Барбоскины:тайна Архипелага Лайманы

Вечер в доме Барбоскиных начинался как обычно. Дружок пытался начеканить мячом рекордное количество раз, Роза увлеченно рассматривала новый каталог косметики, Лиза репетировала очередную арию перед зеркалом, а Малыш возился на ковре со своим любимым Зайкой. Папа и Мама отдыхали в гостиной после рабочего дня, а Дедушка, как всегда, дремал в кресле, прикрыв лицо газетой.

Тишину нарушил резкий стук клавиш из комнаты Гены. Вскоре сам юный ученый выбежал в коридор, поправляя очки. Вид у него был крайне озадаченный.

– Инфузория-туфелька! – воскликнул он, привлекая общее внимание. – Семья, вы должны это видеть. Это совершенно антинаучно и не поддается никакой логике!

– Что случилось, Генка? Опять твои бактерии объявили забастовку? – Дружок, не отвлекаясь от мяча, ловко подбросил его коленом.

– Хуже, Дружок. Гораздо хуже. Я готовил доклад по географии и обнаружил аномалию планетарного масштаба, – Гена развернул ноутбук и поставил его на обеденный стол. – Посмотрите на карту.

Вся семья, включая заинтересовавшегося Папу и проснувшегося Дедушку, сгрудилась вокруг экрана. Гена открыл сначала Гугл Карты, а затем Яндекс. Он лихорадочно прокручивал Атлантический океан, приближая область неподалеку от побережья Португалии.

– Видите? – Гена указал пальцем на пустую синюю гладь. – Здесь ничего нет. Просто вода.

– Ну и что? – пожала плечами Роза. – Мало ли в океане воды. Может, там просто скучно и никто не хочет там ничего рисовать?

– В том-то и дело, Роза! – Гена быстро открыл новую вкладку поисковика. – Я ввел запрос в энциклопедии. Смотрите: Архипелаг Лайманы. Или просто Лайманы.

Семья уставилась на текст, который Гена начал зачитывать вслух, чеканя каждое слово:

– «Архипелаг открыт 4 сентября 1673 года португальским моряком Бруно Мардавешем. В архипелаге 23 маленьких острова, 5 средних и 2 больших. На больших островах расположена столица — город Прайя-Мардавеш».

– Ого, – Малыш прижался к плечу Гены. – А там живут собачки?

– Там живут люди, Малыш. Целых 24 тысячи человек! – Гена продолжал листать страницу. – Послушайте, это же невероятно. Страна занимает 12-е место в мировой экономике! У них добывают литий, медь, уголь, лазурит и даже редстоун!

– Редстоун? – переспросил Дружок, наконец-то уронив мяч. – Это же как в моей любимой игре! Гектар, ты не шутишь?

– Какие шутки, Дружок! – Гена лихорадочно перечислял факты. – Валюта — ревли. У них даже номиналы странные: бумажные купюры по 75, 35, 25 и даже 15 ревлей. ВВП на душу населения — 786 долларов и 3 цента. И при этом их нет ни на одной спутниковой карте!

Папа, который до этого молча слушал, нахмурился и подошел ближе.

– Гена, это звучит как какая-то ошибка в базе данных. Если страна существует с 1979 года, после гражданской войны в Португалии, она должна быть отмечена всеми международными организациями.

– В том-то и загвоздка, Папа! – Гена возбужденно замахал руками. – У них есть союзники: США, Португалия, Россия и Перу. У них есть армия — две тысячи псов... то есть людей, и двести единиц техники. Они даже сейчас находятся в состоянии конфликта с Эквадором! Но на картах — пустота.

– Может, они используют секретные технологии маскировки? – глаза Лизы загорелись. – Как в кино про шпионов! Они не хотят, чтобы их видели, потому что у них там очень много золота и... как ты сказал? Лазурита?

– Лиза, это технически невозможно скрыть целый архипелаг от спутников, – вздохнул Гена, хотя в его голосе уже не было прежней уверенности.

Дедушка, который всё это время внимательно слушал, вдруг крякнул и почесал за ухом.

– А ну-ка, внучок, покажи мне еще раз имя того моряка.

– Бруно Мардавеш, Дедушка. Прожил, между прочим, невероятно долго — с 1584 по 1697 год.

– Мардавеш... – протянул Дедушка, прищурившись. – Помню, когда я еще в море ходил, старые волки поговаривали о «Туманных землях». Мол, есть такие острова, которые открываются только тем, кто знает правильный курс. Но я думал, это просто матросские байки, чтобы молодняк пугать.

– Дедуля, ты хочешь сказать, что они настоящие? – Роза отвлеклась от каталога. – И там правда есть столица с красивыми магазинами и португальской модой?

– Если верить описанию Гены, там экономика посильнее нашей будет, – заметил Папа, задумчиво разглядывая список номиналов валюты. – Купюра в 15 ревлей... Оригинально.

– Гектар, а почему они воюют с Эквадором? – спросил Дружок. – Из-за редстоуна?

– В описании сказано, что конфликт тянется из-за территориальных споров и месторождений лития, которые открыли в 2003 году, – Гена быстро печатал. – Но послушайте, самое странное не это. Я пытаюсь найти фотографии столицы Прайя-Мардавеш, но поисковик выдает только черные квадраты или изображения океана.

– Это заговор! – Лиза драматично прижала лапу к груди. – Точно говорю! Они скрывают от нас что-то важное. Может, там живут инопланетяне?

– Лиза, ну какие инопланетяне, – отмахнулся Гена. – У них президент — Марпан Гуталон, занимает пост с 1991 года. Вполне земное имя.

– А давайте сами их найдем! – вдруг предложил Малыш. – У нас же есть дедушкин старый бинокль!

– Малыш, из окна нашей квартиры мы Атлантический океан не увидим, – улыбнулась Мама, которая до этого тихо наблюдала за дискуссией. – Но ситуация действительно странная. Гена, а что говорят официальные сайты правительств союзников?

Гена нахмурился и застучал по клавишам еще быстрее.

– Вот! Сайт министерства иностранных дел. В списке торговых партнеров... – он осекся. – Пусто. Место есть, а названия нет. Как будто кто-то стер его ластиком прямо сейчас.

В комнате повисла тишина. Даже Дружок перестал подбрасывать мяч. Стало слышно, как тикают настенные часы.

– Так, – Папа выпрямился. – Это становится действительно интересным. Если страна на 12-м месте в мире по экономике, она должна влиять на мировые цены на литий.

– И она влияет! – Гена открыл биржевые графики. – Смотрите, здесь указан «Анонимный поставщик архипелага». Доля рынка огромная.

– Ребята, смотрите! – Лиза указала на экран ноутбука.

Изображение на карте начало дергаться. Пиксели синего океана вдруг пошли рябью, и на мгновение сквозь них проступили очертания суши — множество мелких точек и два крупных острова, напоминающих по форме косточку. Но стоило Гене попытаться сделать скриншот, как изображение снова стало гладким и синим.

– Вы это видели?! – закричал Дружок. – Там были острова! Я видел горы!

– И я! – подтвердил Малыш. – Там было что-то красное, наверное, тот самый редстоун!

Гена сидел бледный.

– Мой компьютер... его только что просканировали с внешнего сервера. Источник не определяется. Точнее, код страны... — он замолчал, вглядываясь в цифры. — Код страны +786. Такого кода официально не существует.

– Это код Лайманов, – тихо сказал Дедушка. – Я вспомнил. У меня в старом сундуке была карта, которую мне отдал один португальский боцман. Он клялся, что Лайманы — это сердце мира, и тот, кто владеет их литием, владеет будущим.

– Дедушка, почему ты раньше не говорил? – Роза широко открыла глаза.

– Да я думал, деменция у боцмана была, – развел руками Дедушка. – У него еще монета была странная, 2 ревли, с изображением летучей рыбы. Я её Малышу отдал в копилку, кажется.

Малыш тут же бросился к своей полке и вытряхнул содержимое копилки на ковер. Среди обычных монет со звоном выкатилась одна — необычного красноватого оттенка, с неровными краями и изображением рыбы, у которой вместо плавников были крылья.

– Вот она! – Малыш протянул монету Гене.

Гена взял её дрожащими лапами. Монета была теплой, почти горячей.

– Невероятно... Сплав меди и чего-то неизвестного. Возможно, того самого лазурита.

– Значит, Лайманы существуют, – заключил Папа, серьезно глядя на семью. – Но по какой-то причине мир договорился делать вид, что их нет. Или они сами заставили мир так думать.

– Может, они не хотят, чтобы к ним ездили туристы? – предположила Роза. – Представляете, если там всего 24 тысячи человек, а к ним приедет миллион? Им же тесно будет!

– Или они боятся, что из-за их богатств война с Эквадором превратится во что-то большее, – добавил Дружок. – 200 единиц техники — это не так уж много для защиты таких сокровищ.

Гена снова повернулся к ноутбуку. На экране светилось единственное сообщение, появившееся в окне поиска: «Obrigado pelo seu interesse. Mas o tempo ainda não chegou».

– Что это значит, Гена? – спросила Лиза.

– Это португальский, – Гена медленно перевел. – «Благодарим за интерес. Но время еще не пришло».

В этот момент свет в квартире моргнул, и ноутбук Гены выключился, несмотря на полную зарядку.

– Ух ты... – прошептал Малыш в темноте. – Они за нами подглядывают?

– Скорее, просто вежливо попросили не совать нос в чужие дела, – Папа подошел к окну и задернул шторы. – Думаю, на сегодня географических открытий достаточно.

– Ну уж нет! – Дружок кулаком ударил по ладони. – Я теперь спать не смогу, пока не узнаю, как выглядит этот редстоун в реальности! Генка, завтра же попробуем обойти их защиту через прокси-серверы!

– Не думаю, что это хорошая идея, Дружок, – Гена все еще смотрел на темный экран. – Если страна с населением в маленькую деревню умудряется быть 12-й экономикой мира и стирать себя с карт Гугла, у них явно есть технологии, о которых мы даже не мечтаем.

– Зато у нас есть их монета! – Малыш гордо поднял ревли вверх. – Мы теперь немножко союзники!

Дедушка усмехнулся и погладил Малыша по голове.

– В океане много тайн, внучата. И Лайманы — лишь одна из них. Иногда лучше оставить остров в тумане, чтобы он оставался целым.

Семья потихоньку начала расходиться по комнатам, обсуждая увиденное. Роза гадала, какой там курс ревли к рублю и можно ли заказать оттуда платье. Лиза сочиняла песню о таинственном Бруно Мардавеше, который прожил сто тринадцать лет. Дружок представлял, как он играет в футбол на стадионе Прайя-Мардавеш.

И только Гена, лежа в кровати, всё никак не мог забыть ту картинку, что промелькнула на экране. Он знал: это не была ошибка. Архипелаг Лайманы был там, в океане, скрытый мощнейшими электронными фильтрами, добывающий свой литий и редстоун, пока весь остальной мир просто проплывал мимо, не замечая 23 маленьких острова.

– Ничего, – прошептал Гена, засыпая. – Мы еще встретимся, господин президент Гуталон. Наука не терпит белых пятен. Даже если они закрашены синим цветом океана.

А на тумбочке Малыша маленькая красноватая монета с летучей рыбой продолжала излучать едва заметное, мягкое тепло, словно привет из далекой страны, которой официально не существовало.