Винт

Тренировочная база ZGDX тонула в напряженном молчании, которое было почти осязаемым, как густой туман перед грозой. Нара сидела на диване в общей гостиной, скрестив руки на груди, и не сводила хмурого, колючего взгляда с Лу Юэ. Тот, развалившись в кресле напротив, с подчеркнутым безразличием листал ленту в телефоне. Его большой палец методично двигался по экрану, а лицо выражало такую степень скуки, что это само по себе было оскорблением.

Остальные члены команды старались даже не дышать громко. Кей и Пух обменивались испуганными взглядами, делая вид, что крайне увлечены поеданием чипсов, хотя те уже давно не лезли в горло. Лу Сичэн сидел чуть поодаль, прикрыв глаза, и, казалось, мысленно молился о том, чтобы этот вечер закончился без кровопролития.

Их отношениям исполнился всего месяц, но за этот короткий срок они успели расстаться и сойтись уже трижды. Нынешняя «молчанка» длилась вторые сутки. Все началось с того, что после товарищеского матча Нара имела неосторожность «слишком мило», по мнению Лу Юэ, побеседовать с Кунем из команды YQCB. Юэ тогда не сказал ни слова, просто развернулся и ушел, объявив негласный бойкот.

– Долго ты собираешься делать вид, что экран твоего телефона интереснее, чем реальность? – Голос Нары прозвучал резко, разрезая тишину, как скальпель.

Лу Юэ даже не поднял глаз, лишь уголок его губ едва заметно дернулся.

– Реальность сейчас слишком шумная и необоснованно агрессивная, – отозвался он ленивым тоном. – В телефоне хотя бы есть кнопка «без звука». Жаль, что на людей ее не устанавливают.

Нара вспыхнула. Она резко подалась вперед, едва не сбросив подушку с дивана.

– О, так теперь я «шумная»? А когда ты вчера полчаса стоял у входа на стадион и раздавал автографы тем девицам в коротких юбках, ты, кажется, не очень стремился к тишине. Улыбался так, что зубы сводило.

Лу Юэ наконец отложил телефон и посмотрел на нее. В его глазах вспыхнул опасный огонек.

– Это фанатки, Нара. Моя работа – быть вежливым. В отличие от тебя, которая ворковала с Кунем так, будто вы выбираете цвет штор для вашей будущей квартиры.

– Мы обсуждали стратегию игры на миду! – выкрикнула она, вскакивая на ноги.

– Стратегию? – Лу Юэ тоже встал, сокращая расстояние между ними. – С каких пор стратегия обсуждается с таким выражением лица, будто тебе только что подарили корзину щенков?

Команда синхронно втянула головы в плечи. Чен открыл глаза и тяжело вздохнул.

– Слушайте, может, вы разойдетесь по комнатам? – предпринял попытку вмешаться капитан. – У нас завтра важный разбор полетов.

– Не лезь, Чен! – хором рявкнули влюбленные, даже не повернув головы в его сторону.

Нара сделала шаг к Лу Юэ, ткнув пальцем в его грудь.

– Ты не имеешь никакого права качать права и ревновать меня к коллегам, когда сам ведешь себя как свободный холостяк на выданье. У нас вроде как тайные отношения, но это не значит, что ты можешь вытирать об меня ноги своим игнором.

– Я игнорирую тебя, потому что ты ведешь себя нелогично, – холодно отрезал Юэ. – Ты постоянно ищешь повод для ссоры.

– Я ищу повод? – Нара горько усмехнулась. – Давай поговорим о твоем опыте, Юэ. Ты ведь у нас мастер общения с девушками, верно? У тебя их было столько, что ты, наверное, уже и имен не помнишь. Расскажи мне, как они терпели твой невыносимый характер? Или ты с ними был другим? Более «покладистым»?

Лу Юэ замолчал. Его лицо на мгновение окаменело, а потом он отвел взгляд. Это была запретная территория. Он не любил обсуждать свое прошлое, особенно в таком ключе.

Нара, почувствовав, что нащупала слабое место, не собиралась отступать. Она перевела взгляд на Чена, который уже собирался потихоньку ретироваться.

– Чен, постой! – окликнула она его. – Ты же его брат. Ты точно должен знать. Сколько их было? Десять? Двадцать? Кто была та блондинка, о которой писали в пабликах полгода назад?

Чен замер на месте, выглядя так, будто его поймали на краже печенья. Он перевел взгляд с разъяренной Нары на помрачневшего брата.

– Нара, я... я не думаю, что это удачное время для генеалогического древа бывших Юэ, – пробормотал он, пятясь к лестнице.

– Нет, мне интересно! – Нара продолжала наступать. – Раз он так остро реагирует на мой простой разговор с Кунем, значит, у него самого рыльце в пушку. Расскажи мне о его «страстях». Он всегда такой собственник или это только мне так повезло?

Чен, поняв, что сейчас станет жертвой перекрестного огня, поднял руки вверх.

– Я пас. Разбирайтесь сами со своими скелетами в шкафу. Я умываю руки.

Он практически взлетел по лестнице, скрывшись в коридоре второго этажа. Остальные игроки, воспользовавшись моментом, тоже поспешно рассосались по углам, оставив Нару и Лу Юэ в звенящей пустоте гостиной.

– Довольна? – тихо спросил Лу Юэ. В его голосе больше не было издевки, только усталость.

– Нет, не довольна, – Нара почувствовала, как к горлу подкатывает комок, но упрямо вздернула подбородок. – Я хочу знать, почему ты считаешь, что тебе можно все, а мне нельзя даже дышать в сторону других парней.

– Потому что я боюсь, Нара! – вдруг выкрикнул он, и этот крик эхом отразился от стен. – Я боюсь, что кто-то вроде Куня, который спокойнее, рассудительнее и, возможно, лучше меня в игре, однажды покажется тебе более подходящим вариантом.

Нара замерла. Она ожидала очередной колкости, новой порции сарказма, но никак не признания в слабости.

– Ты... ты серьезно? – Ее голос дрогнул.

Лу Юэ сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в руках.

– Ты думаешь, мне нравится этот бойкот? Я ненавижу не разговаривать с тобой. Но каждый раз, когда я вижу, как ты улыбаешься другому, я чувствую себя так, будто проигрываю финал чемпионата мира. И да, у меня были девушки. Но ни одна из них не заставляла меня так сильно злиться... и так сильно бояться потери.

Нара смотрела на него, и ее гнев медленно таял, сменяясь странным чувством нежности и вины. Она сделала шаг вперед, уже не для атаки, а чтобы сократить расстояние.

– Ты идиот, Лу Юэ, – прошептала она, подходя вплотную. – Кунь для меня — просто отличный мидер, у которого можно поучиться паре фишек. А ты... ты тот, из-за кого я не сплю по ночам, прокручивая в голове наши дурацкие споры.

Юэ посмотрел на нее сверху вниз, в его глазах все еще читалось недоверие.

– Значит, шторы с ним выбирать не будешь?

Нара не выдержала и слабо улыбнулась.

– Только если ты поможешь мне выбрать их для нашей базы. И то, если Чен не выселит нас обоих за этот концерт.

Лу Юэ фыркнул, и напряжение, висевшее в воздухе последний час, наконец лопнуло. Он протянул руку и притянул ее к себе, утыкаясь носом в ее макушку.

– Я все еще злюсь на тебя за то, что ты втянула Чена в это, – проворчал он, хотя его объятия говорили об обратном. – Он теперь будет подкалывать меня до конца сезона.

– Это малая цена за твое молчание, – Нара обняла его за талию, чувствуя, как бешено колотится его сердце. – И кстати, про ту блондинку... ты мне все-таки расскажешь?

Лу Юэ застонал, закрывая глаза.

– Нара, клянусь, если ты еще раз об этом спросишь, я объявлю четвертый бойкот.

– Попробуй только, – она подняла голову и посмотрела на него с вызовом. – Я тогда пойду обсуждать «стратегию» с капитаном YQCB в прямом эфире.

Лу Юэ прищурился, а затем резко наклонился и поцеловал ее, прерывая любые дальнейшие угрозы. Это был поцелуй, в котором смешались остатки обиды, страсть и молчаливое обещание постараться быть чуть менее невыносимыми.

На втором этаже, прислонившись к перилам, Чен наблюдал за этой сценой. Он покачал головой и тихо вздохнул.

– Сумасшедшие, – прошептал он сам себе. – Но, по крайней мере, завтра на тренировке будет тихо.

Он развернулся и ушел к себе, зная, что мир в ZGDX восстановлен. До следующей ссоры, которая, зная характер этих двоих, наверняка не заставит себя долго ждать.

А внизу, в полумраке гостиной, Нара и Лу Юэ все еще стояли в обнимку. Тишина больше не была давящей. Она стала уютной, как старый свитер, и оба они знали, что, несмотря на все колкости и ревность, они ни за что не променяют этот хаос на спокойствие с кем-то другим.

– Я все равно лучше играю на миду, чем Кунь, – невнятно пробормотал Лу Юэ ей в волосы.

Нара тихо рассмеялась, прижимаясь к нему сильнее.

– Конечно, Юэ. Конечно. Но автографы фанаткам теперь буду проверять я. Лично.

– Договорились, – выдохнул он, и на его лице впервые за день появилась настоящая, не показушная улыбка.