Человек паук

Утро в твоём доме никогда не пахло свежими тостами или тёплым кофе. В нём царила лишь глухая, морозная тишина. Ты спустилась на кухню, поправляя воротник куртки, и на секунду задержала взгляд на родителях. Отец не отрывался от экрана ноутбука, монотонно щёлкая клавишами, а мать лениво листала журнал, даже не подняв на тебя глаз. Никто из них не спросил, собрала ли ты рюкзак, не поинтересовался, волнуешься ли ты перед первым днём в новой школе. Если бы ты сейчас развернулась и ушла на край света, они бы заметили это только к вечеру — да и то лишь потому, что некому было бы закрыть входную дверь на верхний замок.

Привычная ноющая пустота отозвалась где-то под рёбрами, но ты тряхнула копной огненно-рыжих волос, натянула на лицо открытую, солнечную улыбку и вышла на улицу. Ты не собиралась позволять их равнодушию разрушить этот день. В конце концов, впереди была новая школа, новые люди и целый незнакомый район.

Солнце едва пробивалось сквозь утренний смог Квинса. Ты весело шагала по тротуару, напевая под нос привязавшуюся мелодию, и уже подходила к пешеходному переходу возле школьного сквера. Загорелся зелёный свет. Ты сделала шаг на проезжую часть, поправляя лямку рюкзака, как вдруг утренний воздух разорвал оглушительный визг тормозов и пьяный рев автомобильного мотора.

Ты замерла. Тело сковал парализующий страх. Свернувший из-за угла массивный внедорожник не просто превышал скорость — его заносило из стороны в сторону, а за мутным лобовым стеклом виднелось перекошенное, невменяемое лицо водителя, не успевавшего вывернуть руль. Бампер был уже в паре метров от тебя, в нос ударил резкий запах жжёной резины, и ты инстинктивно зажмурилась, выставив вперёд ладони.

В следующую секунду вместо сокрушительного удара воздух вокруг тебя сжался.

Сильные, необычайно надёжные руки обхватили тебя за талию, выдёргивая из траектории надвигающейся смерти с такой скоростью, что захватило дух. Послышался звонкий щелчок паутины, свист разрезаемого воздуха, и тебя взнесло ввысь. Внедорожник на полной скорости с грохотом снёс фонарный столб ровно на том месте, где ты только что стояла, и заглох.

Вы мягко опустились на безопасный тротуар в паре десятков метров от аварии. Ты всё ещё тяжело дышала, пальцы судорожно сжимали плотную ткань красно-синего костюма на его плечах.

– Эй, ты в порядке? – прозвучал мягкий, слегка взволнованный юношеский голос сквозь белые линзы маски. – Сильно испугалась?

Ты подняла взгляд. Человек-паук стоял прямо перед тобой, удерживая тебя за плечи так бережно, словно ты была сделана из тончайшего фарфора. Сквозь костюм ты чувствовала жар его тела и железную силу его мышц. Он был невероятно храбрым, быстрым, и от одной только мысли о том, как легко и уверенно он вырвал тебя из когтей смерти, к твоим щекам прилила густая краска. Тебя буквально бросило в жар, а сердце заколотилось где-то в горле — уже совсем не от страха.

– Я... со мной всё хорошо, – выдохнула ты, с трудом находя голос и очарованно глядя на героя. – Ты... ты спас меня. Спасибо.

– Это моя работа, мисс, – в его голосе проскользнула смущённая, почти мальчишеская улыбка, хотя лица было не разглядеть. – Но на пешеходных переходах всё-таки лучше смотреть по сторонам вдвое внимательнее. Особенно когда по городу катаются такие болваны.

Он на секунду задержал пальцы на твоей руке, словно проверяя, сможешь ли ты устоять на ногах, а затем выпустил паутину в карниз соседнего здания.

– Будь осторожна! – крикнул он, взмывая в воздух.

– Подожди!.. – сорвалось с твоих губ, но герой уже растворился среди кирпичных крыш, оставив после себя лишь трепет в твоей груди и лёгкий запах озона.

С трудом переведя дух и кое-как уняв дрожь в коленях, ты продолжила путь. К дверям Мидтаунской школы ты подошла, всё ещё чувствуя странное тепло там, где секунды назад покоились его ладони.

Внутри стоял типичный для первого звонка гул: звенели шкафчики, толпились старшеклассники, раздавался смех. Ты пыталась сориентироваться по расписанию, оглядывая коридор, как вдруг твой слух уловил неприятный металлический грохот и насмешливый гогот неподалёку.

– Эй, Паркер! Что, опять забыл дома учебники или тётя Мэй не успела погладить твою любимую застиранную фланельку?

Широкоплечий парень в куртке школьной команды — Флэш Томпсон — с силой захлопнул дверцу чужого шкафчика прямо перед носом у невысокого, шатена с выразительными карими глазами. Парень держал в руках стопку тетрадей, которые от неожиданности рассыпались по полу.

– Отстань, Флэш, – тихо и устало произнёс шатен, опускаясь на колени, чтобы собрать листы. – Я просто хочу дойти до кабинета физики.

– А я хочу, чтобы ты не мозолил мне глаза, недотёпа, – ухмыльнулся громила, занося ногу, чтобы наступить на упавшие бумаги.

Твоя врождённая доброта и обострённое чувство справедливости вспыхнули мгновенно. Ты терпеть не могла хулиганов и не привыкла стоять в стороне.

– Эй, шкаф на ножках! – твой звонкий, уверенный голос разрезал гул коридора.

Флэш замер и вместе с остальными зеваками повернулся к тебе. Ты подошла ближе, гордо вскинув подбородок, а твои зелёные глаза сверкнули неподдельным вызовом. Ты была ослепительно красива — пылающие рыжие кудри, точеные черты лица и обезоруживающе смелый взгляд заставили Флэша на секунду растеряться.

– Что ты сказала, новенькая? – насупился он.

– Я сказала, что твои манеры явно застряли где-то в каменном веке, – легко парировала ты, лучезарно улыбнувшись, отчего насмешка прозвучала ещё обиднее. – Если у тебя чешутся руки, запишись в кружок лепки из глины, а парня оставь в покое.

По коридору прокатились сдавленные смешки. Томпсон покраснел до корней волос, что-то невнятно буркнул про сумасшедших девчонок и поспешил скрыться за углом вместе со своей свитой.

Ты присела на корточки рядом с пострадавшим парнем и принялась помогать ему собирать разлетевшиеся конспекты.

– Не обращай внимания, такие люди самоутверждаются только за счёт чужой скромности, – ободряюще произнесла ты, протягивая ему аккуратную стопку тетрадей.

Парень поднял голову, поправляя сползшие очки. На секунду он просто онемел. Его взгляд скользнул по твоему лицу, задержался на мягкой улыбке, и на его бледных щеках проступил яркий румянец. Он был по-настоящему красив — правильные черты, умный, глубокий взгляд, копна мягких волос и трогательная, почти детская открытость в выражении лица.

– С-спасибо... – наконец выговорил он, смущённо моргнув. – Я Питер. Питер Паркер.

– Мэри Джейн, – улыбнулась ты в ответ, протягивая ему тонкую ладонь. – Но друзья зовут меня просто Эм-Джей.

– Очень приятно, Эм-Джей, – он пожал твою руку, и в его прикосновении было что-то необъяснимо знакомое, заставившее твоё сердце пропустить удар. – И... ты очень смелая. Никто обычно не рискует связываться с Флэшем в первый же день.

– Смелость — это просто вопрос выбора, Питер, – весело подмигнула ты. – Пойдём, покажешь мне, где здесь кабинет физики?

Так началась ваша дружба. С первых минут вы нашли общий язык: Питер оказался потрясающим рассказчиком, добрым, чутким и невероятно внимательным. Ты видела, как светлеют его глаза, когда он говорит о науке, и чувствовала, с каким неподдельным трепетом он относится к каждому твоему слову. Вскоре он даже познакомил тебя со своей тётей Мэй — и эта пожилая, невероятно добрая женщина окружила тебя такой заботой, которой ты никогда не видела в собственном доме. Мэй поила тебя чаем с вишневым пирогом, расспрашивала о твоих мечтах и искренне обнимала при встрече, восполняя ту ледяную пустоту, что царила в твоей семье.

Спустя несколько недель на уроке мистер Харрингтон объявил ошеломляющую новость: класс выиграл грант на участие в межуниверситетской научной конференции, и их ждал перелёт в Лос-Анджелес с обширной экскурсионной программой.

В самолёте вы с Питером оказались на соседних креслах у иллюминатора. К этому моменту вы уже стали не разлей вода, хотя ты всё чаще ловила себя на мысли, что при виде Питера твоё дыхание перехватывает точно так же, как в то утро, когда тебя спас Человек-паук. А Питер, казалось, и вовсе дышать забывал каждый раз, когда ты смеялась над его шутками.

Полёт длился уже несколько часов. За иллюминатором раскинулось бескрайнее море пушистых облаков, подсвеченных закатным золотом. В салоне приглушили свет, монотонный гул турбин действовал усыпляюще.

Ты устало потёрла глаза и зевнула, прислонившись виском к прохладному стеклу. Веки неумолимо тяжелели. Через пару минут твоё тело расслабилось, и во сне твоя голова мягко соскользнула с опоры и опустилась прямо на грудь сидевшего рядом Питера.

Паркер замер, словно поражённый электрическим током. Он боялся даже шелохнуться, боясь потревожить твой сон. Сквозь ткань своей рубашки он чувствовал тепло твоего дыхания, а твои шелковистые рыжие волосы рассыпались по его плечу, пахнув сладкими духами с нотками персика. Питер с невероятной нежностью посмотрел на твое безмятежное лицо, его губы тронула влюблённая, благоговейная улыбка. Преодолев робость, он осторожно, едва касаясь, положил ладонь поверх твоей руки и тихонько прислонился подбородком к твоей макушке, чувствуя, как его сердце заполняет безграничная нежность.

Ты проснулась от мягкого толчка шасси о посадочную полосу аэропорта Лос-Анджелеса. Открыв глаза, ты не сразу поняла, где находишься, пока не осознала, что твоя щека уютно покоится на твёрдой груди Питера, а его пальцы согревают твои.

Ты вскинула голову, густо покраснев:

– Ой... Питер, прости! Я... я заснула прямо на тебе. Наверное, тебе было жутко неудобно?

– Нет! – выпалил он чуть громче, чем следовало, и тут же понизил голос, смущённо улыбаясь. – Нет, правда, всё в порядке, Эм-Джей. Мне... мне было очень тепло.

Твоё сердце сладко екнуло от его искреннего, влюблённого взгляда.

Лос-Анджелес встретил вас ослепительным солнцем, высокими пальмами и тёплым калифорнийским ветром. После заселения в автобус началась обзорная экскурсия по центру города. Группа гуляла по залитой солнцем площади перед ультрасовременным технологическим музеем, мистер Харрингтон увлечённо вещал в громкоговоритель, а вы с Питером шли чуть позади, весело обсуждая необычные скульптуры.

Идиллия рухнула в долю секунды.

Земля под ногами содрогнулась от мощного взрыва. Из асфальта прямо посреди площади с грохотом вырвался столб дыма и осколков. Толпа в панике закричала. Из клубов пыли показалась массивная фигура в зелёной высокотехнологичной броне с гигантским, извивающимся металлическим хвостом за спиной, на конце которого опасно пульсировало кислотное жало.

– Где мои деньги, жалкие черви?! – проревел Скорпион, разнося мощным ударом хвоста припаркованный лимузин.

Люди в ужасе бросились врассыпную, возникла страшная давка. Дети плакали, старики падали, спотыкаясь о сумки.

– Питер, нужно помочь им! – крикнула ты, оглядываясь по сторонам.

Ты не могла просто бежать, зная, что кому-то нужна помощь.

– Эм-Джей, стой, это слишком опасно! – в глазах Питера мелькнул дикий ужас за тебя.

– Там ребёнок упал! И люди не видят проход к метро! – ты решительно сжала кулаки. – Я должна!

Питер на секунду сжал твоё плечо с нечеловеческой силой:

– Беги к спуску, я... я позову на помощь! Спрячься, умоляю тебя!

Не дожидаясь ответа, он сорвался с места и юркнул в узкий проулок между витринами.

Ты же, не помня себя от адреналина, бросилась не от опасности, а прямо в центр событий. Подбежав к плачущей девочке, потерявшей маму, ты подхватила её на руки и закричала во весь голос, стараясь перекрыть панические крики:

– Все сюда! В подземный переход! Не толкайтесь, здесь безопасно, быстрее!

Твоя храбрость и уверенный командный тон подействовали как маяк. Толпа начала организованно устремляться к широкой лестнице метро, минуя зону поражения. Ты передала малышку подбежавшей заплаканной матери, продолжая направлять отставших туристов.

Но твои активные действия привлекли того, кого привлекать не следовало.

Скорпион повернул свою бронированную голову в твою сторону. Его визоры сузились, фиксируя одинокую фигуру смелой рыжеволосой девушки.

– А ты у нас тут самая умная, птичка? – проскрежетал он сквозь респиратор. – Сейчас проверим, как быстро ты бегаешь от моей кислоты!

Гигантский механический хвост с устрашающим свистом рассек воздух, нацелившись острием прямо в твою