Убийца Волшебников в Тэнгу

Чемодан из драконьей кожи захлопнулся с глухим, приятным щелчком.

Гарри Поттер затянул ремни, критически оглядел комнату и шумно выдохнул, засунув руки в карманы темно-серого пальто. Под плотной тканью привычно и успокаивающе давила сбруя оперативной кобуры. Два доработанных пистолета «Беретта 92FS», модифицированных гравированными рунами охлаждения и усиления кинетического удара, покоились под мышками, словно естественное продолжение его собственных ребер.

В углу чемодана лежали ящики с патронами, разобранная снайперская винтовка, комплект мистических кодов, алхимические реагенты и чертежи. Никаких дурацких мантий. Никаких школьных учебников по «Светлой магии».

– Господин, вы уверены, что хотите уйти именно сейчас? – раздался мягкий, шелестящий голос из воздуха, и легкое мерцание маны очертило стройную фигуру девушки. Короткие черные волосы, легкие самурайские доспехи, обнажающие изящные плечи, и длинная катана у бедра. Райдер. Минамото-но Ёсицунэ, или просто Ушивакамару. Его Слуга, его единственный верный клинок и партнер, призванная во время безумия Турнира Трех Волшебников через украденные протоколы семьи Анимусфир.

– Уверен, Уши, – криво усмехнулся Гарри, поправляя воротник рубашки. В его глазах мелькнула фирменная смесь сарказма и усталости, присущая человеку, который слишком рано понял цену фальшивым идеалам. – Если я останусь здесь еще хотя бы на день, меня либо стошнит от речей Дамблдора о «всепрощении», либо я пристрелю нашего драгоценного «Мальчика-Который-Выжил» чисто из гуманитарных соображений, чтобы не мучился от собственной тупости.

– Как прикажете, милорд. Мой меч с вами, куда бы вы ни направились, – с легким поклоном улыбнулась воительница, прежде чем снова раствориться в духовной форме.

Гарри подхватил тяжелые чемоданы. Легкое заклинание снижения веса сделало их почти невесомыми, но привычка полагаться на собственные мышцы никуда не делась. Годы тренировок под присмотром стальных ветеранов вроде Балалайки в Бангкоке, циничных уроков мистера Чанга и беспощадных инструктажей Майи Хисау превратили худощавого мальчика в сжатую смертоносную пружину.

Он спустился по широкой дубовой лестнице поместья Поттеров. Дом был пропитан запахом магии, дорогих благовоний и лицемерия.

Он почти дошел до камина в парадной гостиной, когда тяжелые двери распахнулись. На пороге стояли Джеймс и Лили Поттер. На лицах обоих застыла смесь тревоги, укоризны и той самой родительской снисходительности, от которой Гарри последние пять лет хотелось просто передернуть затвор.

– Гарри? – Лили первой сделала шаг вперед, с удивлением разглядывая чемоданы и строгий магловский костюм старшего сына. – Куда ты собрался? Почему ты так одет?

– Я ухожу, – спокойно ответил Гарри, даже не замедлив шага к каминной полке, где стояла чаша с летучим порохом.

– Что значит «уходишь»? – нахмурился Джеймс, скрестив руки на груди. В его взгляде промелькнуло привычное раздражение. – Опять твои дурацкие выходки? Послушай меня, молодой человек. То, что произошло на кладбище несколько недель назад, взбудоражило весь магический мир. Темный Лорд вернулся. Министерство в панике, Дамблдор собирает Орден, а ты собираешь вещи? Сейчас не время показывать характер!

Гарри остановился, медленно повернулся к отцу и наклонил голову набок. На его губах заиграла ленивая, почти издевательская ухмылка в духе Данте, ожидающего легкой драки в баре.

– Не время? Серьезно, Джеймс? То есть когда ваш ненаглядный Годрик вернулся с Кубком и заливал вам сказки о том, как он «героически обратил Волан-де-Морта в бегство своим Экспеллиармусом», время было подходящее?

– Не смей так говорить о брате! – вспыхнул Джеймс, делая шаг вперед. – Годрик перенес пытки! Он выстоял против самого опасного темного мага столетия! А ты… ты просто прятался за надгробиями! Тебе повезло, что Годрик вообще обратил внимание на то, что тебя связали, и нашел силы активировать портключ!

В гостиной повисла мертвая тишина. Гарри запрокинул голову и расхохотался. Это был не истерический смех, а искренний, громкий хохот человека, услышавшего самый абсурдный анекдот в жизни.

– Спрятался? – переспросил Гарри, когда смех утих, оставив лишь холодный, как арктический лед, блеск в зеленых глазах. – Ты действительно в это веришь? В то, что пацан, который не может запомнить ничего сложнее школьного курса щитовых чар, разогнал десяток чистокровных фанатиков? А никого не смутило, почему у Люциуса Малфоя раздроблено колено и оторвана кисть девятимиллиметровой экспансивной пулей? Никого не удивило, почему трупы Макнейра, Крэбба и двух Кэрроу пришлось соскребать с земли с дырами в груди от свинца?

– Это были случайные рикошеты магических всплесков Годрика! – упрямо отрезал Джеймс, хотя в его глазах на мгновение мелькнула тень сомнения. – Директор Дамблдор лично подтвердил, что пробуждение силы Избранного может вызывать аномальные разрушения!

– Конечно. Старый лимонный маразматик подтвердит что угодно, лишь бы его драгоценная золотая пешка выглядела героем, – процедил Гарри. – Годрик лежал без сознания и пускал слюни на могильную плиту с первой же минуты дуэли. Это я вытащил его задницу. Я прострелил Реддлу плечо и заставил этих трусов отступить, потому что они никогда в жизни не видели огневой контакт на дистанции в двадцать метров. Но знаете что? Мне плевать. Пусть купается в славе. Пусть Дамблдор кормит его сказками. Я умываю руки.

– Гарри, перестань! – Лили подбежала ближе, ее глаза блестели от подступающих слез. – Мы знаем, что тебе тяжело… Ты всегда чувствовал себя обделенным из-за пророчества. Но Годрику нужна поддержка! Нам всем нужно держаться вместе! Если ты уйдешь, Темный Лорд найдет тебя! Он использует тебя, чтобы добраться до Годрика!

– О, поверь мне, миссис Поттер, – Гарри выделил это обращение с ядовитой вежливостью, – если Реддл сунется ко мне еще раз, я просто не буду экономить патроны. А теперь отойдите от камина.

– Нет, – Джеймс резко шагнул вперед и выхватил палочку из рукава, направив ее прямо в грудь старшего сына. Лицо главы рода Поттер окаменело. – Ты никуда не пойдешь, Гарри. Я запрещаю тебе как отец и как глава рода. Ты останешься в этом доме под защитой чар. Ты закончишь школу, а затем вступишь в Орден Феникса и будешь прикрывать брата. Таков твой долг перед семьей и Высшим Благом! Положи чемоданы и сдай палочку на стол. Немедленно.

Гарри замер. Он посмотрел на направленное на него древко из красного дерева, затем на лицо отца, в котором не было ничего, кроме слепого упрямства и фанатичной веры в собственную правоту.

Где-то глубоко внутри окончательно оборвалась последняя тонкая нить. Та самая, которая шептала ему в детстве, пока он сидел один в темной комнате, слушая праздничный шум с первого этажа в честь очередного дня рождения «Спасителя»: «Может быть, однажды они заметят? Может, поймут?»

Не заметили. И никогда бы не заметили.

– Силовой метод, значит? – тихо произнес Гарри. Его тон стал пугающе спокойным. – Как предсказуемо.

Он медленно опустил чемоданы на пол. Полез во внутренний карман, достал остролистную палочку и небрежно бросил ее на низкий столик перед диваном.

– Пододвинь ее ко мне, – потребовал Джеймс, не опуская руки.

Гарри толкнул палочку носком ботинка. Деревяшка скользнула по полированному дереву.

– А теперь сядь на диван, и мы…

Джеймс не успел договорить.

Движение Гарри не было быстрым – оно было мгновенным, смазанным, отточенным сотнями тысяч повторений в тирах подпольного Бангкока под матерный рев бывших советских десантников. Пальцы сорвали с пояса правую «Беретту». Затвор щелкнул, патрон влетел в патронник, и ствол с глушителем выплюнул свинец прежде, чем Джеймс вообще успел послать магический импульс в пальцы.

Хлоп!

Сухой, негромкий звук выстрела разорвал тишину комнаты.

Джеймс вскрикнул, его палочка вылетела из руки, а сам он отшатнулся назад, зажимая простреленное плечо. Пуля калибра 9х19 с руническим зачарованием на кинетический удар начисто выбила сустав, не оставляя шанса удержать оружие. Кровь брызнула на светлый ковер.

– Джеймс! – истошно завопила Лили, бросаясь к мужу и одновременно пытаясь выхватить собственную палочку.

Она не успела поднять ее даже на дюйм.

Воздух в гостиной сжался от леденящей душу ауры убийства. Пространство дрогнуло, и перед Лили материализовалась миниатюрная фигура в восточных доспехах. Острие смертоносной катаны уперлось точно в яремную впадину женщины, заставив ту застыть на месте, побелев как полотно. Глаза Слуги горели чистой, холодной жаждой крови.

– Одно движение, женщина, – раздался ледяной голос Ушивакамару, – и твоя голова упадет раньше, чем ты успеешь выдохнуть глупое заклинание. Лорд Гарри проявил милосердие, сохранив жизнь этому глупцу. Не испытывай его терпение.

– Мерлин… что это такое?.. – прошептала Лили, дрожа всем телом. Оружие в ее пальцах выпало само собой.

Гарри не спеша подошел к столу, забрал свою волшебную палочку, спрятал ее во внутренний карман и с легким щелчком опустил курок пистолета, убирая оружие в кобуру. Затем он подошел к стонущему на полу Джеймсу.

– Ты хотел поговорить о долге, Джеймс? – тихо спросил Гарри, глядя на отца сверху вниз. – Мой единственный долг был перед самим собой – выжить в этом цирке уродов. Вы сдали меня домовым эльфам, как только старый дурак нарисовал Годрику мишень на лбу. Вы забыли, что у вас двое детей. И знаете что? Спасибо. Благодаря вашему безразличию я научился полагаться на вещи куда более надежные, чем любовь или светлая магия. Например, на скорость выхватывания ствола и законы физики.

Джеймс тяжело дышал, глядя на первенца глазами, полными боли, шока и первобытного ужаса. Перед ним стоял не подросток. Перед ним стоял опасный, хладнокровный хищник.

– Гарри… пожалуйста… мы… мы ошиблись… – прохрипел Джеймс, сжимая окровавленное плечо. – Дай нам… шанс…

– Поезд ушел, лорд Поттер, – отрезал Гарри, отступая на шаг. – Если кто-то из вас, Ордена или вашего ручного директора попытается меня искать… следующая пуля пойдет не в плечо. Уши, отпусти ее.

Слуга плавно отвела клинок и исчезла в золотистых искрах.

Гарри подхватил чемоданы, зачерпнул горсть зеленого пороха из вазы на камине и шагнул в очаг.

– Косой переулок, «Дырявый котел»! – бросил он в огонь.

Изумрудное пламя взметнулось вверх, стирая силуэт Гарри Поттера из поместья. Навсегда.

---

В лондонском отделении банка Гринготтс царила привычная деловая суета, перемешанная с запахом золота, старых пергаментов и скрытой угрозы.

Гарри сидел в глубоком кресле личного кабинета поверенного Грипхука, лениво покручивая в пальцах зажигалку Zippo. На столе лежали аккуратно оформленные документы: международный портключ, магловские паспорта на имя Гарри Эмии-Поттера, кредитные карты швейцарских банков и плотный запечатанный конверт с сургучной печатью Часовой Башни.

– Все счета заблокированы для внешнего доступа британского Министерства и рода Поттер, мистер Поттер, – проскрипел гоблин, с заметным уважением разглядывая молодого мага. В мире нелюдей ценили силу, а Гарри доказал свою полезность банку во время нескольких весьма деликатных «зачисток» в Лютном переулке. – Ваши личные активы, полученные за контракты в Азии и Европе, переведены в филиал в Токио.

– Благодарю, Грипхук, – кивнул Гарри. – Надеюсь, Дамблдор подавится своими лимонными дольками, когда попытается наложить лапу на мои сейфы.

– Директор уже присылал запросы, ссылаясь на военное положение, – оскалился гоблин, обнажив острые желтые зубы. – Ему было вежливо указано на дверь. Банк хранит нейтралитет… особенно для клиентов первой категории. Но скажите, мистер Поттер… вы действительно покидаете театр военных действий? Слухи о ваших подвигах на кладбище уже дошли до ушей Нации. Вы могли бы возглавить войну.

Гарри фыркнул, защелкнув зажигалку.

– Возглавить стадо овец, которые выберут волка своим пастухом, если тот наденет белый парик? Нет уж, увольте. У меня есть дела поважнее.

Он коснулся конверта с печатью Часовой Башни.

Лорд Эль-Меллой II, гениальный и вечно страдающий от мигрени декан факультета общей магии, лично связался с ним через посредников три дня назад. После того как Гарри показал свои нестандартные методы интеграции магии и огнестрела во время инцидентов в Европе, а также призвал Слугу вне рамок официальной Войны Грааля, им заинтересовались серьезные люди. Анимусфиры, Тосака, Бартмелои и сам Вейвер Вельвет сочли, что юный «Ученик Убийцы Магов» – идеальный кандидат для деликатной миссии на Дальнем Востоке.

В Японии, в городе Тенгу, происходили странные вещи.

Официально – «пространственные разломы» и стихийные бедствия, порождающие так называемые Пространственные Разломы и духов. Неофициально – искажения лей-линий такого масштаба, что даже Ассоциация Магов и Святая Церковь предпочли держать дистанцию, отправив вперед независимого оперативника для сбора данных.

– Тенгу-сити ждет своего нового жителя, – пробормотал Гарри, поднимаясь на ноги и пряча документы во внутренний карман пальто. – Пора сменить сырой английский смог на запах рамэна и бензина.

---

Две недели спустя. Япония, пригород города Тенгу.

Августовское солнце нещадно плавило асфальт. Цикады орали в кронах деревьев с таким исступлением, будто их лично пытали Круциатусом.

Гарри Поттер, одетый в простые черные джинсы, армейские ботинки и расстегнутую легкую гавайскую рубашку поверх белой майки (под которой, впрочем, все так же уютно сидели кобуры), медленно шел по обочине дороги. Во рту он лениво катал деревянную зубочистку, на плече висела спортивная сумка, а на голове красовались темные авиаторские очки.

– Жара – это отвратительно, – констатировал он вслух, почесывая затылок в лучших традициях ленивого самурая Сакаты Гинтоки. – Я думал, что сбежал от кошмаров, а попал в гигантскую микроволновку. Эй, Уши, у тебя нет какого-нибудь благородного фантазма, создающего кондиционированный воздух?

В воздухе рядом с ним на секунду проступило полупрозрачное, веселое лицо Слуги:

– Увы, милорд! Мое искусство предназначено для рассечения врагов и преодоления бурных волн Данноура, а не для охлаждения вашего ленивого величия! Но если пожелаете, я могу срубить то дерево, чтобы создать тень!

– Обойдемся без разрушения муниципального имущества, – вздохнул Гарри.

Его взгляд зацепился за стоявший на обочине темно-зеленый армейский внедорожник повышенной проходимости. Капот автомобиля был задран вверх, а из-под него валил густой, вонючий сизый дым.

Рядом с машиной, скрестив руки на груди и яростно пиная переднее колесо тяжелым ботинком, стояла женщина. На ней была форма Сухопутных сил самообороны Японии без знаков различия, плотные тактические брюки, подчеркивающие спортивную фигуру, и коротко остриженные темные волосы.

– Чертово корыто! – донеслось до слуха Гарри на чистом японском, сопровождаемое отборными армейскими ругательствами. – Я же говорила этим идиотам из техобслуживания, что прокладка блока цилиндров свистит! Нет, «капитан Кусакабэ, машина в идеальном состоянии»! Тьфу! Теперь я опоздаю на базу, и майор снова будет капать мне на мозги своими отчетами!

Гарри остановился. В его натуре, вобравшей в себя дотошность Эмии Широ к механизмам и вечное желание починить сломанный чайник, мгновенно вспыхнул профессиональный интерес.

Он лениво подошел ближе, оперся плечом о теплое крыло внедорожника и заглянул в дымящееся нутро моторного отсека.

– Перегрев радиатора, сорванный патрубок охлаждающей жидкости и заклинивший термостат, – небрежно бросил он по-японски, даже не вынимая зубочистки изо рта. – Если вы продолжите пинать покрышку, мисс военная, термостат волшебным образом не разблокируется. Скорее уж вы сломаете себе палец на ноге, несмотря на стальной подносок берца.

Женщина резко развернулась. Ее рука машинально легла на кобуру на бедре, а взгляд стал острым и оценивающим, как у бойца спецназа. Капитан Рёко Кусакабэ, командир отряда специального назначения AST (Anti-Spirit Team), привыкла оценивать угрозы за доли секунды.

Перед ней стоял парень лет шестнадцати-семнадцати. Высокий, поджарый, иностранец с взъерошенными черными волосами и пронзительными зелеными глазами за стеклами очков. В его позе сквозила вопиющая лень, но намётанный глаз Рёко мгновенно выхватил характерные детали: правильное распределение веса, мозоли на указательном и большом пальцах правой руки от постоянной стрельбы и глухой, тяжелый взгляд человека, который видел смерть слишком близко и слишком часто.

– А ты еще кто такой, пацан? – прищурилась она, не убирая руки с кобуры. – И откуда такие глубокие познания в армейских дизелях?

– Мимо проходил. Гарри, – он коротко кивнул. – И это не армейский дизель, это гражданская переделка со стандартным мотором «Исудзу», на который просто навесили бронелисты. Редкостное извращение инженерной мысли, если честно. Гаечный ключ на двенадцать и моток изоленты есть?

Рёко моргнула. Наглая манера общения этого сопляка должна была ее взбесить, но машина действительно была нужна ей прямо сейчас.

– В багажнике ящик с инструментами, – буркнула она, отступая на шаг и внимательно следя за каждым его движением.

Гарри молча сбросил сумку на траву, закатал рукава гавайки и полез в багажник. Достав тяжелый металлический ящик, он вернулся к мотору.

Магия для него давно перестала быть палочкомаханием. Для Гарри магия была инструментом – таким же, как отвертка или пуля. Прикоснувшись пальцами к раскаленному металлу, он мысленно прошептал: «Структурный анализ».

В его сознании мгновенно вспыхнула трехмерная схема двигателя: микротрещина в резиновом патрубке, заклинивший клапан, нагар на свечах.

Действуя быстро, уверенно и с грацией опытного хирурга, Гарри открутил зажим, перехватил лопнувший шланг, использовал кусок жесткой термостойкой ленты, усилил ее легким импульсом маны на молекулярное сцепление и с помощью отвертки вернул термостат в рабочее положение.

– Вода есть? – бросил он через плечо.

Рёко, которая наблюдала за его работой с постепенно отвисающей челюстью, молча протянула ему полуторалитровую бутылку минералки.

Гарри залил воду в расширительный бачок, туго затянул крышку, вытер масляные руки ветошью и захлопнул капот с глухим ударом.

– Заводите, капитан. До вашей базы дотянет, но в сервисе передайте механикам, чтобы сменили помпу. Иначе в следующий раз вы встанете посреди города прямо во время тревоги.

Рёко недоверчиво посмотрела на него, затем обошла машину, села за руль и повернула ключ в замке зажигания. Стартер провернулся всего один раз – и двигатель радостно, ровно заурчал, без единого постороннего стука или намека на белый дым.

Женщина заглушила мотор, вышла из кабины и уставилась на парня, который уже закинул сумку на плечо и собрался топать дальше по раскаленному асфальту.

– Эй! Стой! – окликнула она его.

– Чего еще? – Гарри обернулся, лениво приподняв бровь. – За ремонт я денег не беру, если вы об этом. Считайте это актом гуманитарной помощи страдающим вооруженным силам.

Рёко подошла вплотную. Теперь, когда адреналин спал, она присмотрелась к нему еще внимательнее.

Одежда была чистой, но на ней читались следы долгой дороги. Парень был один. Ни провожатых, ни документов на виду, только эта дурацкая спортивная сумка, которая подозрительно тяжело оттягивала плечо. А в глазах – та самая пустота одиночки, которую Рёко слишком часто видела у сирот или наемников в горячих точках.

– Ты откуда здесь взялся? – прямо спросила она. – Документы есть? Где твои родители? Где ты живешь?

Гарри вздохнул, закатив глаза к небу:

– Женщина, у вас профессиональная деформация. Я турист. Совершеннолетний по законам моей родины. Живу… пока что нигде, ищу приличное жилье, где не капает с потолка и подают холодное пиво. Родители… скажем так, они погибли в автокатастрофе моего разочарования в них. Так что я сам по себе. А теперь, если допрос окончен, я пойду. Мне еще нужно найти место для ночлега.

Он развернулся, но сделать шаг не успел.

Рёко Кусакабэ была не просто офицером – она была женщиной с обостренным материнским инстинктом, помноженным на армейскую привычку командовать всем, что движется.

В одно мгновение ее рука метнулась вперед, обошла ленивую попытку уклонения (Гарри просто не ожидал такого захвата от обычной женщины) и железной хваткой вцепилась… прямо в его левое ухо.

– Ай! Какого черта?! – взвыл Гарри, искренне офигев от происходящего. Ни Волан-де-Морт, ни Пожиратели смерти, ни даже грозная Балалайка никогда не атаковали его уши!

– «Сам по себе», говоришь? – с нехорошей, хищной улыбкой протянула капитан AST, уверенно ведя взрослого вооруженного киллера к пассажирской двери внедорожника. – Несовершеннолетний иностранец, шатающийся по пригороду Тенгу без присмотра, передвигающийся пешком в сорокаградусную жару и умеющий перебирать двигатели с закрытыми глазами? Ага, сейчас я тебя так и отпустила. Чтобы тебя подобрали местные якудза или размазало во время очередного Пространственного Разлома?

– Женщина, отпусти ухо, я опасный человек! Я обучен убивать двадцатью способами с помощью карандаша! – попытался воззвать к ее разуму Гарри, сгибаясь под неудобным углом, чтобы не оторвать собственную мочку.

В его голове раздался безжалостный, звенящий от хохота голос Ушивакамару:

– Пха-ха-ха! Мой господин! Грозный «Убийца Магов» повержен захватом за ухо смертной девы! Приказать ли мне рассечь ее на части?!

«Заткнись, Уши, только меча тут не хватало!» – мысленно рявкнул Гарри.

– В машину, я сказала! – скомандовала Рёко, распахивая пассажирскую дверь и буквально заталкивая протестующего парня внутрь. – У меня дома есть свободная комната. Приму душ, накормлю тебя нормальным ужином, а потом через свои армейские каналы оформлю над тобой временную опеку, пока не разберемся с твоим посольством и статусом! Понял меня?

Гарри плюхнулся на жесткое армейское сиденье, потирая пылающее красное ухо. Он посмотрел на эту ненормальную японку, которая захлопнула за ним дверь, деловито закинула его сумку на заднее сиденье и села за руль, сияя так, будто только что спасла бездомного котенка из канавы.

Он мог бы выхватить «Беретту» за доли секунды. Мог бы использовать легкое внушение или просто раствориться в тенях с помощью магии. Но…

В ее взгляде, пусть командном и жестком, не было лицемерия Дамблдора. Не было слепой гордыни Джеймса. Не было фальшивых слез Лили. Там была простая, искренняя, хоть и бесцеремонная забота. Та самая, которой он никогда в жизни не видел от взрослых.

Гарри откинулся на спинку сиденья, поправил авиаторы и тяжело, театрально вздохнул:

– Женщина… ты понятия не имеешь, во что вляпалась. Моя карма притягивает неприятности со скоростью света.

– Ничего, пацан, – весело усмехнулась Рёко, с ревом срывая внедорожник с места и выезжая на шоссе, ведущее в Тенгу-сити. – Я капитан спецназа. Неприятности – это моя основная специальность. Как, говоришь, тебя зовут? Гарри? Будешь помогать мне с готовкой и чинить эту развалюху по выходным.

– Готовить я умею лучше большинства шеф-поваров этого города, – проворчал Гарри, глядя в окно на приближающиеся футуристические небоскребы Тенгу.

Город, в котором рвалась ткань реальности. Город, где бродили Духи.

Гарри Поттер криво усмехнулся, нащупав под гавайской рубашкой холодную рукоять пистолета. Кажется, его новая жизнь обещала быть намного веселее, чем унылая британская сказка о мальчике со шрамом.