Таны лагеря. Второй роман

Раннее утро в Губкине выдалось на редкость прохладным и туманным. Привокзальная площадь гудела от голосов сонных родителей, грохота колесиков тяжелых чемоданов и нервного смеха подростков. Для девяти человек этот день должен был стать началом чего-то совершенно невероятного: две недели в одном из самых крутых и современных лагерей Сочи, прямо на берегу моря.

Арина стояла возле огромной дорожной сумки, зябко кутаясь в олимпийку. Ее темно-карие глаза с легкой тревогой блуждали по перрону. Она безумно любила такие поездки, но внутри, как назло, уже шевелилась привычная щемящая тоска — то странное чувство, из-за которого ей порой хотелось закрыться в пустой комнате и просто выплакаться в подушку без всякой видимой причины.

– Так, блять, если этот проводник еще раз на меня так посмотрит, я его сама в багажный отсек запихаю, – раздался громкий, возмущенный голос Маши. Она эффектно встряхнула русыми волосами, поправила ремешок сумки и тут же подняла новенький айфон, снимая кружочек в телеграм. – Всем привет, мы выдвигаемся из нашей дыры в цивилизацию. Помашите ручкой, нищие духом!

– Маша, не ори на весь вокзал, люди оборачиваются, – миролюбиво отозвалась Алина, поправляя выбившуюся прядь шатеновых волос. Ее зеленые глаза излучали такое олимпийское спокойствие, что рядом с ней даже вокзальная суета казалась не такой давящей.

– А пусть смотрят, завидуют молча! – Маша фыркнула, но телефон опустила, тут же обнимая за плечи подошедшую Злату.

Злата, лучшая подруга Арины, в этот момент уже давилась смехом, глядя на то, как кто-то из соседнего отряда уронил пакет с пирожками. Ее зелено-карие глаза искрились чистым восторгом. Она подскочила к Арине, пихнула ее плечом и тихо шепнула:

– Прикинь, если нас поселят на первый этаж и там будут тараканы размером с кулак? Я же сдохну нахуй прямо на пороге.

Арина не выдержала и прыснула, прикрывая рот ладонью:

– Злата, прекрати, я и так переживаю, а ты еще нагнетаешь!

– Да ладно тебе, прорвемся! Главное, чтобы кормили нормально, остальное похеру.

Мимо них с грохотом протащил баул Матвей. Русый парень выглядел так, будто не спал трое суток, но в его зеленых глазах плясали привычные черти. По дороге он успел отвесить смачный подзатыльник какому-то долговязому парню из другой группы, который случайно наступил ему на кроссовок.

– Глаза разуй, чучело, пока я тебе их обратно на затылок не переставил, – огрызнулся Матвей.

Парень испуганно втянул голову в плечи и поспешил скрыться в вагоне. Все знали: Матвей был совершенно безбашенным и дрался по любому поводу, спуская пар на всех вокруг. На всех, кроме двух человек. Поравнявшись с Ариной и стоявшей рядом Амелией, он резко сменил тон, и его лицо озарила широкая, слегка придурковатая улыбка.

– Здорово, малявки. Арин, ты чего такая кислая с утра пораньше? Опять драму в голове крутишь? – Он легко толкнул ее кулаком в плечо, заглядывая в карие глаза с непривычной для него теплотой. – Забей. Если там кто-то посмеет тебя расстроить, сразу мне говори. Я им быстро лица подправлю. Главное — нос не вешай, поняла? Ты в Сочи едешь, радоваться надо.

– Спасибо, Матвей, – мягко улыбнулась Арина, чувствуя, как внутри немного отпускает. Матвей умел вовремя сказать нужные слова, хоть и делал это в своей дурацкой манере.

– Эй, боец, багаж грузи давай, а не клинья подбивай! – крикнула Амелия. В ее ушах торчали беспроводные наушники, из которых глухо доносились басы тяжелого бита. Она на ходу снимала эстетичное видео с туманным перроном. – Матвей, бля, шевелись, поезд через пять минут тронется!

– Сама шевелись, пока пендель не прилетел, – беззлобно огрызнулся русый, но послушно потащил сумки по железным ступенькам вагона.

И тут в дверях тамбура показался Артём.

Арина невольно затаила дыхание. Брюнет с пронзительными, невероятно глубокими зелеными глазами спокойно держал за ручку свой чемодан, оглядывая перрон. Заметив девочек, он тепло, открыто улыбнулся и махнул рукой.

– Привет всем! Заходите скорее, там внутри прохладно, кондиционер уже включили. Арин, тебе помочь с чемоданом?

Сердце Арины предательски пропустило удар. Артём был настолько добрым, простым и легким в общении, что рядом с ним она вечно терялась, боясь сказать какую-нибудь глупость.

– Нет, я... я сама справлюсь, спасибо! – чуть слышно ответила она, смутившись.

– Ну уж нет, давай сюда, – Артём легко спустился по ступенькам, аккуратно перехватил тяжелую ручку ее сумки и занес внутрь. – Нечего тебе тяжести таскать.

Стоявшая чуть поодаль Даша, белокурая красавица с огромными голубыми глазами, мгновенно вскинула телефон, незаметно фиксируя этот момент на камеру. Ее губы растянулись в заговорщической улыбке.

– О боже мой, – прошептала Даша, легонько толкая локтем Еву. – Вы только посмотрите на них. Они же буквально созданы друг для друга! Я обязана смонтировать под них эдит с романтичной музыкой.

– Да брось ты, Даш, вечно ты всех шипперишь без разбора, – скептически хмыкнула Ева, поправляя темные волосы. Ее выразительные голубые глаза окинули платформу с легким налетом высокомерия. – Артём со всеми такой вежливый, это еще ничего не значит. И вообще, этот поезд выглядит так, будто развалится на первом же повороте. Спорим на сотку, что розетки в купе работать не будут? Я вот уверена на все сто.

– Ева, хватит спорить со всем миром, поезд нормальный, новый, – вздохнула Алина, мягко подталкивая подругу к вагону.

Наконец вся компания оказалась внутри. Вагон наполнился шумом, шелестом пачек с чипсами и хлопаньем дверей. Дорога до Сочи предстояла долгая — почти сутки под мерный стук колес, сквозь поля, леса и бесконечные станции южного направления.

Когда поезд тронулся, отрезая их от серого перрона Губкина, в купе началась настоящая жизнь.

Маша и Злата оккупировали нижние полки, разложив на столике гору вредной еды. Маша безостановочно щелкала затвором камеры, заставляя Злату позировать с пачкой сухариков, и каждую неудачную фотографию сопровождала отборным трехэтажным матом, от которого вздрагивали соседи по вагону.

– Да поверни ты ебало нормально! – хохотала Маша. – Вот так, свет падает идеально. Если выложишь это с моим тегом, я тебя даже прощу за то, что ты мой сок выпила.

– Да пошла ты, – сквозь слезы от смеха отбивалась Злата. – Арина, спаси меня от этой сумасшедшей блогерши!

Арина сидела у окна, глядя на мелькающие за стеклом зеленые лесополосы. К ней подсела Амелия, протягивая один наушник:

– На, воткни. Новый трек вышел, просто разъеб полный. Мы обязаны выучить его и орать сегодня вечером на набережной.

Арина взяла наушник. Из динамика полилась ритмичная мелодия, и девочки начали вполголоса подпевать, сначала робко, а потом всё громче, не обращая внимания на недовольные взгляды проходящих мимо вожатых. У Арины был красивый, чистый голос, а Амелия подхватывала ее низким, уверенным тембром. На несколько минут все тревоги улетучились. Музыка заполняла пространство, стирая любые сомнения.

К вечеру вагон притих. За окнами сгустились бархатные южные сумерки, а в воздухе, врывающемся через приоткрытые форточки в коридоре, уже отчетливо пахло чем-то влажным, теплым и незнакомым — морем.

Арина вышла в узкий коридор, прислонившись лбом к прохладному стеклу. На душе снова стало неспокойно. Мысли путались: как пройдет эта смена? Сможет ли она влиться в ритм лагеря? Что, если она снова почувствует себя чужой среди всех этих активных, ярких ребят?

– Чего грустим в одиночестве? – раздался сзади знакомый голос.

Она обернулась. Матвей стоял, привалившись плечом к поручню, и крутил в руках пачку ментоловых леденцов. В полумраке коридора его зеленые глаза казались почти черными.

– Да так... – тихо ответила Арина. – Просто думаю. Страшно немного. Все такие крутые, а я...

– Так, стоп, – перебил ее Матвей, и в его голосе не было привычного сарказма. Он подошел ближе, глядя на нее предельно серьезно. – Ты мне эту херню брось. Ты даже не представляешь, насколько ты классная. Если ты начнешь сдаваться еще до того, как мы доехали, я сам лично выброшу твой чемодан в море. Ты слышишь меня? Не смей в себе сомневаться. Мы здесь банда, мы рядом. И если кто-то посмеет тебя обидеть или косо посмотреть — просто скажи мне.

– Матвей, ты только и знаешь, что драться, – слабо улыбнулась Арина, чувствуя, как от его слов по телу разливается спасительное тепло.

– Зато это работает безотказно, – подмигнул он, протягивая ей конфету. – Держи и не кисни. Всё будет заебись, поверь мне.

Он развернулся и ушел обратно в купе, оставив Арину наедине со своими мыслями. Но теперь эти мысли были куда светлее. Матвей был невыносимым, грубым, мог послать любого куда подальше, но в моменты, когда земля уходила из-под ног, именно его дурацкая, слепая уверенность помогала держаться.

В этот момент из соседнего отсека вышел Артём с кружкой чая в руке.

– Не спится? – спросил он, тепло улыбаясь.

– Не спится, – согласилась Арина, чувствуя, как щеки заливает румянец. – Воздух изменился. Жарко становится.

– Да, мы уже к Краснодарскому краю подъезжаем, – Артём встал рядом, глядя в темноту за окном. – Знаешь, я так ждал этой поездки. Здорово, что мы попали в один отряд. С тобой очень приятно и легко говорить, Арин. Надеюсь, в лагере мы будем часто пересекаться.

– Я тоже надеюсь, – искренне ответила она, боясь пошевелиться, чтобы не разрушить эту хрупкую, почти волшебную атмосферу.

Утром поезд наконец заскрипел тормозами, замедляя ход вдоль искрящейся на солнце синей глади.

– Море! – закричала Даша, прижимая ладони к стеклу. Ее голубые глаза сияли неподдельным восторгом, и она тут же принялась снимать панораму, чуть не уронив телефон от нахлынувших чувств. – Девочки, вы видите это?! Это же рай!

– Пиздец, ну наконец-то мы приехали, у меня вся спина затекла, – простонала Маша, потягиваясь, но на ее лице тоже играла довольная улыбка.

Вокзал Сочи встретил их ослепительным солнцем, высоченными пальмами и душным субтропическим зноем. После Белгорода и Губкина это казалось другой планетой.

Трансферный автобус с тонированными стеклами и мощным кондиционером быстро домчал ребят до лагеря. Это место действительно поражало воображение: огромная охраняемая территория, утопающая в зелени кипарисов и магнолий, белоснежные многоэтажные корпуса с панорамными окнами, собственный амфитеатр, спортивные площадки с идеальным покрытием и собственный спуск к морю.

– Ничего себе... – выдохнула Алина, оглядывая главный корпус. – Тут действительно круто.

– Ага, пока нам не показали комнаты, – тут же вставила Ева, складывая руки на груди. – Зуб даю, на фото в буклете всё выглядело в два раза больше. И кондиционеры наверняка старые, гудеть будут как тракторы.

– Ева, закрой рот хоть на пять минут, хватит душнить, – беззлобно бросила Амелия, закидывая рюкзак на плечо. – Пошли уже заселяться, я хочу в душ и переодеться.

Расселение оказалось отдельным испытанием. Девочек определили в просторный номер на четвертом этаже с огромным балконом, выходящим прямо на морское побережье.

Как только вожатый захлопнул за собой дверь, Маша бросила сумку на ковер и громко выдохнула:

– Бля-я-ять, клянусь, если я не лягу прямо сейчас, я умру. Но номер реально топ, зацените этот балкон!

Она тут же достала телефон и начала кружить по комнате, снимая интерьер:

– Румтур для моих любимых подписчиков. Смотрите, какие кровати, зеркало в полный рост, шкафы гигантские. Ева, соси, кондиционер работает бесшумно!

Ева только хмыкнула, но спорить не стала, заняв самую дальнюю кровать у стены и начав методично раскладывать вещи:

– Посмотрим, как он ночью будет работать. Если потечет, я переселюсь к вожатым.

Злата тем временем упала на кровать рядом с Ариной и начала безудержно хохотать, уткнувшись лицом в покрывало.

– Ты чего? – сквозь смех спросила Арина, не в силах сдержаться.

– Ты видела лицо Матвея, когда вожатый сказал, что мальчикам и девочкам запрещено заходить друг к другу после десяти вечера? – выдавила Злата, вытирая выступившие слезы. – Он посмотрел на него так, будто готов был перекусить ему горло прямо на ресепшене!

Арина покатилась со смеху вместе с подругой. Вся дорожная усталость, все сомнения и страхи внезапно растворились в этом безудержном, чистом веселье.

В дверь негромко постучали. Даша, которая разбирала косметичку, подскочила и распахнула створку.

На пороге стояли Матвей и Артём. Матвей держал в руках два пятилитровых бутыля с питьевой водой, а Артём принес стопку дополнительных пледов.

– Держите, водохлебы, – Матвей с грохотом поставил воду у входа. Его взгляд мгновенно нашел Арину, сидевшую на кровати. Он внимательно оглядел ее разрумянившееся лицо, растрепанные темные волосы и, заметив, что она улыбается, довольно хмыкнул. – Ну вот, другое дело. А то сидела в поезде как мышь на крупе.

– Мы решили занести пледы, вдруг ночью будет прохладно от кондиционера, – мягко произнес Артём, проходя на пару шагов вглубь комнаты и аккуратно складывая мягкую ткань на тумбочку. Его зеленые глаза встретились с глазами Арины, и он слегка приподнял уголки губ. – Как вам номер? У нас на третьем этаже вид чуть хуже, деревья закрывают, а у вас тут просто сказка.

– Сказка не то слово! – подала голос Даша, с явным намеком переводя взгляд с Артёма на Арину и обратно. Ее голубые глаза прямо-таки лучились восторгом сценариста, чей сюжет разворачивается идеально. – Арин, правда ведь, потрясающий вид?

Арина слегка покраснела, но кивнула:

– Да, очень красиво. Особенно море.

– Ну всё, экскурсия окончена, валите отсюда, пацаны, нам надо вещи разбирать и краситься, – скомандовала Маша, шутливо выталкивая парней в коридор. – Матвей, руки при себе держи, а то знаю я тебя.

– Да пошла ты, Маха, больно надо, – отмахнулся русый, но перед тем, как дверь закрылась, еще раз бросил короткий, ободряющий взгляд на Арину: – Не скучайте. В шесть сбор на линейку.

Когда мальчики ушли, в комнате повисла теплая, ленивая тишина, нарушаемая лишь шумом прибоя за открытой балконной дверью.

Арина подошла к перилам балкона. Соленый, теплый морской бриз взъерошил ее волосы. Внизу шумели пальмы, по дорожкам лагеря уже бегали ребята в ярких футболках, а впереди, до самого горизонта, простиралась бесконечная лазурная вода.

К ней подошла Алина, тихо встала рядом и положила руку ей на плечо:

– Ну как ты? Тревога прошла?

– Прошла, – выдохнула Арина, чувствуя, как внутри расправляются крылья. – Знаешь, мне кажется, эта смена будет особенной.

– Она точно будет лучшей, – уверенно произнесла подошедшая Амелия. Она включила на телефоне портативную колонку, и по балкону разлились первые аккорды их любимой уличной песни. – Давай, Ариха, пой. Пусть весь Сочи знает, кто сюда приехал.

И они запели — сначала тихо, для себя, а потом в полный голос, глядя на сверкающее море. Маша тут же выскочила на балкон с айфоном, восторженно ругаясь на то, как красиво падает закатный свет, Злата подпевала невпопад и покатывалась со смеху, Даша мечтательно улыбалась, представляя всё, что случится в эти две недели, а Ева, хоть и ворчала для вида, прислонилась к дверному косяку с редкой для нее искренней улыбкой.

Впереди было целое лето. Полное музыки, споров, шуток, разбитых носов и, возможно, первой настоящей любви. И это было только начало.