Система идеальная жена 18+

Платформа девять и три четверти тонула в густом паре, но для Саймона Райла, ныне известного как Гарри Поттер, это был не магический туман, а идеальная дымовая завеса. В свои восемнадцать он выглядел старше сверстников не из-за роста, а из-за того, как он нес свое тело. Плечи расправлены, центр тяжести чуть смещен вперед, глаза за стеклами очков-хамелеонов постоянно сканировали периметр. Сектор за сектором. Выходы, укрытия, потенциальные точки засады.

Хогвартс-экспресс казался ему огромной стальной ловушкой. Саймон привык к вертолетам и бронетранспортерам, а не к антикварным паровозам. Закинув увесистый рюкзак на плечо — в нем, помимо учебников, лежали мотки сверхпрочной лески, набор отмычек и пара «модифицированных» сигнальных артефактов, — он вошел в вагон.

Он искал место, где спина будет прикрыта стеной, а обзор позволит контролировать коридор. Купе в конце состава пустовало. Почти.

Саймон замер в дверях. Напротив окна, сложив руки на коленях с такой безупречной грацией, что это казалось почти агрессией, сидела она. Платиновые волосы, собранные в тугой узел, серые глаза, в которых читалось ледяное «даже не думай приближаться», и слизеринская мантия, отглаженная так, будто она собиралась на прием к королеве.

Диана Малфой. Та самая девчонка из Косого переулка, которая неделю назад пыталась прочитать ему лекцию о «чистоте крови», пока он проверял балансировку своей новой палочки, словно это был боевой нож.

– Это купе занято, Поттер, – отчеканила она, даже не повернув головы. – Найди себе другое место, где-нибудь поближе к своим шумным друзьям-гриффиндорцам.

Саймон не шелохнулся. Он оценил дистанцию — два метра. Угол обзора из окна — отличный. Дверь закрывается плотно.

– Здесь лучший сектор обзора на платформу и хвост поезда, – спокойно ответил он, проходя внутрь и забрасывая рюкзак на верхнюю полку одним коротким, экономным движением. – И здесь тихо. Я остаюсь.

Диана наконец посмотрела на него. Ее брови взлетели вверх, а на щеках проступил едва заметный розовый оттенок — признак либо крайнего возмущения, либо того, что ее выбили из колеи.

– Какая наглость! Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? Я не собираюсь делить пространство с кем-то, кто… кто выглядит так, будто собрался грабить банк, а не учиться магии!

Саймон сел напротив, спиной к стене, и сложил руки на груди. Его взгляд был пустым и сосредоточенным одновременно.

– Твоя манера речи выдает неуверенность, Малфой. Ты слишком много говоришь, чтобы обозначить территорию. Если я тебе мешаю — можешь сменить позицию. Я не сдвинусь.

– Я? Сменить позицию? – Диана фыркнула, поправляя серебряную брошь на воротнике. – И не мечтай. Я не уступлю ни дюйма этого дивана просто потому, что какой-то неотесанный «герой» решил поиграть в солдатика. И вообще, убери эти свои очки. Смотреть на собственное отражение в твоих линзах — сомнительное удовольствие.

Саймон медленно снял очки, обнажив холодные зеленые глаза. В них не было привычного для Гарри Поттера тепла или подросткового бунта. Там была сталь профессионала, видевшего слишком много. Диана на мгновение осеклась, ее колкость застряла в горле.

– Так лучше? – спросил он тихим, низким голосом.

– Немного, – пробормотала она, тут же возвращая себе маску высокомерия. – Хотя твои волосы по-прежнему выглядят так, будто ты прошел через зону боевых действий. Это что, новая мода у «избранных»? Полное отсутствие расчески?

– Это называется «маскировка», – парировал Саймон, едва заметно усмехнувшись краем губ. – Слишком аккуратные люди первыми привлекают внимание снайперов.

Диана закатила глаза, но Саймон заметил, как она украдкой поправила свою идеально уложенную прядь.

– Ты невыносим. И твои шутки про войну совершенно неуместны. Мы едем в школу, Поттер. Самую безопасную школу в мире.

– Безопасных мест не существует, – отрезал он. – Существуют только места с разной степенью укрепленности.

Поезд дернулся и медленно пополз вперед. Некоторое время они сидели в тишине. Диана демонстративно достала книгу «Расширенный курс зельеварения» и принялась читать, хотя Саймон видел, что она не перевернула ни одной страницы за десять минут. Она нервничала. Ее пальцы то и дело касались манжеты мантии.

– Ты держишь палочку в рукаве? – внезапно спросил он.

Диана вздрогнула и прижала руку к предплечью.

– Откуда… это не твое дело! Это стандартная мера предосторожности для леди моего круга.

– Слишком медленно, – Саймон наклонился вперед, сокращая дистанцию. – Если на нас нападут в этом коридоре, ты зацепишься краем ткани за рукоять. Тебе нужно либо расширить обшлаг, либо использовать кобуру с пружинным механизмом.

– Ты… ты даешь мне советы по самообороне? – Диана вспыхнула, ее глаза сверкнули гневом. – Малфои изучали дуэльное искусство, когда твои предки еще… еще…

– Еще не знали, что такое тактическое преимущество? – договорил за нее Саймон. – Послушай, Диана. Мне плевать на твою фамилию и на то, сколько золота в твоем сейфе. Но ты сидишь напротив меня, а значит, в случае контакта мы в одной связке. Я не хочу, чтобы мой фланг был открыт из-за того, что ты не можешь быстро извлечь оружие.

Диана захлопнула книгу с громким хлопком.

– Я не просила тебя быть моим телохранителем! И не смей называть меня по имени, мы не настолько близки!

– Хорошо, Малфой.

– И не смотри на меня так, будто ты меня оцениваешь! – Она сердито отвернулась к окну, но румянец на ее щеках стал еще ярче. – Я просто… я просто не хочу, чтобы ты испортил мне репутацию своим присутствием. Если кто-то увидит нас вместе, они подумают, что Слизерин якшается с Гриффиндором.

– Тогда закрой шторку, – предложил Саймон, откидываясь на спинку сиденья.

– Обойдешься! Мне нужен свет для чтения. И вообще, почему ты не в форме? Тебе восемнадцать, ты должен подавать пример младшим.

– Форма сковывает движения. Я надену мантию за пять минут до прибытия.

Диана снова фыркнула, но в этот раз в ее голосе было меньше яда и больше странного любопытства.

– Ты изменился, Поттер. В газетах писали, что ты… ну, другой. Более эмоциональный. А ты сейчас похож на кусок гранита.

– Газеты лгут, – Саймон посмотрел в окно на проносящиеся мимо поля. – Люди видят то, что хотят видеть. Я просто научился расставлять приоритеты.

– И какой твой приоритет сейчас? – тихо спросила она, на мгновение забыв о своей маске цундере.

Саймон перевел взгляд на нее. Диана сидела прямо, ее подбородок был гордо приподнят, но в глубине серых глаз он увидел то, что узнал бы из тысячи — скрытый страх. Страх перед неопределенностью, перед новой главой жизни, где старые правила ее семьи могли больше не работать.

– Выжить, – ответил он. – И убедиться, что те, кто находится в моем секторе, тоже выживут. Даже если они невыносимо гордые и постоянно ворчат.

Диана открыла рот, чтобы выдать очередную колкость, но вместо этого лишь поджала губы. Она снова уткнулась в книгу, пробормотав:

– Придурок. Ты просто хочешь казаться важным. Но… если ты так настаиваешь, я, возможно, позволю тебе показать мне эту твою «кобуру». Чисто из научного интереса. Чтобы ты не чувствовал себя бесполезным.

Саймон позволил себе настоящую улыбку — короткую, едва заметную, но искреннюю.

– Договорились, Малфой.

Через час, когда солнце начало клониться к горизонту, Диана незаметно для самой себя уснула, прислонившись головой к холодному стеклу. Ее идеальная прическа немного растрепалась, а книга соскользнула на пол.

Саймон встал, поднял книгу и аккуратно положил ее на столик. Он достал из рюкзака легкую куртку и набросил ее на плечи девушки. Она что-то пробормотала во сне, инстинктивно кутаясь в теплую ткань, пахнущую порохом, кожей и чем-то странно успокаивающим.

Саймон вернулся на свое место и снова надел очки. Он продолжал сканировать коридор через стекло двери, рука привычно лежала на рукояти палочки, спрятанной в специальном креплении на бедре.

Первый этап миссии «Хогвартс» начался. И, вопреки его ожиданиям, самой сложной целью оказалась не защита школы, а эта девчонка с платиновыми волосами, которая умудрялась быть одновременно самой раздражающей и самой интересной деталью в его новой реальности.

– Не спи, Гоуст, – прошептал он сам себе, используя старый позывной. – На этом поле боя у тебя нет права на ошибку.

Но когда Диана во сне чуть повернулась и ее рука коснулась его колена, Саймон Райли, человек, который не боялся ничего, почувствовал, как его пульс участился. Это был новый вид угрозы. Угроза его хладнокровию.

И он не был уверен, что хочет от нее защищаться.

Поезд мчался сквозь сумерки, унося их в мир магии, который скоро узнает, что бывает, когда легендарный герой перестает играть по правилам и начинает действовать как профессионал. А рядом с ним, сама того не осознавая, шла та, кто станет его самым надежным тылом. Даже если она будет утверждать обратное до самого конца.

– Я просто не хочу, чтобы ты простудился и заразил меня, – скажет она позже, когда проснется и обнаружит его куртку на себе.

– Конечно, Малфой, – ответит он. – Именно поэтому ты держала меня за руку последние тридцать миль.

И в этом споре, как и во многих будущих битвах, победа не будет иметь значения. Иметь значение будет только то, что они в одном купе. В одной связке. До самого конца.