Координатор в другом мире

Быть координатором самой шумной и неугомонной гильдии на континенте всегда было ее персональной пыткой.

Потому что слова «план» и «Хвост Феи» являлись диаметрально противоположными по самой своей сути. В словарях королевства Фиор рядом с определением термина «тактика» следовало приписывать: «Неприменимо, если в радиусе пяти миль находится Нацу Драгнил».

Но что самое удивительное... Аурелия уже привыкла.

За восемь с лишним лет в этом дурдоме она довела искусство предвидения чужого идиотизма до ранга абсолютного мастерства. Если Нацу собирался чихнуть и сжечь ратушу, Лия уже держала наготове три варианта отхода и расчет розы ветров. Если Грей решал скинуть штаны прямо на приеме у мэра, у нее был припасен оптический барьер. Когда Эрза заносила свой меч для удара, способного расколоть холм, Аурелия успевала перенаправить вектор отдачи в пустошь.

После нейтрализации «Нирваны» и разгрома «Орасион Сейс» жизнь гильдии наконец вернулась в привычное, хаотично-теплое русло. Малышка Венди постепенно оттаивала, окруженная заботой, Джерар избежал эшафота исключительно благодаря кипе дипломатических бумаг, которые Лия лично сбросила на стол верховного судьи, а сама девушка рассчитывала провести ближайшие пару недель на диване в углу гильдейского зала, медленно потягивая обжигающий черный кофе без сахара.

Но сегодняшний день подкинул ей самую настоящую головную боль.

Казалось бы, рядовой официальный запрос от Совета магов. Прийти на нейтральную территорию в архивный бункер под Октавией, проверить расчеты защитных контуров, составить координационную сетку для рунных рыцарей и спокойно уйти домой. Настоящая рутина. Скучная, сухая, безопасная.

Человек, отправивший запрос, оказался редкостной, расчетливой сволочью.

Лия поняла это ровно в тот момент, когда тяжелые адамантитовые двери подземного зала с глухим лязгом запечатались, а рунные формулы на стенах вспыхнули ядовито-фиолетовым светом изолирующего барьера. Консервативная фракция Совета, напуганная тем, как легко «Хвост Феи» разобрался с древней магией самоуничтожения, решила избавиться от главного мозга гильдии. Без лишнего шума. Списав все на «несчастный случай при исследовании древних реликвий».

Ловушка в замкнутом пространстве. В центре комнаты трещала нестабильная лакрима судного дня — концентрированный сгусток энтропии, радиус поражения которого должен был стереть ее в пыль за доли секунды. По стандарту у мага не оставалось шансов: телепортация заблокирована, прочность стен абсолютна.

Но Лия была из «Хвоста Феи». А у них по стандарту редко что-то шло.

– Идиоты, – лениво вздохнула Аурелия, даже не вынимая левой руки из кармана юбки. – Если вы запираете пространственного координатора в закрытом кубе, вы не лишаете его магии. Вы просто делаете геометрию вокруг него дискретной.

Когда лакрима сдетонировала, заполнив бункер ослепительным белым пламенем, Аурелия не стала выстраивать щит. Вместо этого она обнажила короткий клинок на правом бедре, полоснув им по воздуху прямо перед собой, и активировала запрещенную формулу сжатия векторов.

Родинка под ее правым глазом — древняя сдерживающая печать — обожгла кожу ледяным покалыванием.

Лия взломала ткань пространства, свернув взрывную волну в сингулярность и буквально пробив брешь сквозь мерные координаты. Ее тело затянуло в слепящую воронку междумирья. Ощущение было таким, словно ее пропустили через гигантскую мясорубку, вращающуюся со скоростью звука: плотность эфира исчезла, уступив место абсолютно чуждому давлению.

Она падала сквозь холодное ничто ровно столько, сколько требовалось, чтобы проклясть весь Совет магов до седьмого колена.

---

Йокогама встретила ее удушливым запахом мазута, пороха и сырого бетона.

Бой в заброшенном портовом складе с авангардом американской «Гильдии» требовал слаженных действий двух несовместимых столпов ночного города. Тактический союз Портовой Мафии и Вооруженного Детективного Агентства трещал по швам, держась исключительно на катастрофичности нависшей угрозы.

Член вражеской организации — безумный инженер со способностью искривления расстояний — установил в центре ангара колоссальную пространственно-резонансную установку. Металлические кольца прибора вращались с чудовищной скоростью, заставляя воздух вибрировать и раскалывая гранитные плиты пола. Если бы волна нестабильности сорвалась, половина прилегающих префектур просто перестала бы существовать, аннигилированная сдвигом тектонических пластов.

– Идиот! – рявкнул рыжеволосый юноша в черной шляпе, окутанный зловещим гравитационным свечением. Его пальцы вжимались в металлический каркас, сдерживая вибрацию. – Если ты ошибешься хотя бы на миллиметр, мы все взлетим на воздух!

– Не говори под руку, мелкий бывший напарник, ты сбиваешь меня, – лениво, но с явным напряжением в голосе отозвался шатен в бежевом тренче, чьи бинты на руках покрылись каплями пота. Его ладонь была прижата к панели управления, а «Неполноценный человек» гасил бесконечные потоки искаженной энергии, грозившие прорвать защиту. – Твоя шляпа излучает слишком много гравитационной тупости, у меня кружится голова.

– Заткнитесь оба! – послышался яростный рев Куникиды где-то из-за баррикады контейнеров, откуда он поливал автоматным огнем оставшихся наемников.

Механизм издал протяжный, жалобный вой. Пространство между кольцами сжалось в ультрамариновую точку. Стрелки датчиков сорвались в красную зону.

– Двойной замок сорван! – крикнул Дазай, впервые за вечер теряя привычную насмешливую маску. – Чуя, бросай гравитацию на ось, иначе схлопнется прямо сейчас!

– Я держу, черт бы тебя побрал!..

Но в этот критический миг произошло то, чего не ожидал ни один стратег в этой комнате.

Прямо посередине зала, в точке наивысшего пространственного напряжения — ровно между позициями объединенного союза и ошалевшими боевиками Гильдии — воздух треснул, словно хрупкое зеркало. Раздался оглушительный стеклянный звон, сопровождаемый снопом бледно-зеленых геометрических искр.

Из разлома, пошатываясь и небрежно прикрыв рот тыльной стороной ладони, вышла невысокая девушка.

– Кха... – Лия тихо откашлялась, стряхивая с плеча оседающую пространственную изморозь. Ее темно-изумрудный галстук съехал набок, три верхние пуговицы белой рубашки были расстегнуты, обнажая изящные ключицы, а золотистые волосы в низком хвосте слегка растрепались. – Чертов Совет... Я не нанималась рубить грани миров посреди рабочего дня.

В ангаре повисла мертвая, почти звенящая тишина.

Боевики Гильдии опустили винтовки, тупо моргая. Стволы автоматов замерли. Вращающиеся кольца адской машины заскрежетали, завязнув в возникшем аномальном возмущении.

– Эй! – опомнившись первым, взревел Чуя Накахара, вокруг которого вновь взвилось кроваво-алое марево. – Ты кто еще такая?! Какого черта ты вылезла из центра установки?!

Лия замерла. Она медленно, с тягучей ленью повернула голову в сторону кричащего парня.

Ее изумрудные глаза с легким прищуром скользнули по его силуэту, затем переместились на забинтованного шатена рядом, мимолетно зафиксировали баррикады, пулевые отверстия в стенах и, наконец, циклопический механизм позади себя. Ни страха, ни паники на ее лице не отразилось. Лишь глубокая, безграничная усталость человека, которому снова подсунули чужую несданную отчетность.

Лия не шелохнулась. Положив обе руки в карманы темно-графитовой юбки, она тяжело вздохнула:

– Так. Ну и где это я?

– Это закрытая зона под контролем Портовой Мафии и властей! – Чуя сделал шаг вперед, земля под его каблуком треснула от гравитационной плотности. – Отвечай на вопрос, соплячка, пока я не впечатал тебя в перекрытие!

– «Соплячка»? – брови Лии чуть дернулись вверх. Она критически окинула Чую взглядом с головы до пят и холодно уронила: – Чья бы корова мычала. В тебе от силы метр шестьдесят на каблуках.

У Чуи дернулся правый глаз.

– Что ты сказала?!

– Чуя, помолчи секунду, – внезапно перебил Дазай.

Его карие глаза, секунду назад бывшие абсолютно темными и холодными, теперь жадно сканировали незваную гостью. Он не чувствовал в ней активации способности, присущей эсперам. От нее не исходило знакомого давления чужого сознания. Но ткань реальности вокруг ее сапог дрожала и подчинялась легким, почти незаметным пульсациям, исходящим от металлического браслета на ее запястье и странной точки под глазом.

– Девушка, возникшая из пространственного кармана без использования маяка... – протянул Дазай с обманчивой мягкостью. – Это весьма поэтично. Но боюсь, наша общая беседа прервется через тридцать секунд. Потому что эта восхитительная железка за вашей спиной настроена стереть нас в порошок.

– Огонь! Убейте ее! Это подкрепление мафии! – запоздало взвизгнул командир наемников Гильдии с дальней галереи.

Десятки автоматов рявкнули одновременно. Свинцовый шквал обрушился в центр зала, целясь прямо в хрупкую фигуру в расстегнутой рубашке.

Чуя дернулся было вперед, чтобы перехватить пули гравитацией — не из жалости, а из чистого бешенства и нежелания видеть бессмысленную смерть свидетеля, — но Дазай внезапно придержал его за плечо.

– Стой. Смотри.

Лия даже не вытащила руки из карманов.

– Скучно, – тихо бросила она.

В воздухе перед ней вспыхнула полупрозрачная изумрудная сетка. Пули, коснувшись ее ячеек, не сплющились и не упали. Они просто сменили пространственный вектор под углом в девяносто градусов, устремившись вертикально вверх, и в следующее мгновение изрешетили стальную балку под потолком ангара.

Огромная многотонная конструкция со скрежетом сорвалась вниз, рухнув прямо на баррикаду наемников и намертво запечатав стрелков в дальнем крыле склада.

Лия наконец развернулась лицом к нестабильной машине Гильдии. На ее лице проступило неприкрытое профессиональное отвращение — так гениальный механик смотрит на двигатель, собранный пьяным кузнецом при помощи ржавого гвоздя.

– Какой бездарный идиот это собирал? – процедила она, цокнув языком. – Пространственный стабилизатор установлен без учета резонанса третьего контура. Векторы стяжки пересекаются в слепой зоне. У вас тут через пятнадцать секунд образуется не просто взрыв, а спонтанная черная дыра малой массы. Ваша Йокогама... или как там этот город называется... схлопнется внутрь собственного гравитационного фокуса.

Чуя остолбенел:

– Чего?! Черная дыра?! Дазай, ты же говорил, это обычная бомба направленного действия!

– Теоретически существовала вероятность непредвиденной аномалии... – неловко улыбнулся Дазай, хотя по его спине пробежал неприятный холодок. Он посмотрел на Лию с предельной серьезностью: – Моя способность сводит на нет любые сверхъестественные силы. Но если я прикоснусь к сердечнику прямо сейчас, пока он находится в состоянии механической инерции, реакция распада только ускорится.

– Разумеется, умник, – фыркнула Аурелия, стремительно приближаясь к адской установке. – Потому что это не чистая концепция, это физика, помноженная на пространственную механику. Зарубите себе на носу: энергию нельзя просто обнулить, если ее масса уже продавила пространственный пласт. Ее нужно перенаправить.

Она выхватила узкий клинок из набедренного фиксатора. Серебряная цепочка на ее поясе мелодично звякнула.

В этот момент ленивая, сонная аура девушки испарилась без следа. Ее изумрудные глаза вспыхнули ледяным, расчетливым блеском. Словно включился сверхмощный аналитический процессор, просчитывающий миллиарды вероятностей в секунду. В «Хвосте Феи» этот взгляд знали все: когда Лия смотрела так, даже мастер Макаров молча садился на свое место и не мешал ей работать.

– Так, слушайте сюда оба, – ее голос зазвучал хлестко, как удар кнута. – Выхода нет, работать придется вместе. Ты, в шляпе!

Чуя оскалился:

– У меня имя есть!..

– Мне плевать. Сейчас ты — точка фиксации массы, – отрезала Лия, не оборачиваясь. – Твоя способность контролирует гравитоны? Прекрасно. Запрыгивай на верхнюю дугу. Мне нужно, чтобы ты сжал внешнее поле на семьдесят процентов. Ровно на семьдесят! Если передавишь — сомнешь ядро, и нас распылит. Недодавишь — волна сорвет удерживающие скобы. Начал!

Чуя на секунду задохнулся от такой наглости. Никто в Портовой Мафии, кроме Мори, не смел отдавать ему приказы в таком тоне. Но что-то в абсолютной, стальной уверенности этой девчонки заставило его тело среагировать быстрее, чем включилась гордость.

– Попробуй только облажаться, мелочь! – рыкнул Накахара, взмывая в воздух в алом ореоле и приземляясь на верхушку вибрирующего кольца.

Гравитационное поле вспыхнуло, сковывая металл. Прибор заскрежетал, обороты начали замедляться, но центр ядра налился смертоносным багровым светом.

– Давление растет! – крикнул Чуя, сквозь зубы удерживая напряжение. Рукава его пальто затрепетали от чудовищного ветра. – Оно сейчас лопнет!

– Забинтованный! – Лия полоснула лезвием по запястью левой руки, смачивая кончик клинка собственной кровью, обогащенной эфиром. – Твоя сила — нейтрализация?

– В чистом виде, мадемуазель, – отозвался Дазай, уже стоя в полушаге от нее.

– Отлично. В твоем мире нет нормального эфира, так что твоя сила — идеальный изолятор для аномальных связей. Видишь центральный кабель распределителя? Тот, что мерцает синим?

– Вижу.

– Когда я скажу «три», ты схватишься за него голыми руками. Не на счет «два», не после «трех». Ровно на «три». Ты должен заглушить частоту питающей цепи ровно на полторы секунды, пока я буду вырезать карман. Если опоздаешь — твои бинты станут твоим саваном. Ясно?

Дазай тихо усмехнулся. В его глазах блеснул безумный, исследовательский огонек:

– Какая восхитительная перспектива двойного самоубийства... Хотя нет, тройного! Чуя тоже с нами. Я согласен.

– Заткнись и считай! – рявкнула Лия.

Она вонзила клинок прямо в металлический кожух машины. Зеленая рунная вязь побежала от лезвия по стальным пластинам, насильственно связывая разрозненные детали устройства в единую нейросеть. В голове Аурелии зазвучали миллионы щелчков — пространственная геометрия зала выстроилась в четкую трехмерную матрицу. Она видела каждую трещину в бетоне, каждый вектор гравитации Чуи, каждый импульс антиспособности Дазая.

– Раз! – скомандовала Лия. – Шляпа, дави на десять процентов сильнее в левый сектор! Ось смещается!

– Держу, черт бы тебя побрал! – прорычал Чуя, его вены на шее вздулись от чудовищного усилия.

– Два!

Аурелия резко повернула лезвие на сорок пять градусов. Пространство вокруг ядра начало вытягиваться в тонкую воронку. Родинка под глазом обожгла ее кожу так, будто к щеке прижали раскаленное клеймо. Лия прикусила губу до крови, сдерживая вспышку боли: древняя печать сопротивлялась чужому измерению, требуя колоссального расхода маны.

– Три!

Дазай без малейшего колебания вогнал пальцы прямо в оголенный кабель питания.

Бело-голубая вспышка «Неполноценного человека» с яростным шипением ударила по контуру. Механический гул захлебнулся. Связь ядра с генератором лопнула.

– Исчезни, – выдохнула Лия.

Сделав шаг вперед, она выдернула клинок и резким, рассекающим движением обеих рук словно распахнула невидимые створки перед машиной. Изумрудный разлом раскрылся прямо в эпицентре нестабильности, поглотив сгусток готовой взорваться материи, и с глухим хлопком схлопнулся сам в себя.

Вся кинетическая энергия взрыва ушла в карманное подпространство, где благополучно развеялась на субатомные частицы, не причинив реальному миру ни малейшего вреда.

В ангаре воцарилась тишина.

Кольца машины, лишенные энергии, с протяжным стоном остановились. Чуя тяжело спрыгнул с верхотуры на пол, покачнувшись от резкого спада адреналина, и поправил шляпу. Дазай выдернул руку из оплавившегося кабеля, разглядывая слегка подпаленные бинты с задумчивой полуулыбкой.

Лия стояла неподвижно. Ее клинок с сухим щелчком вернулся в ножны на бедре. Девушка медленно выдохнула, прижала ладонь к правому виску и поморщилась.

– Мой кофе... – пробормотала она с глубокой экзистенциальной скорбью. – Он остался в Магнолии на барной стойке. И он наверняка уже остыл.

Чуя медленно подошел ближе. Его взгляд метался от изувеченной, но целой машины к этой странной, невысокой девушке, которая только что единолично переписала законы физики на их глазах.

– Ты... – начал он, скрестив руки на груди. – Ты вообще кто? Ни в одном досье Агентства или Мафии нет эспера с подобными фокусами. Искажение пространства, физический перенос, создание карманных измерений... Ты из специального отдела Министерства? Или правительственная ищейка?

Лия повернулась к нему. Разница в их росте была минимальной — едва ли пара сантиметров, — что позволило ей смотреть прямо в глаза грозе ночной Йокогамы, не задирая подбородка.

– Я понятия не имею, что такое твой «специальный отдел», мистер Разрушитель Гравитации, – сухо произнесла она. – Меня зовут Аурелия Бризз. Я старший тактический координатор гильдии «Хвост Феи». И прямо сейчас меня больше всего интересует два вопроса. Первый: почему в воздухе этого захолустья почти нет нормального эфира? И второй...

Она сделала паузу, окинув взглядом поржавевшие контейнеры, виднеющийся сквозь пролом в стене океан и незнакомые высотки мегаполиса вдали.

– Где находится Фиор?

Дазай тихо, искренне рассмеялся. Звук его смеха эхом раскатился по полуразрушенному складу.

– Фиор? Какое занятное название. Похоже на сказочную страну из детской книжки, – он подошел вплотную, с неподдельным любопытством склонив голову набок. – Боюсь вас разочаровать, прекрасная спасительница префектуры Канагава. На этой планете нет государства с таким именем. Вы находитесь в Японии. Город Йокогама.

Лия замерла. Ее изумрудные глаза медленно расширились, а внутри словно опустился тяжелый каменный занавес.

Она быстро приложила два пальца к браслету на правом запястье, активируя внутренний компас пространственного резонанса. Прибор молчал. Ни одного знакомого магического маяка. Ни отклика от гильдейской метки мастера. Ни следа ментального эха Нацу, Грея или Эрзы. Пустота. Глухой, чужой, технологичный мир, живущий по совершенно иным законам.

– Межпространственный сдвиг нулевого порядка... – прошептала она, и в ее голосе впервые прорезалась неподдельная досада. – Та лакрима взорвалась не внутри измерения. Она выбила меня за пределы ткани родной вселенной.

– Эй, ты о чем там бормочешь? – нахмурился Чуя, чувствуя, как от этой странной особы исходит нарастающая волна холодного расчета. – Контузило, что ли?

– Это значит, шляпник, – Лия резко вскинула голову, и ее взгляд стал жестким, – что Совет магов Фиора подписал себе смертный приговор. Потому что когда я найду способ вернуться назад... я лично переломаю им все координационные сетки и заставлю сожрать архивные уставы без соли.

Дазай с нескрываемым восторгом захлопал в ладоши:

– Какая экспрессия! Какая жажда возмездия! Чуя, тебе определенно стоит поучиться у этой леди манерам. Она только что прибыла из параллельного мира, а уже планирует государственный переворот!

– Заткнись, Дазай! – рявкнул мафиози, но тут же вновь уставился на Лию: – Из другого мира? Ты бредишь? Такие способности...

– Моя магия не бредит, в отличие от некоторых узколобых силовиков, – отрезала Аурелия. Она достала из кармана темно-изумрудную шелковую ленту и ловким, привычным движением перевязала растрепавшийся золотистый хвост, перекинув его через правое плечо. – Так. Хватит тратить эфир на пустую болтовню. Ситуация ясна: я застряла в неизвестной локации с нулевой связью и нестабильным резервом.

Она смерила тяжелым оценивающим взглядом обоих парней: забинтованного манипулятора с мертвыми глазами мыслителя и взрывного мечника гравитации с повадками цепного пса.

– Вы двое, судя по всему, здесь главные тактические единицы, – заключила она, поправив галстук. – Ваша железка нейтрализована. Угроза устранена. А значит, вы обязаны мне как минимум чашкой хорошего, черного, крепкого кофе и подробной картой этого вашего технологического недоразумения под названием Йокогама.

Чуя открыл рот, чтобы высказать все, что он думает о незваных гостьях, отдающих приказы исполнительным чиновникам Портовой Мафии, но Дазай мягко шагнул вперед, грациозно поклонившись:

– С превеликим удовольствием, госпожа координатор. В Агентстве как раз есть превосходная кофейня на первом этаже. И, признаться честно... нашему скромному городу давно не хватало гения, способного так изящно щелкать по носу законы мироздания.

Лия вздохнула, чувствуя, как под глазом снова неприятно пульсирует сдерживающая печать. Впереди маячили чужой мир, неизвестные враги, отсутствие магии и необходимость строить путь домой с абсолютного нуля.

Но «Хвост Феи» никогда не сдавался перед лицом невозможных задач.

– Веди, забинтованный, – бросила Лия, шагая к выходу из склада мимо остолбеневших наемников. – И если этот ваш кофе окажется растворимым суррогатом... клянусь, я перенаправлю следующий гравитационный коллапс прямо в твою спальню.