Семья

Офис гильдии «Адзин» всегда казался мне местом, где время замирает. Здесь, за панорамными окнами, Сеул жил своей суетливой жизнью, но внутри, среди минималистичного интерьера и прохладного воздуха, царила тишина, подобающая штаб-квартире сильнейшего охотника в мире.

Я сидел за массивным рабочим столом, просматривая отчеты о последних рейдах. Мой рост в сто девяносто два сантиметра иногда делал обычную мебель неудобной, но это кресло было изготовлено на заказ. Я чувствовал себя на своем месте. Теневой Монарх, защитник человечества, человек, чей взгляд серых глаз, напоминающих грозовую тучу, заставлял врагов дрожать.

Но была одна вещь — точнее, один человек, — перед которым вся моя власть и сила превращались в ничто.

Дверь в кабинет открылась без стука. Мне не нужно было поднимать голову, чтобы понять, кто это. Запах табака, смешанный с едва уловимым ароматом персика и чем-то пряным, мускусным, мгновенно заполнил пространство. Этот запах я узнал бы из тысячи.

Юки.

Мой муж прошел вглубь кабинета своей ленивой, хищной походкой. На нем была простая белая футболка, подчеркивающая его идеальное атлетическое телосложение и широкие плечи, черные брюки и кроссовки. Его короткие черные волосы были привычно взъерошены, а фарфоровая кожа контрастировала с татуировками, спускающимися по шее к руке. Пирсинг в его ушах тускло блеснул в свете ламп.

Он выглядел так, словно только что сошел с обложки самого дорогого глянцевого журнала. Мой личный эталон красоты. Полукровка — наполовину японец, наполовину русский, он сочетал в себе утонченность Востока и необузданную силу Севера.

Юки подошел к столу сзади. Я почувствовал его присутствие кожей еще до того, как он коснулся меня.

– Все работаешь, Джинву? – Его голос, низкий и с легкой хрипотцой, прозвучал прямо над моим ухом.

Я почувствовал, как его ладонь легла мне на плечо. Несмотря на свою внешнюю расслабленность и напускную лень, Юки был гением. Он читал книги по квантовой физике так, будто это были легкие романы, и обладал силой, способной остановить мчащийся поезд одной рукой. Его магия костей и гравитации была уникальной, пугающей и прекрасной одновременно.

– Нужно закончить с бумагами, – ответил я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё сжалось от его близости. – Скоро домой. Мина и Алекс ждут.

При упоминании детей в глазах Юки на мгновение промелькнула теплота. Нашей дочери Мине было четыре года, и она была моей маленькой копией — те же глаза, тот же серьезный нрав. А годовалый Алекс унаследовал от Юки его небесно-голубые глаза и эту невероятную фарфоровую кожу.

Мы были вместе семь лет. Он был рядом, когда я был слабым охотником ранга E, когда надо мной смеялись и когда я едва выживал в подземельях. Мы поженились тихо, когда нам обоим было по восемнадцать. Никто тогда не знал, кем мы станем. Для него я был просто Джинву, а для меня он был единственным якорем в этом безумном мире.

Внезапно рука Юки скользнула с плеча к моему подбородку. Он резко, но властно развернул мое кресло к себе и заставил поднять голову.

– Знаешь, – он медленно облизнул губы, и в его голубых глазах вспыхнул опасный огонек, – мне кажется, мне нужно напомнить, кому ты принадлежишь, Джинву.

Я замер, глядя в это лицо, которое сводило с ума миллионы, но принадлежало только мне.

– К чему это, Юки? – тихо спросил я, хотя уже догадывался о причине его внезапного собственнического порыва.

– К тому, что всякие вроде Чхве Чоина или охотницы Чха Хаин постоянно пускают на тебя слюни, – он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. – Они думают, что вы с ней — идеальная пара. «Два сильнейших охотника», «золотой дуэт Кореи»... Газеты так и пестрят этим бредом.

Юки наклонился ниже, сокращая расстояние между нами до минимума. Его пальцы крепко, но не больно сжали мое лицо. В этот момент он выглядел чертовски опасно. Я знал, что он может уклониться от любой атаки и призвать костяные бластеры, способные испепелить гору, но сейчас его главной силой была эта подавляющая харизма.

– Мне не нравится, как они смотрят на то, что принадлежит мне по праву, – прошептал он, и его дыхание коснулось моих губ. – С самой школы, Джинву. Помнишь? Когда ты был «самым слабым оружием человечества», я уже тогда знал, что ты мой. И сейчас, когда ты Монарх, ничего не изменилось.

Я невольно улыбнулся, чувствуя, как тень под моими ногами довольно затрепетала. Мои тени обожали Юки — они признавали в нем равного, того, кто не боится тьмы, потому что сам является ее частью.

– Ты ревнуешь, – констатировал я.

– Я заявляю свои права, – парировал он. – Ты слишком добр к ним. Слишком вежлив. А они принимают это за доступность.

Юки отпустил мое лицо и сел прямо на край моего рабочего стола, отодвинув в сторону важные документы. Его движения были полны грации хищника. Он вытащил из кармана пачку сигарет, но, взглянув на меня, просто повертел ее в руках, не прикуривая — знал, что я не люблю дым в кабинете, где скоро могут появиться дети.

– Мина сегодня спрашивала, почему папа так много работает, – сказал он, внезапно меняя тон на более спокойный, но не менее интенсивный. – Она сказала, что хочет, чтобы ты научил ее призывать тени так же круто, как ты делал это в парке.

– Она еще маленькая для этого, – вздохнул я, расслабляясь в кресле. – Ей нужно просто быть ребенком.

– С такой генетикой? – Юки коротко рассмеялся. – У нее твой характер и моя упрямость. Она уже пытается двигать игрушки силой мысли. А Алекс... этот мелкий вчера чуть не сломал свою кроватку, когда пытался подтянуться. У него силы будет побольше, чем у многих охотников ранга B уже сейчас.

Я смотрел на него и чувствовал, как тяжесть прожитого дня уходит. Этот человек был моим миром.

– И все же, – Юки снова перевел взгляд на меня, и его глаза сузились, – возвращаясь к теме. Завтрашний банкет ассоциации. Ты пойдешь со мной. Официально.

– Я и так собирался идти с тобой, – заметил я.

– Нет, – он качнул головой, и его серьги звякнули. – Ты пойдешь не как глава гильдии «Адзин», а как мой муж. Я хочу, чтобы каждый охотник в этом зале, от ранга S до самого последнего новичка, видел, чья рука лежит на твоей талии.

Я встал, и теперь уже я возвышался над ним, хотя разница в два сантиметра была почти незаметна. Я положил руки на стол по обе стороны от его бедер, заключая его в пространство между собой и мебелью.

– Ты думаешь, кто-то действительно посмеет подойти ко мне, когда ты рядом? – спросил я, глядя ему прямо в глаза. – Твоя репутация «Ледяного Демона» с костяными цепями идет впереди тебя.

Юки довольно оскалился.

– Надеюсь, что нет. Но если кто-то рискнет... я с удовольствием продемонстрирую им основы гравитации. Лицом об пол.

– Ты неисправим, – я покачал головой и притянул его к себе за воротник футболки.

– Я просто люблю то, что мое, – ответил он, прежде чем сократить оставшееся расстояние и вовлечь меня в глубокий, властный поцелуй, пахнущий персиком и обещанием очень долгого вечера.

В этот момент в приемной послышался топот маленьких ножек и звонкий детский смех. Юки мгновенно отстранился, его лицо преобразилось, став мягче, хотя в глазах все еще плясали опасные искорки.

– Папа! – Дверь распахнулась, и в кабинет влетела Мина, а следом за ней шла Кан Юнхо, мой помощник, несущая на руках маленького Алекса.

– Господин Сон, простите, они никак не хотели ждать в машине, – виновато произнесла Юнхо.

Юки спрыгнул со стола и подхватил Мину на руки, подбрасывая ее вверх. Девочка счастливо завизжала.

– Ничего страшного, Юнхо, – сказал я, забирая Алекса у помощницы. – Мы как раз закончили.

Малыш Алекс сразу же вцепился своими маленькими ручками в мою футболку, глядя на меня огромными голубыми глазами Юки. В этом ребенке было столько света, что любая тьма Монарха отступала.

Юки подошел ко мне, прижимая к себе Мину, и на мгновение прислонился своим лбом к моему.

– Семья Монарха в сборе, – тихо произнес он, так, чтобы слышал только я. – Пойдем домой, Джинву. У нас еще есть дела, которые не касаются спасения мира.

Я кивнул, чувствуя, как внутри разливается тепло. Пусть весь мир считает меня богом, пусть другие охотники смотрят с восхищением или завистью. Здесь, в окружении этих людей, я был просто человеком. Человеком, у которого был самый красивый, опасный и гениальный муж на свете, и двое детей, которые были моим главным сокровищем.

Мы вышли из офиса, и тени послушно следовали за нами, скрываясь в вечерних сумерках Сеула. Я знал, что завтра будет новый день, новые угрозы и новые политические игры. Но пока рука Юки сжимала мою ладонь, а дети смеялись, я знал, что мой мир в полной безопасности.

Потому что никто не посмеет бросить вызов тому, что принадлежит Юки. И уж точно никто не сможет отобрать у него меня.

– Кстати, – бросил Юки, когда мы подходили к машине, – я купил ту книгу по квантовой петлевой гравитации. Если ты сегодня снова засядешь за отчеты, я буду читать ее тебе вслух, пока ты не уснешь от скуки.

– Это угроза? – усмехнулся я, усаживая Алекса в кресло.

– Это обещание, – подмигнул он, и в его глазах снова блеснул тот самый гениальный и ленивый огонек, за который я полюбил его еще в школе.

И я знал, что он выполнит свое обещание. Как и всегда.