Второй мастер Халдеи и Фея природы

Солнце над Гарденией вставало лениво, словно неохотно разгоняя туман над гладью залива. Для сонного прибрежного городка в Калифорнии это было самое обычное утро: кричали чайки, шелестели пальмы вдоль набережной, а редкие бегуны уже шуршали кроссовками по асфальту.

Но для двухэтажного особняка в колониальном стиле, стоявшего на самом краю скалистого мыса за чертой центральных кварталов, утро обычным назвать не повернулся бы язык ни у одного вменяемого смертного.

На веранде, развалившись в плетеном шезлонге, сидел молодой человек девятнадцати лет. На нем были гавайская рубашка с кричащим принтом из розовых фламинго, расстегнутая на груди, просторные пляжные шорты и солнцезащитные очки с зеркальными стеклами. На коленях лежал раскрытый выпуск японской манги, в зубах дымилась тонкая сигарета, а в правой руке покачивался высокий стакан с молочным коктейлем и клубничным сиропом.

Это был Гарри Поттер. Или, если быть точным в документах Часовой Башни и Халдеи — Гарри Адасина-Фудзимару.

Человек, которого волшебная Британия когда-то списала в утиль как бесполезного близнеца «Великого Спасителя Годрика». Человек, который собственными руками вырезал генералов Волан-де-Морта из крупнокалиберного магловского железа, плюнул в лицо напыщенному Дамблдору с его демагогией о «высшем благе», прострелил плечо собственному так называемому отцу и навсегда захлопнул за собой дверь в гнилой мирок британских чистокровных.

А затем спас человечество. Семь Сингулярностей, временные аномалии, кошмары Потерянных Поясов — плечом к плечу со своим кузеном Рицукой, верной Мэш и горсткой безумцев из Халдеи.

– Эй, Мастер! Ты опять зажал клубничное мороженое?! – раздался возмущенный вопль со стороны кухни.

Дверь-сетка с грохотом распахнулась, и на веранду вылетела невысокая блондинка в коротких джинсовых шортах и красной кожаной куртке поверх спортивного топа. Ее зеленые глаза метали молнии, а непокорный хохолок волос на макушке дергался в такт ее раздражению.

Сэйбер. Рыцарь Круглого Стола. Мордред.

– Мордред, солнце мое, – Гарри даже не шелохнулся, лениво перевернув страницу манги мизинцем, – во-первых, не «зажал», а реквизировал в стратегический фонд ради душевного равновесия твоего драгоценного Мастера. Во-вторых, ты вчера в одно рыло сожрала три ведерка пломбира и запила это двумя литрами газировки. Мой кошелек плачет кровавыми слезами, а ведь мы здесь под прикрытием.

– Плевать я хотела на прикрытие! – Мордред уперла руки в бока и наклонилась к нему, сверкая клыкастой усмешкой. – Я героическая душа! Мне положено восполнять прану качественной жратвой! И вообще, если ты сию секунду не отдашь мне десерт, я проверю твои рефлексы Кларентом прямо через этот шезлонг!

– Yare yare daze... – вздохнул Гарри, театрально приподняв очки и сверкнув серыми глазами, в глубине которых на секунду блеснула сталь. – Женщины. Стоит спасти с ними пару миров, как они начинают считать твой холодильник своей законной добычей. Ну давай, пацанка, рискни. Только учти: если испортишь мне шезлонг, полы во всем доме до конца недели будешь мыть без магии. Шваброй.

– Ах ты!..

– Прекратите этот балаган. Вы оскорбляете слух моего мужа.

Воздух на веранде внезапно похолодел. Не просто остыл — сама атмосфера стала давящей, тяжелой и величественной, словно солнечный калифорнийский свет сменился сумраком вечного тронного зала.

Из тени дверного проема неслышно шагнула высокая женщина ослепительной красоты. Пепельно-белые волосы, ниспадающие водопадом ниже талии, безупречная фарфоровая кожа, строгие черты лица и глубокие, пронзительные голубые глаза, в которых таилась бездна древней магии. На ней было элегантное черное шелковое платье, плотно облегающее фигуру — современная адаптация ее одеяния, но осанка выдавала истинную правительницу.

Моргана Ле Фэй. Берсеркер Затерянного Пояса.

Она подошла к шезлонгу Гарри и с абсолютной естественностью положила тонкую, унизанную кольцами ладонь ему на плечо, слегка сжав пальцы в собственническом жесте.

– Мой милый Гарри, – ее голос звучал мягко, но в нем звенел чистый лед, – если эта невоспитанная девчонка причиняет тебе неудобство, тебе стоит лишь шепнуть слово. Я с удовольствием заморожу ее и выставлю в саду в качестве статуи. Ей очень пойдет ледяная корка.

Мордред мгновенно окрысилась, ее рука инстинктивно дернулась к бедру, где в духовной форме покоился ее демонический меч.

– Слышь, карга старая! Кого ты там заморозить собралась?! Да я тебя на ленточки распущу раньше, чем ты успеешь палочкой махнуть!

– Попробуй, дитя, – холодно усмехнулась Моргана, даже не удостоив ее взглядом. – Ты забываешь, перед кем стоишь.

– О, Святая Мать Тереза и все апостолы рок-н-ролла, только не снова, – простонал Гарри, закрывая лицо мангой. – Девочки, брейк. Мы приехали в Штаты всего три дня назад. Если вы разнесете этот район до того, как мы вообще поймем, что здесь творится, лорд Эль-Меллой лично выпьет весь мой запас успокоительного, а потом прилетит сюда на метле и задушит меня голыми руками.

– Мастер прав! Ссориться недостойно воинов!

Легкий шорох, звон колокольчиков, и прямо на деревянные перила веранды опустилась невысокая фигура. Девушка с короткими темными волосами и задорными карими глазами балансировала на тонкой доске с грацией дикой кошки. На ней был традиционный короткий наряд, обнажающий бедра и плечи, а за спиной виднелась рукоять катаны.

– Ушивакамару докладывает! – весело отчеканила Райдер, склонив голову и лучезарно улыбнувшись Гарри. – Периметр чист, милорд! Никаких следов вражеских синоби, чудовищ или подозрительных колдунов в радиусе двух миль! Я готова в любой момент отрубить головы вашим врагам и положить их к вашим стопам!

– Спасибо, Уши, прелесть моя, – вздохнул Гарри, улыбнувшись уголком рта. – Головы пока рубить не надо, мы их пока даже не нашли. И вообще, спустись с перил, люди снизу увидят — решат, что здесь цирк на выезде гастролирует.

Ушивакамару легко соскочила на пол, подошла к шезлонгу с другой стороны от Морганы и, словно преданный щенок, прижалась щекой к руке Гарри, ожидая похвалы. Моргана лишь слегка приподняла бровь, но промолчала — к преданности этой девочки она относилась снисходительно, в отличие от вздорного характера Мордред.

– А где остальные бездельники? – поинтересовался Гарри, потягивая коктейль через трубочку.

– Кухулин ушел к пирсу, – фыркнула Мордред, все еще косясь на Моргану. – Сказал, что местная рыбалка — дерьмо, но сидеть в доме с тремя бабами и одним ленивым Мастером выше его сил. Взял ящик пива и спиннинг. Сасаки торчит у ворот. Стоит там как истукан уже четыре часа, говорит, «наблюдает за полетом ласточек над калифорнийскими пальмами». Философ недоделанный.

– А Скади?

– Кастер на кухне, – отозвалась Моргана, и в ее тоне проскользнула легкая тень насмешки. – Изучает то, что смертные называют «микроволновой печью». И, кажется, пытается сотворить заклинание вечной мерзлоты над упаковкой замороженной пиццы, потому что не понимает концепции полуфабрикатов.

– О Господи... – Гарри со стоном сполз по шезлонгу. – Богиня северного льда и микроволновка. Это рецепт катастрофы похлеще, чем падение Фуюки.

Он резко выпрямился, стряхнул с себя напускную лень и с легким щелчком опустил очки на кончик носа. Взгляд его изменился в доли секунды — шутливый подросток исчез, уступив место тому самому «Ученику Убийцы Магов», прошедшему огонь и кровь.

Он поднялся на ноги. Рост под метр восемьдесят пять, широкие плечи, плавные, хищные движения, выработанные годами тренировок под присмотром Балалайки в Роанапуре и мистера Чана в подворотнях Гонконга. На поясе под гавайской рубашкой привычно и незаметно покоились две кобуры: модифицированные «Беретты 92FS», гравированные сложнейшими руническими Мистическими Кодами его матери Хисири и усиленные материаловедением Часовой Башни.

– Ладно, народ, кончаем валять дурака, – произнес он ровным, глубоким голосом, в котором безошибочно угадывалась власть Мастера. – Переходим к делу.

Мордред сразу подобралась, скрестив руки на груди. Ушивакамару вытянулась в струнку. Даже Моргана сделала шаг назад, с легким удовлетворением во взгляде признавая авторитет человека, которого выбрала.

– Напомню диспозицию, – Гарри подошел к деревянному столику, на котором лежала раскрытая карта города, исчерканная тонкими светящимися линиями. – Мы здесь по прямому запросу лорда Эль-Меллоя и наблюдениям Халдеи. Лей-линии Северной Америки всегда были стабильны, но последнюю неделю в районе Гардении датчики фиксируют аномальные всплески. Причем это не стандартное волшебство современных магов и не прана Слуг.

Он коснулся пальцем центра карты:

– Волна энергии имеет двойственную природу. Первая часть — светлая, невероятно древняя, насыщенная природными элементами, схожая с Эпохой Богов или магией духов Высшего Фейриленда. Очень похожа на то, что когда-то генерировали истинные фейри Британии, но более... легкомысленная, что ли. Словно переработанная через призму человеческих эмоций.

– Фейри? – Моргана слегка прищурилась, в ее глазах мелькнула опасная искра. – Настоящие фейри не бывают легкомысленными. Они жестоки, капризны и прекрасны. Если здесь объявились самозванцы, претендующие на наше наследие, я с удовольствием напомню им, что такое истинный Владыка Озер.

– Попридержи коней, королева, – усмехнулся Гарри. – Есть и вторая сигнатура. И вот она мне нравится куда меньше.

Он постучал пальцем по прибрежной зоне, ближе к заброшенным складам и портовым докам:

– Темная, хищная, вампирическая магия. Она не просто использует линии — она выкачивает их досуха, пожирая саму суть природной маны. По описаниям информаторов Часовой Башни, в городе крутятся четверо неизвестных. Мужчины, одеты в темные плащи, стилистика похожа на чернокнижников эпохи раннего Средневековья. Их методы грубые, целенаправленные и явно направлены на охоту.

– Охоту? – переспросила Мордред, оскалившись. – На кого?

– На источник первой энергии, – ответил Гарри. – Судя по резонансу линий, в Гардении находится спящий или пробуждающийся источник огромной природной силы. Кто-то местный. И эти четверо идут по следу. Но самое забавное...

Он криво усмехнулся в манере Данте, щелкнув пальцами:

– ...буквально вчера вечером в черте города засекли еще одну группу. Шесть аномальных энергетических сигнатур, только что прибывших через пространственный переход. Девицы. Магический фон — чистый позитив, пыльца, блестки и прочая розовая чушь, от которой у меня зубы сводит. Эль-Меллой прислал предварительные данные: они называют себя «феями» из другого измерения, Магикса.

На веранде воцарилась тишина. Первой не выдержала Мордред:

– Феи? Из другого измерения? С блестками?! – она покатилась со смеху, хлопая себя по коленям. – Мастер, ты серьезно?! Ты потащил нас в эту дыру ради кучки летающих девок с блестками?!

– Смейся-смейся, – невозмутимо парировал Гарри. – Эти «девки с блестками» разгромили несколько армий в своем мире, если верить обрывкам отчетов архива Ассоциации. Магия Магикса использует концептуальную силу планет и стихий напрямую, минуя Источник. Это грубая, но колоссальная по объему мощь. Если они схлестнутся посреди Гардении с теми четырьмя упырями в черном, от города останется дымящийся кратер. А моя задача — не допустить прорыва Лей-линий и сокрытия Тайны.

– И каков наш план, Мастер? – деловито спросила Ушивакамару. – Напасть на них из засады и перебить обе стороны?

– План простой, – Гарри поправил воротник рубашки и достал из кармана пачку долларов. – Джозеф Джостар в таких ситуациях всегда говорил: «Лучшая тактика — наблюдать издалека, пока идиоты бьют друг другу морды, а потом забрать приз». Мы не вмешиваемся. Мы играем роль простых туристов. Я иду в город на разведку — нужно осмотреть местный молодежный район, где чаще всего фонят линии. Кажется, там открылся какой-то странный магазин животных, от которого за версту несет фейской магией.

– Я иду с тобой, – безапелляционно заявила Мордред, шагнув вперед.

– И я, – холодно добавила Моргана. – Мой муж не пойдет в логово чужаков без защиты своей королевы.

– Нет, девочки, – Гарри выставил ладони вперед, изображая панику в стиле Джоске Хигашикаты. – Никаких королев и берсеркеров в общественных местах! Вы забыли, что было в прошлый раз в Лондоне, когда Моргана решила, что продавец хот-догов проявил неуважение к королевскому дому, и чуть не призвала Крах Камелота посреди Трафальгарской площади?!

Моргана слегка отвела взгляд, сохраняя невозмутимое выражение лица:

– Этот плебей посмел положить слишком много горчицы. Это было оскорблением.

– Вот именно! – Гарри картинно схватился за сердце. – Я иду один. В крайнем случае, возьму Сасаки или Кухулина — они хотя бы умеют притворяться обычными бомжами или бродячими хиппи. Мордред, остаешься за главную. Проследи, чтобы Скади не заморозила микроволновку вместе со всем домом.

– Эй! Я тебе не нянька! – рявкнула Сэйбер, но Гарри уже перемахнул через перила веранды, мягко приземлившись на траву газона внизу.

– До вечера, дамы! – бросил он через плечо, сверкнув белозубой улыбкой. – Если кто-то тронет мой стратегический запас пиццы в морозилке — пущу на корм ласточкам Коджиро!

С этими словами он растворился среди деревьев, ведущих к городской дороге, двигаясь с бесшумной легкостью опытного наемника.

---

Центр Гардении жил своей обычной жизнью. Солнце припекало, пахло морской солью, кофе и выпечкой из многочисленных кофеен. Гарри неспешно шел по тротуару, спрятав руки в карманы шорт. Под легкой тканью рубашки надежно сидели две кобуры, но внешне он выглядел как типичный калифорнийский бездельник: небрежная походка, ленивый взгляд из-под очков, легкая усмешка на губах.

Однако его внутреннее зрение — Магические Цепи, доставшиеся от рода Адасина и активированные тяжелыми годами тренировок, — работало на полную мощность.

Город буквально зудел от неестественного напряжения. Воздух казался плотным, как желе перед грозой.

– Черт возьми, – пробормотал Гарри себе под нос, свернув на тихую улочку, засаженную кленами. – Дамблдор со своим Орденом Феникса лопнул бы от зависти, если бы увидел, сколько здесь маны разлито впустую. Идиоты. Британские маги варятся в своем котле, меряясь чистотой крови, а прямо у них под носом целый пласт реальности трещит по швам.

Он остановился напротив двухэтажного здания с вывеской, оформленной в ярких пастельных тонах. На вывеске красовалась надпись: «Love & Pet».

– Ага. Вот оно. Эпицентр розового безумия.

Изнутри доносился тонкий звон колокольчиков, лай маленьких собачек и приглушенный девичий смех. Но для чувств Мастера здание сияло как новогодняя елка посреди пустыни. Магия, исходившая оттуда, была густой, концентрированной и совершенно чуждой этому миру. Она пахла цветами, весенним дождем и... детской наивностью.

Гарри прислонился к фонарному столбу на противоположной стороне улицы, достал пачку сигарет, чиркнул зажигалкой и сделал глубокую затяжку.

В этот момент дверь магазина распахнулась, и на улицу вышли несколько девушек.

Гарри слегка приспустил очки, внимательно наблюдая.

Они выглядели как обычные студентки или старшеклассницы, но только для слепого обывателя. Впереди шла рыжеволосая девушка в стильном топе и джинсах — Блум, если верить досье Часовой Башни. Ее аура пылала первозданным огнем, мощным и диким, напоминающим дыхание драконов древности. Рядом с ней щебетала блондинка с безупречной укладкой — Стелла, солнце и свет. Следом шли остальные: шатенка с аурой растений, синеволосая девчонка с повадками техномагического гения, темнокожая спортсменка, управляющая текучей энергией, и девушка с азиатскими чертами лица, чья магия звенела чистыми звуковыми волнами.

Клуб Винкс. В полном составе.

– Святые угодники, – тихо хмыкнул Гарри, выпуская струйку сизого дыма. – Они реально думают, что это маскировка? От них же фонит за три мили. Любой второсортный Инфорсер из Ассоциации уже наложил бы на этот район поле захвата и пустил в ход боевые гомункулы.

Девушки весело переговаривались, явно не замечая слежки. Они казались абсолютно беспечными, словно приехали на каникулы, а не на охоту за последней земной феей.

И эта беспечность вызвала у Гарри горькую усмешку.

– Как же вы напоминаете мне Годрика, – прошептал он с легкой тенью презрения. – Такие же яркие, уверенные в своей избранности, купающиеся во внимании и уверенные, что мир крутится вокруг вашей доброты и силы дружбы. Жаль только, что реальные хищники не слушают речей о дружбе. Они просто стреляют в затылок.

Он не собирался подходить ближе. Он знал свое ремесло: пока противник не раскрыл карты, лучший охотник — тот, кого не существует.

Гарри уже собирался развернуться и пойти в сторону бара на набережной, чтобы выпить холодного сидра, как вдруг его Магические Цепи внутри тела обожгло резким, ледяным спазмом.

Это было не просто ощущение магии. Это было чувство опасности — то самое чутье, которое спасало ему жизнь в схватках с апостолами Мертвых Апостолов, беглыми магами и наемниками в трущобах Юго-Восточной Азии.

В воздухе резко запахло озоном, серой и гнилью.

На крыше противоположного здания — прямо над магазином «Love & Pet» — сгустились тени. Солнечный свет словно преломился, отказываясь освещать четыре темные фигуры, застывшие на карнизе.

Маги Черного Круга.

Гарри замер, мгновенно сбросив окурок под подошву и вжавшись в тень клена. Его правая рука плавно, без единого лишнего движения, скользнула под полу гавайской рубашки, коснувшись рифленой рукояти «Беретты». Пальцы легли на холодный металл с привычной уверенностью.

Тот, что стоял во главе — высокий мужчина с длинными бордовыми волосами и холодным, аристократичным лицом, — медленно поднял руку. Огрон. Рядом с ним возвышался громила в маске (Анаган), тощий парень с безумным оскалом (Гантлос) и длинноволосый маг теней (Думан).

Они не смотрели на Винкс. Их взгляды были устремлены дальше по улице — туда, где к магазину приближалась простая земная девушка с розовыми волосами, держащая на поводке белую собаку.

Рокси. Последняя фея Земли.

– Вот оно как, – пробормотал Гарри, чувствуя, как внутри закипает боевой азарт, знакомый по безумным вылазкам с Данте и Реви. – Охотники вышли на тропу. А цыплята даже не чуют лису.

Винкс продолжали смеяться у входа, совершенно не замечая присутствия четверых древних магов прямо над своими головами. Огрон сделал шаг вперед, и вокруг его пальцев заплясали темные искры, готовые сорваться смертоносным проклятием, способным поглотить волю земной девушки.

Ситуация была патовой. Если чернокнижники ударят сейчас, начнется бойня посреди бела дня. Земная полиция, паника, раскрытие Тайны... и лорд Эль-Меллой, который после этого точно снимет с Гарри скальп.

– Ну уж нет, уроды, – оскалился Гарри. В его глазах вспыхнул опасный, шальной огонек Джозефа Джостара. – Вы не испортите мне калифорнийский отпуск.

Он не стал обнажать оружие. Для опытного мага-убийцы стрельба посреди людной улицы была крайней мерой.

Вместо этого Гарри активировал свой тайный козырь — родовую магию льда и манипуляции концепциями, ту самую, которой он в младенчестве стер тело Волан-де-Морта в порошок.

Он слегка топнул ногой по асфальту.

Тончайшая, невидимая глазу трещина побежала по земле, пересекла дорогу и змеей метнулась вверх по водосточной трубе здания, где засели маги Черного Круга. Никаких спецэффектов. Никаких криков заклинаний. Чистая прана, сжатая до микроскопической плотности.

В тот самый миг, когда Огрон собирался спрыгнуть вниз, край карниза прямо под его ногой мгновенно покрылся тончайшей коркой сверхскользкого абсолютного льда, а бетон под ней рассыпался в пыль от температурного шока.

– Что за?.. – успел выдохнуть лидер Черного Круга.

Его нога соскользнула с физической нелепостью, достойной дешевой комедии. Величественный, древний темный маг, наводивший ужас на целые поколения фей, взмахнул руками, потерял равновесие и с глухим стуком приложился подбородком о край крыши, сбив с ног стоявшего рядом Гантлоса.

– Огрон! – рявкнул Анаган, едва успев перехватить своего лидера за плащ.

Шум на крыше заставил Блум и остальных Винкс резко вскинуть головы.

– Что это было?! – крикнула Стелла, мгновенно насторожившись. – Там, наверху!

– Враги! – глаза Блум вспыхнули огнем. – Девочки, трансформация!

– Проклятье! Мы обнаружены! – прошипел Огрон, с бешенством поднимаясь на ноги и потирая ушибленный подбородок. Его глаза метали молнии, но внезапность была утеряна. – Отступаем в тени! Наш час еще не настал!

Тьма заклубилась вокруг четверки, и маги Черного Круга растворились в воздухе за долю секунды до того, как разноцветные лучи фейской магии озарили улицу, возвещая о начале превращения клуба Винкс.

На противоположной стороне улицы Гарри Поттер уже неспешно удалялся по тротуару, засунув руки в карманы и насвистывая дурацкую поп-мелодию из радиоприемника.

– Никакого чувства стиля у этих темных магов, – ухмыльнулся он, покачивая головой. – Падают как мешки с картошкой. И это те самые легендарные охотники? Скука смертная. Балалайка бы за такую координацию заставила их маршировать по минному полю в одних трусах.

Он свернул в переулок, достал из кармана небольшой зашифрованный коммуникатор Халдеи и нажал кнопку вызова.

– Алло? База? Это Мастер.

– Гарри? – раздался усталый, напряженный голос лорда Эль-Меллоя II, сквозь который слышался шелест бумаг и тиканье часов в кабинете Часовой Башни. – Докладывай. Ты нашел источник возмущений?

– Нашел, шеф, – лениво протянул Гарри, облокотившись о кирпичную стену. – Тут полный комплект: летающие школьницы в блестках, квартет готов-переростков с манией величия и одна перепуганная официантка с собакой, которая понятия не имеет, что она — последний оплот земной магии.

На том конце провода послышался тяжелый вздох, звук открываемой пачки сигар и отчетливый стук лба профессора о деревянную столешницу.

– Святые Небеса... Только не говори мне, что ты уже вмешался.

– Обижаете, профессор! Я — сама деликатность. Всего лишь преподал местным злодеям базовый урок гравитации и трения твердых тел. Никаких жертв, Тайна в безопасности, Винкс заняты своими розовыми делами, а Черный Круг зализывает ушибленное эго.

– Гарри, слушай меня внимательно, – голос Эль-Меллоя стал предельно серьезным. – Ситуация в Гардении сложнее, чем кажется. Если Черный Круг захватит последнюю фею, печать Земли падет, и Лей-линии континента могут схлопнуться. Это приведет к масштабной пространственной сингулярности. Ты должен держать руку на пульсе. Но не смей вступать в прямой бой, пока они не раскроют все козыри.

– Знаю, знаю, – отмахнулся Гарри. – «Охотник ждет, пока дичь выдохнется». Меня этому учил Кирицугу через записи Майи, помните? Я не герой, профессор. Я не мой придурковатый братец Годрик, чтобы орать боевые кличи и лезть на рожон ради аплодисментов толпы.

– Вот за это я тебя и ценю, – вздохнул Эль-Меллой. – И... Гарри?

– Да?

– Передай Мордред, чтобы она прекратила слать мне счета за доставку фастфуда на адрес Ассоциации. Я профессор магии, а не ее личный спонсор.

– Не обещаю, шеф! Конец связи!

Гарри спрятал коммуникатор в карман, сладко потянулся, хрустнув позвонками, и зашагал обратно в сторону мыса.

Солнце клонилось к закату, окрашивая океан в багровые и золотые тона. Вечерний бриз приятно холодил лицо. Впереди его ждал дом, полный невыносимых, вздорных, опасных и бесконечно любимых Слуг, вечная ругань за кусок пиццы и холодная сталь верных пистолетов.

– Ну что ж, Гардения, – тихо произнес Гарри, глядя на загорающиеся в сумерках огни города. – Посмотрим, на что способны ваши сказки, когда в игру вступят настоящие монстры.

Он усмехнулся, щелкнул пальцами и растворился в вечерней тени, оставляя за собой лишь легкий запах пороха и морской соли.