Его все забыли

Питер прижался лбом к холодному стеклу своей крошечной квартиры, которую он едва мог себе позволить. Зимний Нью-Йорк за окном жил своей суетливой жизнью, не обращая внимания на парня, которого стерли из самой истории. Снег летел крупными хлопьями, оседая на плечах прохожих, и именно в этом хаотичном движении он увидел ее.

Эмджэй.

Она шла по тротуару, кутаясь в знакомое пальто, но что-то в ее походке изменилось. Исчезла та легкая, едва заметная уверенность, которую он так любил. Рядом с ней шел высокий парень в дорогой куртке — Алекс. Питер знал его имя только потому, что однажды случайно услышал их разговор в кофейне, где теперь был просто «очередным клиентом».

Алекс держал ее за локоть. Не нежно, как держат любимого человека, а властно, словно заявляя права собственности. Питер видел, как Эмджэй попыталась отстраниться, чтобы поправить шарф, но Алекс лишь сильнее сжал пальцы, что-то раздраженно выговаривая ей в лицо.

Сердце Питера пропустило удар. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Его супергеройские инстинкты кричали о том, что нужно спуститься, вмешаться, вырвать ее из этих рук. Но здравый смысл, горький и трезвый, напоминал: для нее он — никто. Просто парень, который иногда заходит за кофе и оставляет странные чаевые.

– Черт... – прошептал Питер, отходя от окна.

Он не мог просто смотреть. Схватив старую толстовку, он выбежал из квартиры.

На улице было холоднее, чем казалось из окна. Питер старался держаться на расстоянии, используя свои навыки, чтобы оставаться незамеченным. Он видел, как они зашли в небольшое кафе на углу — то самое, где часто сидел Нед.

Колокольчик над дверью звякнул, возвещая о приходе новых посетителей. Питер зашел следом через минуту, натянув капюшон пониже.

За угловым столиком сидел Нед. Он выглядел счастливым, перед ним лежали учебники из MIT, а рядом стоял огромный стакан с латте. Питер почувствовал укол острой боли в груди. Его лучший друг, его «парень в кресле», теперь строил будущее, в котором Питеру Паркеру не было места.

Эмджэй и Алекс сели за соседний стол.

– Я же сказал тебе, Мишель, что мы не пойдем на ту выставку, – голос Алекса был резким, хотя он старался говорить тихо. – Тебе там нечего делать. Твои друзья из пекарни — плохая компания.

– Это просто мои коллеги, Алекс, – ответила Эмджэй. В ее голосе не было привычного огня, только усталость. – И Нед тоже там будет. Мы договаривались встретиться всем вместе.

Алекс насмешливо фыркнул, взглянув в сторону Неда, который, почувствовав на себе взгляд, неловко улыбнулся и помахал рукой.

– Привет, Эмджэй! – крикнул Нед, сияя от радости. – Привет, Алекс.

Алекс даже не кивнул в ответ. Он повернулся к Эмджэй, перегородив ей обзор на друга.

– Видишь? Он даже не может нормально поздороваться, не выглядя как идиот. Ты тратишь свое время на неудачников. Ты со мной, Мишель. Привыкай к другому уровню.

Питер, стоявший у стойки заказов, почувствовал, как внутри закипает ярость. Он знал эту интонацию. Это был голос человека, который ломает чужую волю, капля за каплей, пока от личности не останется лишь тень.

– Парень, ты будешь что-то заказывать? – спросил бариста, вырывая Питера из раздумий.

– А... да. Обычный черный кофе, пожалуйста, – ответил Питер, стараясь не смотреть в сторону Эмджэй.

Но он не удержался. Когда он забирал свой стакан, его взгляд встретился с ее взглядом. На мгновение в глазах Эмджэй промелькнуло что-то странное — узнавание, которое она сама не могла объяснить. Она нахмурилась, словно пытаясь вспомнить сон, который забыла сразу после пробуждения.

– Мы знакомы? – тихо спросила она, когда Питер проходил мимо их столика.

Алекс тут же вскинулся, как ошпаренный.

– Кто это, Мишель? Еще один твой «коллега»?

Питер замер. Он видел, как пальцы Алекса судорожно сжали край стола.

– Нет, я... я просто часто бываю в той кофейне, где она работает, – быстро проговорил Питер, опуская глаза. – Извините.

– Вот и иди своей дорогой, приятель, – процедил Алекс. – Мы здесь заняты.

– Алекс, перестань, он ничего не сделал, – вмешалась Эмджэй, и в ее голосе прорезались те самые стальные нотки, которые Питер так хорошо помнил.

– Ты его защищаешь? – Алекс повысил голос, привлекая внимание немногих посетителей. – Ты серьезно защищаешь какого-то бродягу в рваной толстовке?

Нед, сидевший неподалеку, перестал улыбаться. Он выглядел обеспокоенным и явно не знал, стоит ли ему вмешиваться.

– Эй, ребят, может, остынете? – осторожно произнес Нед. – Мы же просто пришли выпить кофе.

– Заткнись, Лидс, – огрызнулся Алекс. – Тебя вообще никто не спрашивал.

Питер почувствовал, как его чувства обострились. Он видел, как у Алекса на шее вздулась вена. Этот человек был не просто контролирующим парнем — он был на грани срыва.

– Тебе лучше уйти, – обратился Алекс к Питеру, вставая из-за стола. Он был выше Питера и явно рассчитывал на физическое превосходство. – Сейчас же.

– Я уйду, – спокойно ответил Питер, хотя внутри него бушевал шторм. – Но тебе не стоит так разговаривать с ней. И с ним тоже.

Алекс расхохотался, но это был злой, сухой смех.

– Ты меня учить вздумал? Мишель, ты видишь это? Вот к чему приводит твоя привычка общаться с отребьем. Они начинают думать, что имеют право голоса.

Он схватил Эмджэй за запястье и потянул на себя.

– Мы уходим.

– Мне больно, Алекс, пусти, – Эмджэй попыталась вырваться, и в ее глазах Питер увидел то, чего никогда не хотел видеть. Страх.

Это стало последней каплей. Питер не мог использовать силу Человека-паука, не мог выдать себя, но он не мог и стоять в стороне. Он сделал шаг вперед и мягко, но решительно положил руку на запястье Алекса.

– Она сказала, что ей больно, – произнес Питер тоном, от которого у обычного человека пробежали бы мурашки по коже. В этом голосе звучала мощь, которую не могла скрыть никакая толстовка.

Алекс попытался стряхнуть руку Питера, но та была словно стальной обруч.

– Убери от меня свои лапы! – крикнул Алекс, замахиваясь свободной рукой.

Питер легко уклонился — для него это движение было медленным, как в густом киселе. Он не ударил в ответ, просто перехватил вторую руку Алекса, заставив того выпустить Эмджэй.

– Иди к Неду, – не оборачиваясь, бросил Питер девушке.

Эмджэй, тяжело дыша, отступила к столику друга. Нед тут же вскочил, загораживая ее собой.

– Ты хоть понимаешь, кто я такой? – шипел Алекс, пытаясь вырваться. – Мой отец...

– Мне все равно, кто твой отец, – перебил его Питер. – Я вижу, кто ты. Ты трус, который самоутверждается за счет тех, кто тебя любит. Если я еще раз увижу, что ты хватаешь ее так...

Питер не договорил. Он просто чуть сильнее сжал пальцы, и Алекс поморщился от боли.

– Пошел вон, – тихо закончил Питер.

Алекс, осознав, что физически он ничего не может противопоставить этому странному парню, отступил. Он поправил куртку, стараясь вернуть себе остатки достоинства, хотя его руки заметно дрожали.

– Ты об этом пожалеешь, Мишель! – крикнул он, пятясь к выходу. – Не смей мне звонить!

Дверь кафе захлопнулась с оглушительным звоном.

В помещении воцарилась тишина. Питер стоял, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин постепенно уходит, оставляя после себя пустоту. Он медленно обернулся.

Эмджэй сидела за столом Неда, обхватив себя руками. Нед неуклюже гладил ее по плечу, бормоча что-то утешительное.

– Ты в порядке? – спросил Питер, подходя ближе, но сохраняя дистанцию.

Эмджэй подняла на него глаза. В них больше не было страха, только бесконечное замешательство.

– Да... спасибо, – она сглотнула. – Это было... смело. И очень глупо. Он действительно может создать проблемы.

– Мне не привыкать к проблемам, – Питер попытался улыбнуться, но улыбка вышла грустной.

Нед внимательно смотрел на Питера, щурясь за очками.

– Слушай, чувак, я тебя знаю? – спросил он. – Ты выглядишь... знакомо. И то, как ты двигался... как будто ты занимаешься боевыми искусствами или вроде того.

Питер почувствовал, как сердце сжалось.

– Нет, Нед. Мы не знакомы. Я просто... часто вижу вас здесь. Вы кажетесь хорошими людьми.

– Откуда ты знаешь мое имя? – Нед подозрительно прищурился.

Питер замер. Ошибка. Глупая, непростительная ошибка.

– Ты... ты только что назвал его, когда Алекс кричал, – быстро нашелся он. – «Заткнись, Лидс», помнишь?

Нед на мгновение задумался, а затем кивнул.

– А, точно. Ну да. Слушай, спасибо, что вмешался. Этот Алекс — настоящий придурок. Я пытался сказать это Эмджэй уже несколько месяцев, но она...

– Я сама все видела, Нед, – прервала его Эмджэй. Она встала и подошла к Питеру.

Теперь, когда между ними не было стола и агрессивного парня, Питер почувствовал ее запах — легкий аромат корицы и старых книг. Тот самый запах, который преследовал его в снах.

– Как тебя зовут? – спросила она.

Питер помедлил. Ему хотелось крикнуть: «Это я! Питер! Твой Питер!». Ему хотелось обнять ее и пообещать, что больше никто и никогда не посмеет причинить ей боль. Но он помнил слова Доктора Стрэнджа. Помнил цену, которую они заплатили за спасение мира.

– Питер, – ответил он. – Питер Паркер.

Эмджэй повторила его имя одними губами, словно пробуя его на вкус.

– Питер Паркер... Странно. У меня такое чувство, будто я должна была это знать.

– Наверное, просто распространенное имя, – Питер отступил на шаг. Ему нужно было уйти, пока он не сорвался. Пока не рассказал ей все. – Вам лучше проводить ее домой, Нед. На улице темно.

– Да, конечно, – Нед начал собирать свои учебники. – Слушай, Питер, может... может, хочешь как-нибудь зайти к нам? Мы часто здесь сидим.

Питер посмотрел на Неда, затем на Эмджэй. Она смотрела на него с нескрываемым любопытством, и в этом взгляде была искорка той самой девушки, которая когда-то разгадала его главную тайну.

– Может быть, – ответил Питер. – Может быть.

Он развернулся и вышел из кафе. Холодный воздух ударил в лицо, принося облегчение. Снег продолжал падать, заметая следы Алекса, заметая его собственные следы.

Питер знал, что Алекс так просто не сдастся. Такие люди не умеют проигрывать. Но он также знал, что теперь он будет рядом. Не как парень, не как лучший друг, а как тень, охраняющая их покой.

Он посмотрел на свои руки. Они все еще немного дрожали. Не от страха, а от осознания того, как близко он был к тому, чтобы все разрушить.

– Я обещал, что ты будешь в безопасности, – прошептал он в пустоту зимнего вечера. – Даже если ты никогда не узнаешь, кто я.

В окне кафе он увидел, как Нед и Эмджэй выходят на улицу. Нед что-то увлеченно рассказывал, размахивая руками, а Эмджэй впервые за вечер слабо улыбнулась.

Питер Паркер, забытый всем миром, стоял в тени переулка и смотрел им вслед. У него не было дома, в который хотелось бы возвращаться, не было семьи и друзей, которые ждали бы его звонка. Но у него была его ответственность. И, возможно, совсем крошечный шанс начать все сначала.

Он натянул маску, скрытую под толстовкой, и одним легким прыжком взлетел на крышу здания. Город ждал своего героя, а Питер Паркер наконец-то почувствовал, что у него снова есть причина сражаться.

Не ради спасения вселенной. А ради одной девушки с запахом корицы, которая только что снова узнала его имя.