Запретные отношения

Библиотека Хогвартса в одиннадцать вечера представляла собой лабиринт из теней и запаха старого пергамента. Перси Уизли сидел за своим привычным столом в дальнем углу, окруженный стопками книг по Трансфигурации и Древним рунам. Его спина была прямой, как натянутая струна, а перо двигалось по бумаге с методичностью часового механизма.

Тишину нарушил резкий звук отодвигаемого стула. Оливер Вуд рухнул на соседнее сиденье, забросив метлу на стол прямо поверх записей Перси.

– Убери это немедленно, Вуд, – не поднимая глаз, произнес Перси. Его голос был сухим и ровным. – Ты пачкаешь мой конспект грязью с поля.

– Это не грязь, Уизли, это следы победы, – Оливер тяжело дышал, его волосы были взъерошены, а на щеке красовалась свежая ссадина. – Мы только что закончили тренировку. Я выжал из охотников всё дерьмо.

Перси наконец поднял взгляд. Его очки в роговой оправе чуть сползли на переносицу. Он посмотрел на Оливера – потного, раскрасневшегося, пахнущего дождем и адреналином – и почувствовал знакомое раздражение, смешанное с чем-то более глубоким и тревожным.

– Твоя одержимость квиддичем переходит границы разумного, – Перси аккуратно отодвинул древко метлы кончиками пальцев. – У нас через неделю промежуточные тесты, а ты едва открывал учебник.

– К черту тесты, – Оливер подался вперед, сокращая расстояние между ними. – Если мы не выиграем кубок в этом году, мне будет плевать на все «Превосходно» в мире. Ты хоть понимаешь, что это мой последний шанс как капитана построить идеальную команду?

– Я понимаю, что ты ведешь себя как безумец, – отрезал Перси. – Иди в душ, Оливер. От тебя несет за милю.

Вуд усмехнулся, и в его глазах блеснул опасный огонек. Он не шевельнулся. Вместо этого он протянул руку и медленно закрыл книгу, которую читал Перси.

– Ты слишком много думаешь, Перс. Твои мозги скоро закипят от этих формул. Тебе нужно расслабиться.

– Не называй меня так, – процедил Уизли, чувствуя, как внутри закипает гнев. – И не смей мешать мне заниматься.

– А то что? Снимешь баллы со своего же факультета? – Оливер встал, нависая над ним. – Посмотри на себя. Ты же весь дрожишь от напряжения.

Перси тоже вскочил. Они были одного роста, но Вуд казался массивнее из-за широких плеч и плотной куртки игрока. Воздух между ними, казалось, наэлектризовался.

– Уходи, – повторил Перси, хотя его голос слегка дрогнул.

– Нет, – Оливер сделал шаг вперед, загоняя Перси в пространство между столом и тяжелым книжным шкафом. – Ты всегда такой правильный, такой застегнутый на все пуговицы. Тебе не надоело строить из себя идеального старосту?

– Это называется ответственность, Оливер. То, чего тебе явно не хватает.

– Да пошел ты со своей ответственностью, – выдохнул Вуд.

Он внезапно сократил дистанцию, грубо схватив Перси за воротник мантии и прижав к стеллажу. Книги за их спинами глухо зашуршали. Перси замер, его сердце забилось в горле. Он ожидал удара или очередного спора, но Оливер просто смотрел на него с какой-то яростной решимостью.

– Ты меня бесишь, Уизли, – прошептал Оливер прямо в его губы. – Своим порядком, своими правилами, тем, как ты смотришь на всех свысока.

– Ты тоже... – начал было Перси, но Оливер не дал ему закончить.

Он впился в губы Перси жестким, требовательным поцелуем. Это не было похоже на романтическую сцену из книг, которые Перси иногда видел у сестры. Это была борьба. Оливер кусался, его язык настойчиво проникал внутрь, а руки крепко сжимали плечи старосты.

Перси на мгновение оцепенел, но затем его сдержанность рухнула. Он ответил с той же яростью, запуская пальцы в мокрые волосы Вуда и притягивая его ближе. Вкус пота, дождя и мяты заполнил все чувства.

Оливер оторвался от его губ лишь на секунду, чтобы прохрипеть:

– В запретную секцию. Сейчас.

Они пробирались между рядами, почти не скрываясь, ведомые лишь инстинктом и темным желанием, которое копилось месяцами за взаимными упреками и колкостями. В самом дальнем углу, за тяжелой бархатной шторой, скрывался закуток, куда редко заглядывала даже мадам Пинс.

Как только они оказались в тени, Оливер снова набросился на него. Он сорвал с Перси очки, небрежно бросив их на какую-то полку, и принялся расстегивать пуговицы его идеально отглаженной рубашки.

– Черт, Перси, ты даже сюда надеваешь этот дурацкий жилет, – выругался Оливер, дергая ткань.

– Заткнись и делай, что хотел, – выдохнул Перси, помогая ему избавиться от одежды.

Его руки, обычно такие аккуратные и точные, теперь действовали лихорадочно. Он содрал с Оливера тренировочную куртку, чувствуя под ладонями горячую, напряженную кожу. Когда их тела соприкоснулись без преград, Перси невольно вскрикнул – контраст между прохладным воздухом библиотеки и жаром Вуда был ошеломляющим.

Оливер опустился на колени, его пальцы впились в бедра Перси, оставляя красные следы.

– Ты такой бледный, Уизли, – усмехнулся он, глядя снизу вверх. – Тебе определенно нужно больше бывать на солнце.

– Меньше слов, Вуд, – Перси тяжело дышал, запрокинув голову назад и упираясь руками в холодный камень стены.

Когда Оливер взял его в рот, Перси почувствовал, как мир вокруг него окончательно рассыпается на куски. Все правила, все амбиции, все планы на будущее перестали существовать. Осталось только это – острое, болезненное наслаждение и ритмичные движения головы Оливера. Перси сжал пальцы на его плечах, едва не впиваясь ногтями в кожу.

– Оливер... блять... – сорвалось с его губ.

Вуд отстранился, поднялся на ноги и развернул Перси лицом к шкафу, прижимая его грудью к корешкам старинных фолиантов.

– Хочу видеть, как ты сломаешься, – прошептал Оливер ему в ухо, его голос был низким и хриплым.

Он действовал грубо, не заботясь о нежности. В этом не было нужды – их отношения всегда строились на противостоянии. Когда Оливер вошел в него, Перси закусил губу, чтобы не закричать на всю библиотеку. Боль быстро сменилась всепоглощающим жаром, который пульсировал в такт движениям Вуда.

– Ну что, староста? – Оливер двигался мощно, вбивая Перси в полки. – Где твои замечания? Где твои правила?

Перси не мог ответить. Он только стонал, чувствуя, как каждое движение Оливера выжигает в нем остатки самообладания. Он чувствовал запах старой кожи книг и резкий, животный запах их тел. Это было неправильно, это было безумно, и это было лучшее, что он когда-либо чувствовал.

– Глубже... – прохрипел Перси, откидываясь назад, на плечо Оливера. – Пожалуйста.

Это «пожалуйста» подействовало на Вуда как детонатор. Он ускорился, его дыхание стало прерывистым, а руки собственнически обхватили талию Перси. Мир сузился до точки соприкосновения их тел, до звука их тяжелого дыхания и случайного стука падающей книги где-то сбоку.

Когда наступила развязка, она была подобна вспышке заклинания «Люмос Максима». Перси содрогнулся, его ноги подкосились, и если бы не крепкая хватка Оливера, он бы просто сполз на пол. Вуд кончил мгновением позже, уткнувшись лицом в шею Перси и тяжело сопя.

Несколько минут они стояли так, не двигаясь, пытаясь прийти в себя. Тишина библиотеки снова сомкнулась вокруг них, но теперь она казалась другой – соучастницей их тайны.

Оливер первым отстранился. Он выглядел еще более растрепанным, чем после тренировки, но в его глазах больше не было той яростной жажды. Он молча помог Перси выпрямиться и протянул ему очки.

Перси дрожащими руками начал приводить себя в порядок. Он застегивал пуговицы, поправлял галстук, пытаясь вернуть себе маску невозмутимости, хотя его губы все еще горели от поцелуев.

– Это... – начал Перси, поправляя очки на переносице.

– Не смей говорить, что это была ошибка, Уизли, – перебил его Оливер, натягивая куртку. – Мы оба знаем, что это не так.

Перси посмотрел на него. В тусклом свете ламп Оливер выглядел непривычно серьезным.

– Это нарушает как минимум пять школьных правил, – тихо сказал Перси, но в его голосе не было прежней строгости. – И если нас поймают, я потеряю значок.

– Но нас не поймали, – Оливер подошел ближе и коротко, почти нежно, коснулся пальцами его подбородка. – Увидимся завтра на завтраке?

Перси вздохнул, чувствуя, как уголки его губ невольно дергаются вверх.

– Только если ты не притащишь свою метлу в Большой зал.

Оливер усмехнулся, подхватил свое снаряжение и, не оглядываясь, направился к выходу из библиотеки, оставив Перси в окружении книг и запаха, который еще долго будет напоминать ему о том, что некоторые правила созданы для того, чтобы их нарушать.

Перси подождал несколько минут, прежде чем выйти. Он подошел к своему столу, аккуратно сложил пергаменты и закрыл учебник. Его рука на мгновение задержалась на обложке.

Счет действительно был в пользу Вуда. Но игра только начиналась.