На задворках другой вселенной

Быть координатором самой шумной и неугомонной гильдии всегда было ее персональной пыткой. Потому что «план» и «Хвост феи» — это обычно прямо противоположные по смыслу определения.

План подразумевал структуру, холодный расчет, тайминг с точностью до десятой доли секунды и хотя бы минимальное уважение к чужой частной собственности. «Хвост феи» подразумевал летящий в витрину мэрии горящий стол, победный рев Нацу, ледяные копья Грея, разлетающиеся во все стороны без разбора, и Эрзу, с каменным лицом рассекающую пополам холм просто потому, что за ним мелькнул грабитель.

Но что самое удивительное... Аурелия уже привыкла. За восемь то с лишним лет.

Она научилась выстраивать вероятностные векторы прямо поверх хаоса. Вплетать свои ментальные нити связи в головы этих безумцев, перенаправлять их разрушительную дурь в нужное русло и делать вид, что всё именно так и задумывалось. Она вытащила их из Шепчущего лабиринта, помогла стереть в порошок «Орасион Сейс», на чистом упрямстве и юридических лазейках выбила отсрочку казни для Джерара и только-только вздохнула с облегчением, глядя, как маленькая Венди Марвелл нерешительно пробует ягодный пирог за барной стойкой гильдии.

Аурелия мечтала лишь об одном: выпить тройной эспрессо, запереться в своей комнате над библиотекой и проспать двое суток. Без пространственных разрывов. Без воплей о дружбе. Без разрушенных кварталов.

Но сегодняшний день подкинул ей самую настоящую головную боль.

Казалось бы, рядовой запрос от Совета. Прийти, посмотреть закрытые архивы по пространственным нестабильностям, скоординировать совместный маршрут Рунных Рыцарей и уйти домой. В родной и шумный дурдом.

Но чиновник, отправивший запрос, оказался редкостной сволочью, явно купленной остатками темных гильдий. Или «Сердцем Гримуара», или кем-то похуже.

Ловушка в ограниченном пространстве. Заблокированные двери из противомагической стали. Детонация модифицированной лакримы распада, которая должна была стереть ее в порошок вместе со всем крылом архива. По стандарту. Для любого мага это означало бы мгновенную смерть.

Но Лия была из «Хвоста феи», а у них по стандарту редко что-то шло.

В долю секунды, когда лакрима вспыхнула ядовито-фиолетовым пламенем, ее истощенный магический резерв взвыл от напряжения. Аурелия не пыталась блокировать взрыв. Она сделала то, что умела лучше всего: нашла микроскопическую трещину в пространстве, расщепила ее собственной портальной магией и шагнула внутрь, на ходу перекраивая мерность.

Это был прыжок вслепую. Слишком глубокий. Слишком далекий. Пространство взбесилось, разорвало вектор перемещения, и вместо безопасной поляны за пределами Эры ее швырнуло сквозь слои реальности.

И так она оказалась на этой громадной железной посудине.

Посреди... Черной бездны с триллионами чужих, незнакомых звезд за циклопическим панорамным стеклом.

Никакого шума Магнолии. Ни запаха цветущих вишен, ни привкуса пыли от очередной драки. Только холодный, стерильный воздух, пахнущий озоном, нагретым металлом и полимерами, тихий низкочастотный гул генераторов под ногами и абсолютная, звенящая пустота за бронированным стеклом смотровой палубы.

– Не Эдолас, – вздохнула Лия, смотря спокойным взглядом за стекло. – И лучше бы я туда вернулась. С тамошней Лией можно было бы хотя бы поныть о несправедливости жизни. А так... Мда.

– Удивительно спокойно для существа, оказавшегося на чужой территории.

Спокойный мужской голос. Но будто ненастоящий — пропущенный через синтезатор, с металлическим, вибрирующим тембром, скрывающим любые живые интонации. Неторопливые, уверенные шаги тяжелых сапог по стальным плитам пола. И рядом — чуть более частые, нервные.

Лия даже не вздрогнула. Она лишь медленно, с лицом вселенской, неизбывной скуки повернулась к двум незнакомцам.

Ее изумрудные глаза сработали быстрее разума, мгновенно считывая окружение. Привычка аналитика: оценить угрозу за первые три секунды.

Первый — высокий, широкоплечий, со светло-русыми волосами, торчащими в легком беспорядке. На лице — глухая красно-серебряная маска, закрывающая верхнюю половину головы, скрывающая глаза за темными визорами. Длинный багровый плащ, высокотехнологичная броня, странный механический браслет на левой руке. Осанка хищника, привыкшего отдавать приказы, которые не обсуждаются.

Второй — моложе, с короткими темными волосами, в похожей милитаристской униформе с синими элементами. Стоит на полшага позади первого, в напряженной боевой стойке, готовый атаковать по первому знаку. Телохранитель. Или фанатично преданный адъютант.

Но взгляд Аурелии зацепился не за оружие. А за два небольших металлических шара, неподвижно лежавших на плечевых щитках обоих мужчин. От шаров исходило странное излучение — не чистая магия, не эфирные частицы, а концентрированная, сжатая до предела биоэнергия колоссальной плотности.

Лия тяжело вздохнула, тихо звякнула серебряная цепочка на ее темно-графитовой юбке, и девушка совершенно неторопливо положила руки в карманы:

– А чего паниковать-то? После Нацу меня уже никто и ничто удивить не может уже как шесть лет. Да и знаете... Оказаться в отрезанном от моей реальности мире мне уже не в первой. Моя жизнь любит неожиданные повороты судьбы. На удивление... Времени не находится. Да и лень...

– Наглая девчонка! – мгновенно вызверился брюнет, сделав резкий шаг вперед. На его руке блеснуло странное устройство, развернувшись в подобие дуговой перчатки. – Ты находишься на борту дредноута господина Спектры! Одно движение — и от тебя мокрого места не останется! Отвечай, кто ты: шпионка Сопротивления или жалкая крыса короля Зеногелда?!

– Гас. Успокойся, – произнес масочник.

Голос синтезатора звучал ровно, но в нем прорезался неподдельный интерес. Мужчина в маске слегка склонил голову набок, рассматривая незваную гостью.

Картина перед ним была действительно абсурдной. Посреди флагмана мятежных Вексов, посреди космического сектора Новой Вестрои, в закрытом отсеке стояла хрупкая девчонка ростом метр шестьдесят. Белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, небрежно свисающий галстук, короткая юбка, ремень с клинком на бедре и металлический браслет на тонком запястье. Ни скафандра, ни портативного дыхательного аппарата. Никаких следов телепортационных капсул Вексов.

Она возникла прямо из воздуха. Датчики корабля зафиксировали гравитационную флуктуацию и энергетический скачок неизвестной природы ровно за полторы секунды до того, как ее тело материализовалось в коридоре.

– Твой пульс составляет шестьдесят четыре удара в минуту, – ровно констатировал Спектра, сделав еще шаг вперед. – Твои зрачки не расширены. Ты не демонстрируешь признаков страха перед превосходящей силой. Ты либо глупа, либо обладаешь ресурсами, о которых я пока не знаю.

– Ставлю на второе, хотя насчет первого мои согильдийцы поспорили бы, – хмыкнула Лия, слегка склонив голову. Золотистая прядь с каштановым отливом скользнула по ее щеке, коснувшись маленькой родинки под правым глазом. – И вообще, если вы собираетесь меня расстреливать, давайте быстрее. Или предложите кофе. Крепкий, без сахара. Потому что пространственный скачок через пару вселенных без нормального якоря выматывает почище трехдневных разборок с темной гильдией.

В этот момент металлический шар на правом плече Спектры дернулся.

Сегменты сферы с сухим механическим щелчком разошлись в стороны. В воздух поднялась миниатюрная фигурка механизированного дракона с горящими алыми глазами.

– Спектра, это существо... Оно не пахнет ни Весталом, ни Землей, – пророкотал шар низким, на удивление мощным и живым голосом. – Но внутри нее горит сила. Не похожая на энергию стихий, но плотная. Она не врет. Она опасна.

– Ого, – Лия даже брови приподняла, проявив крошечную долю искреннего интереса. – Говорящий карманный дракон с кибернетическими имплантами. Ну, после синего летающего кота, требующего рыбу посреди осады крепости, меня сложно пронять, но за дизайн ставлю твердую четверку с плюсом. Эстетично.

– Дерзкая букашка! – взревел миниатюрный дракон, и вокруг него вспыхнули крошечные язычки багрового пламени. – Я — Гелиос! Сильнейший бакуган во Вселенной! Я испепелю тебя за секунду!

– Гелиос, отставить, – коротко бросил Спектра, даже не повернув головы к партнеру. Дракон глухо зарычал, но подчинился, сложив механические крылья.

Спектра подошел ближе. Настолько близко, что Лия могла разглядеть собственное отражение в зеркальной поверхности его красной маски. Рост лидера мятежников внушал уважение, но девушка даже подбородка не вскинула, продолжая смотреть на него сквозь полуопущенные ресницы с легкой полуулыбкой. Единственное, что ее слегка раздражало — это необходимость смотреть снизу вверх. Рост всегда был ее больной темой.

– Ты утверждаешь, что прибыла из другого измерения, – произнес Спектра. – Не через пространственные ворота профессора Клея. Не с помощью технологий Вексов. Магия? Архаичная концепция, отвергнутая наукой Вестала столетия назад.

– Ваша так называемая «наука», судя по всему, застряла на грубой переработке физической материи и локальных силовых полей, – лениво парировала Лия, вытащив одну руку из кармана и указав тонким пальцем на терминал в стене, где мигали голографические диаграммы корабля. – Я смотрю на твою энергосеть уже минуты две. У вас нестабилен третий контур субпространственного накопителя. Вы маскируете корабль, искривляя световые волны и рассеивая тепловое излучение, но гравитационный след позади кормовых дюз оставляет такую воронку, что любой толковый следопыт с базовым оборудованием вычислит вашу траекторию за тридцать секунд.

Гас задохнулся от возмущения:

– Да как ты смеешь указывать на...

– Замолчи, Гас, – резко оборвал его Спектра.

Под маской блеснули глаза. Векс шагнул к консоли, активировал сенсорную панель движением пальцев в перчатке и вывел диагностику кормовых генераторов.

Там, на голографической проекции, горела крошечная желтая точка — флуктуация гравитационного шлейфа, которую автоматика списывала на погрешность калибровки двигателей после прыжка.

– Откуда? – голос Спектры потерял часть синтетической холодности. В нем зазвучал расчетливый металл истинного ученого и стратега. – Ты не прикасалась к терминалу. Ты не использовала сканеры.

– Пространство говорит со мной, если уметь слушать, – пожала плечами Аурелия, снова пряча руку в карман. – Я координатор. Моя работа — видеть систему целиком. Каждую связь, каждую трещину, каждый вектор движения. Будь то сотня магов, разносящих город, или трехкилометровый кусок железа, висящий в вакууме.

Она бросила взгляд в иллюминатор, на далекие чужие туманности.

– Так что мы имеем? Меня зовут Аурелия Бризз. Для своих — Лия. Я маг гильдии «Хвост феи». По вине одного идиота из Совета магов и перегруженной лакримы меня выбросило за пределы родного мира. Мой магический резерв сейчас на донышке, мне чертовски хочется спать и еще сильнее хочется кофе. А вы двое, судя по всему, беглецы. Сидите на боевом корабле в режиме радиомолчания, прячетесь от кого-то, кого называете «Зеногелдом», и используете этих шарообразных существ как оружие.

– Не просто оружие! – подал голос второй шар на плече Гаса, приоткрывшись и сверкнув массивными каменными накладками. – Мы — воины!

– Да-да, воины, великие и ужасные, я поняла, – зевнула Лия, прикрыв рот ладонью с металлическим браслетом. Браслет тихо щелкнул. – Вопрос в другом. Господин в маске. Ты ведь не собираешься меня убивать. Твой мозг прямо сейчас лихорадочно пересчитывает варианты, как использовать мои знания пространственной механики для модернизации твоего дракона или этой посудины. Я права?

Спектра медленно рассмеялся. Это был низкий, искренний смех человека, который только что нашел редчайший драгоценный камень прямо у себя под ногами.

– Удивительно, – произнес он, деактивируя боевой режим наручного гантлета. – Поразительная проницательность. Ты права, Аурелия. Убийство столь ценного источника информации было бы непростительной расточительностью. Я — Спектра Фантом. Это мой помощник, Гас Грав. И этот корабль действительно находится в состоянии войны против всей военной машины Вестала.

– Какая прелесть, – пробормотала Лия с сарказмом. – Я сбежала от войны светлых гильдий против Альянса Балама, чтобы вляпаться в межпланетный конфликт пришельцев. Моя карма определенно сломалась где-то на третьем году службы в гильдии.

– Если ты поможешь мне решить проблему с оптимизацией систем Гелиоса и пространственным сканированием, – продолжил Спектра, сделав шаг ближе, – я предоставлю тебе ресурсы дредноута. Наш бортовой синтезатор создаст для тебя любой стимулятор... включая твой «кофе». А когда придет время — я помогу тебе найти дорогу обратно в твой мир. Сила бакуганов безгранична, нужно лишь правильно направить ее.

– Заманчиво, – прищурилась Лия. В ее изумрудных глазах блеснул холодный аналитический огонек. – Но у меня есть три правила. Первое: никто не трогает и не комментирует мой рост. Второе: кофе должен быть черным как бездна и без сахара. Третье: если ты попытаешься использовать меня втемную или превратить в подопытного кролика — я выверну гравитационный двигатель твоего корабля наизнанку изнутри. Поверь, для мага пространства это не так сложно, как кажется.

– Договорились, – коротко ответил Спектра.

Но не успел он закончить фразу, как палуба дредноута содрогнулась от глухого, мощного удара.

Стены смотровой палубы мгновенно окрасились в тревожный багровый цвет. Завыла сирена — резкая, прерывистая, бьющая по барабанным перепонкам. Над консолями вспыхнули десятки красных голографических окон с иероглифами Вестала.

– Господин Спектра! – воскликнул Гас, метнувшись к главному терминалу управления. – Прямо по курсу! Из гиперпространства вышли четыре тяжелых крейсера Вексов! Нас перехватили!

– Невозможно, – прорычал Гелиос, полностью раскрываясь на плече хозяина. – Наши генераторы невидимости работали на полную мощность!

Лия поморщилась, прижав пальцы к вискам.

– Я же говорила про гравитационный след. Любой дурак с базовым локатором... Боги, почему военные во всех мирах одинаково самоуверенны?

Спектра не терял самообладания ни секунды. Его движения были быстрыми и выверенными.

– Крейсеры класса «Катастрофа». Флагман шедоу-дивизиона. Король Зеногелд отправил карательный флот сразу, как только пали контроллеры измерений. Они глушат наши прыжковые двигатели пространственным якорем.

– Защитные экраны на семидесяти процентах! – доложил Гас, его пальцы летали по сенсорам. – Враг выпускает рой механических бакуганов! Около сотни дронов серии «Кибер-Вулкан» и «Альфа-Гидраноид»! Нам не выстоять против такой огневой мощи в открытом космосе, орудия корабля перегреются через три минуты!

– Придется принять бой, – холодно произнес Спектра, вскидывая левую руку. Гантлет развернулся, щелкнули слоты для карт способностей. – Гелиос, покажем этим марионеткам истинную силу тьмы!

– Стой, железяка, – раздался спокойный голос.

Лия сделала два шага вперед, мягко отстраняя Спектру плечом. Для человека ее роста этот жест выглядел почти комично, но в ауре девушки произошел резкий, пугающий сдвиг.

Леность и сонливость испарились без следа.

Ее осанка выпрямилась. Взгляд изумрудных глаз стал колючим, острым, как лезвия скальпеля. Родинка под глазом едва заметно налилась темно-лазурным сиянием — микроскопический выброс магии, от которого воздух вокруг нее на долю секунды заколебался, словно от жара.

Она взглянула на тактический голографический дисплей. Вражеский строй. Четыре тяжелых клиновидных корабля в плотной связке. Вокруг них — рой светящихся красных точек, разворачивающихся в боевые порядки.

– Классическое построение «клещи», – пробормотала Лия, и ее голос звучал так, будто она читала лекцию в аудитории. – Плотный огонь по центру, подавление маневра с флангов. Командир их флота — бездарь, привыкший давить массой. У него дыра в правом секторе, потому что третий крейсер отстает на четыре градуса из-за перегрузки собственных щитов.

– О чем ты говоришь? – резко спросил Спектра. – Их дроны сметут нас до того, как мы пробьем строй!

– Они вас сметут, если вы будете драться как тупые наемники, – отрезала Аурелия. – Закрой рот и слушай меня, если хочешь выжить. У меня в гильдии есть огненный придурок, который крушит всё на своем пути, и ледяной эксгибиционист, который вечно лезет на рожон. Если я могу координировать их и не позволять им подохнуть, то с одним кибер-драконом и крейсером я разберусь играючи.

Она резко вскинула правую руку. Металлический браслет на запястье с тихим звоном раскрылся, высвобождая тончайшие нити изумрудного света.

Магия связи: Нейронная сеть.

Спектра дернулся, когда в его виски словно вонзились тонкие холодные иглы, но боли не было. Было нечто другое — ошеломляющее, пугающее расширение восприятия.

В его сознание хлынул поток чистых данных. Но не сухих цифр бортового компьютера, а живого, трехмерного пространства. Он увидел бой целиком. Он почувствовал геометрию каждого снаряда, каждую слепую зону вражеских орудий, время перезарядки турболазеров чужих крейсеров с точностью до миллисекунды.

– Что это за колдовство?.. – выдохнул Гас, упав на одно колено и схватившись за голову: его сознание тоже подключилось к общей сети.

– Связь установлена, – холодно произнесла Лия. Ее глаза сияли чистым изумрудом, волосы слегка колыхались от бесшумных потоков эфира. – Гас, переведи всю вспомогательную энергию на маневровые двигатели левого борта. Не спорь, просто сделай! Крен тридцать градусов вниз, дифферент на нос через три, две, одну... Сейчас!

Гас, повинуясь какому-то неосознанному импульсу, вдавил сенсорную панель.

Огромный дредноут Спектры тяжело накренился и скользнул вниз, уходя с траектории главного калибра ведущего крейсера Вексов. Залп чудовищной мощности вспорол вакуум прямо над их верхней надстройкой, лишь ослепив датчики, но не коснувшись щитов.

– Спектра! – скомандовала Лия. – Выпускай дракона! Не в лоб! Сектор девять-четыре, дистанция триста!

– Карту ворот на поле! – рявкнул Спектра, поддавшись железному ритму ее голоса. Его гантлет выстрелил светящейся картой, которая раскрылась в пространстве колоссальной геометрической сеткой. – Бакуган, в бой! Пайрус Квазар Гелиос!

Механический дракон сорвался с плеча, вылетая через шлюзовую диафрагму прямо в открытый космос. Вспышка красного света — и перед дредноутом возник колоссальный черный ящер с титановыми крыльями, чье тело пульсировало магматическим огнем.

– Он попадет под перекрестный огонь! – крикнул Гас.

– Не попадет, – спокойно ответила Лия, ее пальцы чертили в воздухе замысловатые руны, направляя потоки данных прямо в мозг Гелиоса через маску Спектры. – Гелиос, форсаж на триста метров вверх, затем бочка влево. У второго крейсера слепая зона между эмиттерами щита ровно шесть метров. Спектра, активируй способность рассеивающего огня!

Спектра выхватил карту из слота, его движения обрели хирургическую точность, продиктованную командным голосом в голове:

– Способность активировать: «Взрыв Квазара»!

Огромный дракон в пустоте космоса двигался с грацией, которая казалась невозможной для существа таких габаритов. Следуя ментальным векторам Аурелии, он юркнул под град плазменных разрядов вражеских дронов, прочертил в пространстве немыслимую спираль и вынырнул прямо у борта флагманского корабля карателей.

Пасть Гелиоса распахнулась, изрыгая ослепительный столб багрового пламени.

Энергия ударила ровно в стык щитовых генераторов — туда, куда указала Лия. Защитное поле вражеского крейсера мигнуло, пошло рябью и с грохотом, неслышным в вакууме, но видимым по яростным всполохам взрывов, лопнуло. Огонь Гелиоса распорол броневые листы чужого корабля, превращая орудийные башни в оплавленный шлак.

– Дроны разворачиваются! – доложил Спектра, его дыхание под маской участилось от азарта. Ментальная связь с этой девушкой была невероятной — он реагировал на изменения обстановки быстрее, чем вражеские бортовые компьютеры отдавали приказы автоматам.

– Они идут по стандартному протоколу схождения, – Лия даже не моргнула. – Собаки, сбивающиеся в стаю. Спектра, разверни Карту Ворот. Пусть они войдут в радиус.

– Карта Ворот, открыть: «Огненный Вихрь»!

Сетка под ногами Гелиоса вспыхнула. Рой механических дронов, пытавшихся окружить дракона, оказался заперт в гравитационной ловушке. Их сенсоры ослепли от колоссального скачка температуры.

– А теперь... – Лия сделала легкий пасс рукой, сжимая кулак. Тонкая трещина в пространстве, созданная ее собственной портальной магией, на долю секунды соединила энергосеть дредноута с эпицентром ловушки. – Добей их.

– Способность: «Пушка Смерти Нова»! – взревел Спектра.

На груди Гелиоса раздвинулись тяжелые бронепластины, обнажая колоссальный ствол термоядерного орудия. Ослепительный луч белого света разорвал темноту космоса. Вспышка поглотила весь рой дронов целиком, а ударная волна швырнула уцелевшие крейсеры Вексов в стороны, словно картонные коробки.

Один вражеский корабль потерял двигатели и беспомощно закувыркался в пустоте. Два других, осознав чудовищную несоразмерность потерь, спешно развернули носы и активировали экстренный прыжок, растворяясь в мерцающих вспышках подпространства.

Бой, который должен был стать для беглого дредноута гибельным, завершился ровно за три минуты и сорок две секунды.

На смотровой палубе воцарилась мертвая тишина.

Сирены умолкли. Багровый свет аварийного освещения сменился мягким белым свечением.

Гелиос трансформировался обратно в сферу и с сухим щелчком влетел обратно в шлюз, приземлившись на плечо Спектры. Его механические сегменты слегка дымились, от него исходил жар, но в движениях сквозило чистое, незамутненное торжество.

– Невероятно... – прошептал Гас, глядя на экран тактического радара, где больше не было ни одной вражеской метки. – Ни одного прямого попадания по нашему корпусу. Уничтожено сорок восемь дронов, выведен из строя флагман дивизиона... Мы сделали это вдвоем?

– Втроем, – глухо поправил его Спектра.

Он медленно повернулся к девушке.

Нейронная связь оборвалась. Изумрудные нити растаяли в воздухе.

Лия стояла всё на том же месте, но ее плечи слегка опустились. Лицо было бледным, под глазами залегли тени — физическое истощение после применения высшей магии в Шепчущем лабиринте и на Нирване давало о себе знать. Перегрузка пространственного ядра не проходила бесследно. Родинка под глазом перестала светиться, но Лия слегка прижала ладонь к груди, сдерживая сухой кашель.

– Ну вот, – пробормотала она тихо, переводя дух. – А вы паниковали. Базовая тактика подавления рассредоточенных целей. Ничего сложного, если уметь считать углы атаки.

Она покачнулась на высоких каблуках своих сапог.

Спектра среагировал мгновенно — шагнул вперед и перехватил ее за предплечье, не позволяя упасть. Его рука в тяжелой перчатке держала на удивление бережно.

– Ты истощена, – произнес он. На этот раз механический голос синтезатора не мог полностью скрыть смесь восхищения и глубокого уважения. – Ты использовала ресурсы своего тела, чтобы синхронизировать наши разумы и рассчитать бой быстрее квантового процессора.

– Я координатор «Хвоста феи», жестянка, – слабо усмехнулась Лия, высвобождая руку и опираясь спиной на стальной поручень смотровой площадки. – Мы там все немного чокнутые. Это профессиональное.

– Гелиос, – обратился Спектра к дракону на плече.

– Я признаю ее, – пророкотал бакуган, его алые окуляры с уважением мигнули в сторону девушки. – Ее расчеты были безупречны. С ней я чувствовал каждое движение врага до того, как они нажимали на спусковые крючки. Она — истинный стратег.

Спектра повернулся к Гасу:

– Проводи Аурелию в каюту первого офицера. Приготовь для нее медицинский сканер и... то, что она просила. Черный стимулятор. Высшей категории очистки.

– Слушаюсь, господин Спектра, – Гас низко поклонился, бросив на девушку взгляд, в котором от прежней спеси и враждебности не осталось и следа. Теперь там читался благоговейный страх.

Лия медленно выдохнула, отлепилась от поручня и поправила темно-изумрудный галстук.

– Ну вот, теперь можно и поговорить, – сказала она, неторопливо направляясь к выходу с мостика вслед за Гасом. – За чашкой кофе. У меня есть пара идей, как перенастроить охлаждение твоего Квазара, Спектра. Твой дракон тратит слишком много энергии на рассеивание тепла через крылья, это снижает плотность выстрела на двенадцать процентов. Исправим — и в следующий раз крейсеры разлетятся на атомы с одного залпа.

Спектра замер, глядя ей в спину.

Его пальцы непроизвольно сжались в кулак. Гений механики. Гений стратегии. Существо из другого мира, способное подчинять хаос пространства голой силой воли и математическим расчетом.

– Кто же ты такая на самом деле, Аурелия Бризз? – тихо произнес он, когда двери шлюза закрылись за гостьей из Эртеланда.

– Не знаю, Спектра, – ответил Гелиос, сворачиваясь в сферу на его плече. – Но с ней... Король Зеногелд и его механические игрушки обречены.

А за бронированным стеклом дредноута, среди бескрайней тьмы чужой галактики, медленно плыли обломки крейсера Вексов. Где-то далеко, за триллионами световых лет и барьерами неисчислимых измерений, шумная гильдия «Хвост феи» наверняка уже разносила половину города в поисках своего пропавшего координатора.

Но Лия пока об этом не думала.

Она шла по коридору железного звездолета, лениво перебирая пальцами серебряную цепочку на поясе, и думала лишь о том, удастся ли местному синтезатору сварить кофе хотя бы вполовину такой же крепкий, как у Миры в гильдейском баре.

В конце концов