ты перекрасил волосы, вставил линзы и заявляешься сюда с этой дурацкой ухмылкой?!

– Волосы не крашеные, а глаза настоящие, издержки санаторного отдыха, – виновато пробормотал Гарри, выставив вперёд ладони в защитном жесте. – И я не исчезал нарочно, Сесилия, меня, скажем так, несколько задержали семейные обстоятельства и государственная бюрократия...

– Задержали?! – Сесилия сжала кулачки, её аристократическая маска трещала по швам. Ей отчаянно хотелось одновременно обнять его до хруста костей и пристрелить из своего личного ИС «Синие Слёзы». – Ты хоть представляешь, сколько писем я написала в пустоту?!

– А следующая твоя фраза будет: «Я никогда тебе этого не прощу, Гарри, даже не надейся на чай!» – внезапно выдал Гарри с интонацией Джозефа Джостара, указав на неё пальцем.

– Я никогда тебе этого не прощу, Гарри, даже не надейся на... – Сесилия осеклась на полуслове, осознав, что только что повторила его слова точь-в-точь.

Её глаза округлились, а щёки вспыхнули ещё ярче. Девушки в классе дружно прыснули со смеху.

– Ах ты... шут! – вскрикнула она, плюхнувшись обратно на стул и демонстративно отвернувшись к окну, хотя кончики её ушей пылали ярче рубинов в глазах Гарри. – Разговаривать с тобой не желаю!

Гарри вздохнул, но в глубине души почувствовал странное, давно забытое тепло. Она не изменилась. Всё та же гордая, вспыльчивая, но искренняя Сесилия.

– Садись на свободное место, Уайт, – прервала назревающую драму Чифую, постучав журналом по столу. – С личной жизнью будете разбираться на перемене. Свободная парта — рядом с Хуан.

Гарри повернул голову и встретился взглядом с невысокой темноволосой девушкой с двумя хвостиками, сидевшей неподалёку от Ичики. На её лице читалась смесь любопытства и настороженности. Лин-Инь Хуан, представительница Китая.

– Привет, соседка, – Гарри плюхнулся на стул рядом с ней, закинув сумку под парту. – Надеюсь, ты не собираешься стрелять в меня из лазеров? У меня на сегодня лимит драматических сцен уже исчерпан.

Лин-Инь фыркнула, скрестив руки на груди:

– Это зависит от того, насколько ты раздражающий. Если ты такой же тугодум, как этот идиот Ичика, я быстро найду применение своему гуань дао.

– Обижаешь, красавица, – Гарри подмигнул ей, оперевшись подбородком на ладонь. – Я не тугодум. Я просто ленивый гений. Разница принципиальная. К тому же, обижать такую милую девушку с такими очаровательными хвостиками — преступление против эстетики.

Лин-Инь мгновенно залилась румянцем, смущённо отвернувшись:

– Ч-что за глупости ты несёшь?! Дурак! Слушай урок!

Ичика, сидевший впереди, обернулся и посмотрел на Гарри с благоговейным ужасом:

– Гарри... как ты это делаешь? Она же меня обычно за такое готова прибить...

– Практика, мой юный падован, – шёпотом наставительно ответил Гарри. – Женщины — как сложные заклинания или тонкие механизмы. К ним нужен индивидуальный подход, немного наглости и искреннее восхищение. Учись, пока я жив.

– Уайт! Оримура! – рявкнула от доски Чифую, метнув в их сторону кусок мела со скоростью артиллерийского снаряда.

Ичика дёрнулся, но мел врезался ему прямо во лоб. Гарри же, даже не повернув головы, лениво поднял два пальца и поймал свой кусок мела в сантиметре от носа.

– Отличная подача, сенсей, – улыбнулся он, повертев мел в пальцах. – Десять из десяти за точность.

Чифую прищурилась, но наказывать его не стала, лишь продолжила лекцию.

---

На большой перемене Гарри не успел даже встать из-за парты, как его окружили.

Сесилия подошла первой. Она уже взяла себя в руки, вернув привычную маску надменной английской леди, но лёгкое подрагивание пальцев выдавало её волнение.

– Гарри, – холодно произнесла она, глядя на него сверху вниз. – Нам нужно поговорить. Наедине. Немедленно.

– Оу, Олкотт-сан, какая нетерпеливость, – раздался бархатный, мурлыкающий голос от дверей.

В класс, плавно покачивая бедрами, вошла Татэнаши Сарасики, обмахиваясь тем самым злополучным веером. Её появление вызвало волну благоговейного шёпота — президент студенческого совета пользовалась непререкаемым авторитетом.

– Президент? – нахмурилась Сесилия.

– Я лишь хотела убедиться, что наш новый звёздный ученик освоился, – Татэнаши подошла к парте Гарри и оперлась о неё руками, наклонившись к самому его лицу. – Как тебе первый день, Гарри-кун? Никто не обижает? Если что, студсовет всегда готов предоставить тебе... индивидуальное покровительство.

– Президент Сарасики! – возмутилась Сесилия, её щёки снова запылали. – У меня к мистеру Уайту личный разговор, касающийся нашего общего прошлого в Англии!

– А у меня к нему разговор, касающийся его будущего в этой академии, – сладко парировала синеволосая. – К тому же, именно я нашла этот неогранённый алмаз. Так что право первой очереди за мной, не так ли?

– Эй, вы обе, отойдите от него! – внезапно вмешалась Лин-Инь, встав между ними и стулом Гарри. – Он сидит со мной! И вообще, он обещал объяснить мне пару вещей по теории манёвров!

– Я обещал? – тихо пискнул Гарри, вжимаясь в спинку стула.

Ичика, стоявший чуть поодаль, смотрел на эту картину с нескрываемым ужасом и восхищением одновременно:

– Гарри... ты здесь всего два часа, а вокруг тебя уже собрались три сильнейшие девушки потока...

– Ичика, друг мой, – трагическим шёпотом отозвался Гарри, медленно сползая под парту. – Кажется, я совершил фатальную ошибку. Я думал, что убегаю от войны с Тёмным Лордом. Но это... это настоящая мировая война. И у них есть ракеты.

– Никуда ты не сбежишь, Гарри-кун, – Татэнаши игриво щёлкнула веером прямо перед его носом. – Сегодня после уроков ты идёшь на арену. Мы должны подобрать тебе персональный ИС третьего поколения.

– А после этого, – непреклонно добавила Сесилия, скрестив руки на груди, – ты выпьешь со мной чаю и расскажешь абсолютно всё. С самого начала. От первой до последней буквы! И не пытайся врать, я помню все твои уловки!

– А потом мы пойдём есть рамен! – заявила Лин-Инь, воинственно тряхнув хвостиками. – И только попробуй отказаться!

Гарри закрыл лицо руками, издав протяжный стон, полный вселенской скорби.

– За что?.. Бабушка Дорея, дедушка Чарлус... за какие грехи вы наградили меня этой кармой? Я же просто хотел читать мангу...

Но сквозь пальцы на его губах всё равно пробивалась шальная, дерзкая улыбка.

Там, в Британии, его предали те, кто должен был любить. Его заперли во тьме, лишили имени, отобрали всё, что было дорого. Но он выжил. Он сбросил оковы прошлого, оставив дураков вариться в их собственном величии.

Здесь, под белыми технологичными небесами Токио, всё было шумно, хаотично, опасно и безумно. Но это была жизнь. Настоящая, яркая, бьющая через край жизнь, полная смеха, красивых девушек, запаха озона и стали.

– Ну ладно, дамы, – Гарри убрал руки от лица, легко поднялся на ноги и тряхнул белой чёлкой. Его рубиновые глаза весело сверкнули. – Вызов принят. Сначала арена, потом чай, потом рамен. Но чур, за рамен платит тот, кто проиграет мне в учебном бою!

Татэнаши весело рассмеялась, Сесилия надменно вскинула подбородок, а Лин-Инь предвкушающе сжала кулаки.

Игра началась. И Гарри Уайт не собирался проигрывать.