You will be my boy

В коридорах огромного особняка Маверика Миронова обычно царила тишина, нарушаемая лишь мерным цоканьем когтей двух далматинцев — Марса и Венеры. Но последний месяц дом будто пропитался тяжелым, липким напряжением. Причиной тому был Джейк Грэхэм.

Обычно аккуратный, собранный и колкий на язык адвокат превратился в тень самого себя. Маверик, возвышаясь над миром своими ста девяноста сантиметрами роста, с тревогой наблюдал, как его «маленький американец» медленно сгорает. Белоснежные волосы Маверика, обычно заплетенные в тугую косу, теперь чаще были распущены — у него просто не хватало духу отвлекаться на прическу, когда Джейк пятые сутки жил на кофе и чистом упрямстве.

– Джейк, блять, ты на себя в зеркало смотрел? – Маверик вошел в кабинет, едва не задев плечом дверной косяк. Его голос, низкий и хриплый, обычно заставлял закаленных бойцов мафии бледнеть, но Джейк даже ухом не повел. – У тебя глаз дергается так, будто там чечетку бьют. Иди поешь.

Джейк, чей рост едва достигал плеча Маверика, сидел, зарывшись в гору папок. Его любимый темно-зеленый кардиган казался слишком свободным — за этот месяц он, кажется, потерял даже тот мягкий уютный животик, который Маверик так обожал тискать по вечерам.

– Отвали, Мав, – огрызнулся Джейк, не поднимая головы. – Если я не найду лазейку в этом контракте, твой «бизнес-партнер» оберет тебя до нитки. Я не позволю какому-то выскочке из Джерси обыграть меня.

– Да плевать мне на деньги, – Маверик подошел ближе, переступая босыми ногами. Отсутствие нескольких пальцев на ногах делало его походку чуть тяжелой, но он двигался с грацией крупного хищника. Он положил огромную ладонь, на которой не хватало двух пальцев, на плечо Джейка. – Ты мне живой нужен. Посмотри на меня.

Джейк резко сбросил его руку и вскочил. Его карие глаза лихорадочно блестели на бледном лице.

– Не трогай меня! Я занят! – Он почти прошипел это, хотя голос сорвался на высокой ноте. – Иди... иди поиграй с собаками, Миронов!

Маверик замер. Любой другой за такой тон уже кормил бы рыб в заливе, но он лишь вздохнул, сжав кулаки. Он любил этого несносного адвоката именно за это — за то, что Джейк не боялся его силы, его репутации и его шрамов.

Проигрыш случился в четверг.

Маверик ждал его в холле, поглаживая Марса по пятнистой голове. Когда дверь открылась, Джейк вошел внутрь слишком тихо. Он не швырнул портфель, не начал возмущаться судейским произволом. Он просто прошел мимо Маверика, глядя в пустоту.

– Джейк? – позвал Маверик, чувствуя, как внутри всё сжимается от недоброго предчувствия. – Эй, мышонок, что там?

Джейк не ответил. Он поднялся по лестнице, его шаги были механическими. Маверик помедлил секунду, а затем услышал, как наверху хлопнула дверь спальни. А через мгновение оттуда донесся звук, от которого у сурового мафиози похолодело внутри — глухой удар чего-то тяжелого о стену и сдавленный, хриплый крик, перешедший в рыдания.

Маверик взлетел по лестнице, игнорируя боль в поврежденных ступнях. Ворвавшись в комнату, он увидел страшную картину: Джейк стоял у стены, буквально бьясь об нее лбом, и захлебывался в рыданиях, которые больше походили на судорожные вдохи утопающего.

– Сука... ненавижу... бездарь... – Джейк выл, не замечая крови, выступившей на коже от ударов. – Всё впустую! Всё зря!

– Тихо, тихо, блять, успокойся! – Маверик подлетел к нему, обхватывая своими огромными ручищами, буквально отрывая от стены.

– Пусти! – Джейк извивался, пытаясь ударить Маверика, его кулачки бессильно стучали по широкой груди альбиноса. – Я проиграл! Я всё просрал, Мав! Я никчемный!

– Заткнись, – рыкнул Маверик, но тут же смягчил тон, прижимая дрожащее тело к себе. – Заткнись, слышишь? Ты лучший адвокат, которого я видел. Один проигрыш ничего не значит.

Он опустился на пол, увлекая Джейка за собой, и усадил его к себе на колени, как ребенка. Джейка трясло в настоящей истерике. Он задыхался, вцепляясь пальцами в белую рубашку Маверика, сминая дорогую ткань.

– Я... я так старался... – всхлипывал Джейк, утыкаясь носом в шею Маверика. – Весь этот месяц... я думал, я справлюсь...

– Ты перегорел, дуралей, – Маверик начал мерно гладить его по спине, массируя напряженные лопатки своими сильными пальцами. – Ты себя в могилу едва не загнал. Тише, дыши. Просто дыши со мной.

Они просидели так около получаса. Маверик шептал на русском какие-то успокаивающие глупости, пересыпая их отборным матом в адрес судей и оппонентов, что странным образом помогало Джейку прийти в себя. Постепенно судорожные вздохи сменились тихими всхлипами.

– Встать сможешь? – ласково спросил Маверик.

– Наверное, – прошептал Джейк, не открывая глаз. Его лицо было красным и опухшим.

Маверик не стал проверять. Он просто подхватил его на руки — Джейк со своим ростом и нынешней худобой казался почти невесомым — и понес в ванную.

– Сам... я сам, – слабо попытался протестовать Джейк, когда Маверик начал расстегивать его кардиган.

– Молчи уже, – буркнул Маверик, аккуратно снимая с него одежду. – Сегодня я за тобой ухаживаю. И только попробуй мне впаять иск за нарушение личного пространства.

Он включил теплую воду, помог Джейку забраться в ванну и сам вымыл его, стараясь не задевать свежую ссадину на лбу. Вид выпирающих ребер Джейка заставил сердце Маверика болезненно сжаться. «Ничего, – подумал он, – откормлю. Снова будет мягким и сладким».

После душа он натянул на Джейка свою огромную футболку, которая на том смотрелась как платье, и отвел на кухню.

– Сиди, – скомандовал Маверик, усаживая его на стул и накидывая на плечи плед.

Он быстро разогрел кастрюлю борща, который его повар приготовил утром. Красный, наваристый, с чесноком — то, что нужно, чтобы вернуть вкус к жизни. Рядом поставил кружку крепкого чая, в который незаметно капнул сильное успокоительное из своей личной аптечки.

– Ешь, – он поставил тарелку перед Джейком. – И не спорь со мной, а то свяжу и буду кормить с ложечки. Я серьезно, Джейк.

Джейк посмотрел на него исподлобья, в его глазах на мгновение вспыхнул привычный огонек «цундере».

– Ты тиран, Миронов. Русский деспот.

– Именно, – ухмыльнулся Маверик, демонстрируя идеальные зубы. – А теперь ешь свой суп.

Джейк медленно начал есть. Теплая еда и чай с добавкой подействовали быстро. Его веки начали тяжелеть, а плечи наконец расслабились. Маверик сидел напротив, подперев голову рукой, и любовался им. Для него не было никого красивее этого невысокого, колючего американца с острым умом.

Когда Джейк начал клевать носом прямо над тарелкой, Маверик подхватил его и отнес в спальню. Он уложил его на огромную кровать, сам разделся до белья и лег рядом, притягивая Джейка к своему горячему боку. Далматинцы, почувствовав смену настроения хозяев, запрыгнули в ноги, устраиваясь тяжелыми теплыми клубками.

– Мав... – сонно пробормотал Джейк, уткнувшись лбом в татуированную грудь мафиози.

– Спи, мышонок. Завтра мир не рухнет.

– Прости за подзатыльник... на прошлой неделе...

– Я тебе его припомню, – проворчал Маверик, целуя его в макушку. – А теперь спи.

Утром Маверик проснулся первым. Он осторожно, чтобы не разбудить Джейка, дотянулся до телефона на тумбочке и набрал своего помощника.

– Антон? Да, это я. Отменяй все встречи на ближайшие две недели. И найди мне лучшего психолога, который умеет держать язык за зубами. Русского или американца — плевать, главное, чтобы мозги вправлял профессионально. И... билеты.

Он посмотрел на мирно спящего Джейка, на его чуть приоткрытый рот и размеренное дыхание.

– Ближайший рейс до Таиланда. Бизнес-класс. Особняк на Пхукете должен быть готов к нашему прилету. Собак тоже оформляй, они летят с нами.

Когда через пару часов Джейк открыл глаза, он обнаружил Маверика, сидящего на краю кровати с ноутбуком.

– Доброе утро, – хрипло сказал Джейк, потирая лицо. – Который час? Мне нужно в офис...

– Никакого офиса, – отрезал Маверик, поворачивая к нему экран ноутбука. – Видишь это? Это наши билеты. Вылет через четыре часа.

Джейк уставился на экран, потом на Маверика.

– Ты с ума сошел? Какой Таиланд? У меня апелляция, у меня...

– У тебя отпуск, – Маверик пересел ближе и взял лицо Джейка в свои большие ладони. – Джейк, послушай меня. Ты сломался. Я видел это вчера. Если мы сейчас не уедем, ты просто сгоришь дотла, и никакой адвокатский диплом тебя не спасет. Мы едем греться, есть фрукты и молчать. Там к тебе будет приходить один человек... поговорить.

– Психолог? – Джейк нахмурился, собираясь возмутиться. – Маверик, я не сумасшедший!

– Ты не сумасшедший, ты истощенный, – Маверик мягко прижал большой палец к его губам. – Считай это моим приказом. Как твоего босса, твоего сожителя и человека, который, блять, любит тебя больше, чем свои пальцы, которых и так некомплект. Понял?

Джейк долго смотрел в прозрачные, почти бесцветные глаза альбиноса. В них не было угрозы — только бесконечная, тяжелая преданность.

– Ладно, – наконец выдохнул Джейк, расслабляясь в его руках. – Но если там будут пауки, я тебя пристрелю твоим же пистолетом.

Маверик расхохотался, прижимая Джейка к себе в крепких объятиях.

– Договорились, мышонок. Договорились. А теперь вставай, я хочу видеть, как ты съедаешь три порции блинов перед дорогой. Нам нужно возвращать твой животик в рабочее состояние.

Джейк хотел было влепить ему пощечину за «животик», но вместо этого просто уткнулся лицом в его плечо, чувствуя, как внутри наконец-то воцаряется тишина.