Сана ты его девушка вы встречаетесь 3 месяца но потом он редко обращает на тебя внимание и мало проводит время с тобой из-за борьбы со своим врагом Винченцо Кассано но ты всё равно была сним и была на его стороне.

Сана сидела на мягком диване в роскошном пентхаусе Чан Джун-у, обнимая колени. За окном расстилался ночной Сеул, мерцающий миллионами огней, но ей было не до красоты. В ее душе царила такая же темнота, как и за пределами этой комнаты, которую Джун-у когда-то называл их «святилищем». Три месяца назад их отношения начались как бурный роман, полный страсти и обещаний. Он был внимательным, нежным, и Сана чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Но потом все изменилось.

Винченцо Кассано. Это имя стало эхом в их жизни, разрушая все, что они строили. Сначала Джун-у начал задерживаться на работе, объясняя это "важными делами". Потом звонки становились все реже, встречи — все короче. Его глаза, когда-то полные любви и озорства, теперь были наполнены холодной решимостью и скрытой яростью. Сана чувствовала, как он отдаляется, словно тонкая нить, связывающая их, медленно, но верно рвется. Но она держалась. Она любила его, любила того, кого знала, того, кто прятался за маской глуповатого стажера.

Сегодня вечером он снова опоздал. Прошло уже за полночь, а его все не было. Сана попыталась отвлечься, пролистывая старые фотографии на телефоне. Вот они смеются, гуляя по парку. Вот он целует ее в щеку, а она краснеет. Вот он шепчет ей слова любви, обещая быть рядом всегда. Слезы невольно навернулись на глаза. Где тот Джун-у? Куда он делся?

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Джун-у. Его галстук был ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстегнута, а в глазах читалась усталость, смешанная с чем-то более темным, чем Сана могла понять. Он бросил пиджак на кресло, не глядя на нее, и направился к бару.

"Ты не спишь?" – спросил он, его голос был глухим и безэмоциональным.

"Ждала тебя", – ответила Сана, стараясь, чтобы ее голос не дрожал.

Он налил себе виски, не предлагая ей. "Не стоило. Я же говорил, что сегодня будет поздно".

"Ты говорил это каждую ночь последнюю неделю", – тихо проговорила Сана. "Джун-у, что происходит?"

Он повернулся к ней, в его глазах мелькнула раздражение. "Ничего, чего бы ты не знала. Работа, Сана. У меня много работы".

"Работа, или Винченцо Кассано?" – осмелилась она спросить.

Джун-у напрягся. Его челюсти сжались. "Не лезь не в свое дело".

"Мое дело – это ты!" – Сана встала, ее голос наполнился отчаянием. "Я твоя девушка! Ты отдалился от меня, ты совсем не обращаешь на меня внимания! Я чувствую, что теряю тебя!"

Он сделал шаг к ней, его лицо было непроницаемым. "Ты не теряешь меня. Я просто очень занят. У меня враг, который пытается разрушить все, что я строил. Ты хочешь, чтобы я сидел сложа руки?"

"Я хочу, чтобы ты был тем Джун-у, которого я полюбила", – прошептала она. "Тем, кто смеялся, тем, кто заботился обо мне. Тем, кто не был одержим местью".

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. "Тот Джун-у был маской, Сана. Я был маской. А это – я. Настоящий я".

Ее сердце сжалось от этих слов. Она знала, что он не был просто наивным стажером. Она видела в нем силу, амбиции, но никогда не думала, что это будет настолько мрачно.

"Но я все равно люблю тебя", – сказала она, и в ее голосе звучала непоколебимая преданность. "Я готова быть рядом, поддерживать тебя. Но ты должен позволить мне это. Ты должен хотя бы разговаривать со мной".

Джун-у посмотрел на нее, и на мгновение в его глазах промелькнуло что-то похожее на боль. Или, может быть, ей показалось. Он подошел к ней, взял ее лицо в свои руки. Его прикосновения были грубыми, но в то же время нежными.

"Ты не понимаешь, Сана", – прошептал он, его дыхание опалило ее кожу. "Если ты будешь слишком близко, ты можешь пострадать. Мой мир – это не то место, где тебе стоит быть".

"Я не боюсь", – ответила она, глядя ему прямо в глаза. "Я не оставлю тебя. Я буду рядом, несмотря ни на что".

Он усмехнулся, на этот раз с оттенком горькой иронии. "Как трогательно. Но я не нуждаюсь в твоей жалости".

"Это не жалость, Джун-у. Это любовь", – ее голос дрогнул.

Он отпустил ее, отступив на шаг. "Иногда любовь – это слабость. А я не могу позволить себе быть слабым. Особенно сейчас".

Он снова налил себе виски, выпил залпом. Сана смотрела на него, чувствуя, как между ними растет невидимая стена. Она хотела пробиться сквозь нее, но не знала как.

На следующий день Сана решила действовать. Она не могла просто сидеть и смотреть, как Джун-у погружается в бездну своей мести. Она знала, что Хон Ча Ён – адвокат, которая работала с Джун-у, когда он был стажером – была связана с Винченцо. Она решила, что должна узнать больше, чтобы понять, что происходит.

Сана нашла офис юридической фирмы "Вусанг", где раньше работал Джун-у. Она чувствовала себя неловко, но решимость была сильнее страха. Когда она вошла, то увидела Хон Ча Ён, сидящую за столом, погруженную в бумаги.

"Извините, мисс Хон", – начала Сана, стараясь говорить уверенно. "Я Сана. Девушка Чан Джун-у".

Хон Ча Ён подняла голову, ее глаза были удивленными, но в них не было враждебности. "Ох, да. Я слышала о вас. Присаживайтесь".

Сана села на стул напротив. "Я пришла, потому что беспокоюсь о Джун-у. Он очень изменился. И я знаю, что это связано с Винченцо Кассано".

Хон Ча Ён внимательно посмотрела на нее. "Джун-у – очень сложный человек, Сана. Он не тот, кем кажется".

"Я знаю", – тихо ответила Сана. "Я знаю, что он настоящий председатель Babel Group. И я знаю, что он одержим местью".

Хон Ча Ён кивнула. "Его ненависть к Винченцо и моему отцу, который пытался остановить Babel, очень глубока. Он не остановится ни перед чем".

"Но почему?" – спросила Сана. "Почему он так зол? Что такого сделал Винченцо?"

"Винченцо Кассано – итальянский мафиози и советник. Он приехал в Корею, чтобы забрать золото, спрятанное в здании Гымга Плаза, которое принадлежит Babel. Он стал нашим врагом, когда попытался остановить их незаконную деятельность", – объяснила Хон Ча Ён. "Он борется с Babel Group, чтобы восстановить справедливость и отомстить за смерть моего отца".

Сана слушала, ее сердце сжималось. Она знала, что Джун-у был могущественным человеком, но масштабы его империи и его жестокости поражали ее.

"Я не хочу, чтобы он потерял себя в этой ненависти", – сказала Сана, ее голос дрогнул. "Я хочу помочь ему".

Хон Ча Ён вздохнула. "Я не знаю, Сана. Он очень опасен. И он не слушает никого. Особенно тех, кто пытается его остановить".

"Но я не хочу его останавливать. Я хочу быть рядом", – настаивала Сана. "Он все еще нуждается в любви, даже если он этого не показывает".

Хон Ча Ён посмотрела на нее с сочувствием. "Я ценю вашу преданность, Сана. Но будьте осторожны. Джун-у – это бездонная яма. Чем глубже вы погружаетесь, тем труднее выбраться".

Когда Сана вышла из офиса, она чувствовала себя еще более потерянной. Она любила Джун-у, но теперь она видела, насколько он глубоко погряз в своей ненависти.

Вечером, когда Джун-у вернулся, Сана ждала его. Она приготовила его любимую еду, надеясь, что это поможет растопить лед между ними. Но он был еще более отстраненным, чем обычно.

"Я была у Хон Ча Ён", – сказала Сана, когда они сели за стол.

Джун-у замер, его вилка остановилась на полпути ко рту. "Что ты там делала?" – его голос был холоден, как лед.

"Я хотела понять", – ответила Сана. "Понять, что происходит. Понять тебя".

Он отложил вилку, его глаза сузились. "Я же сказал тебе не лезть не в свое дело".

"Это мое дело, Джун-у! Ты – мое дело!" – ее голос сорвался. "Я люблю тебя! Я хочу быть с тобой! Но я не могу, если ты будешь отталкивать меня!"

Он встал, его взгляд был полон ярости. "Ты ничего не понимаешь, Сана! Ты не знаешь, что такое борьба за власть! Ты не знаешь, что такое враг, который хочет тебя уничтожить! Ты просто наивная девочка, которая думает, что любовь может все исправить!"

"И что в этом плохого?" – крикнула Сана, в ее глазах стояли слезы. "Что плохого в том, чтобы любить тебя и верить в тебя?"

"Это делает тебя уязвимой!" – прорычал он. "А я не могу допустить, чтобы ты была уязвимой из-за меня! Я не могу допустить, чтобы Винченцо использовал тебя против меня!"

Сана почувствовала, как ее сердце раскалывается. Он не отталкивал ее, потому что больше не любил. Он отталкивал ее, чтобы защитить. Но эта защита была такой же болезненной, как и отвержение.

"Тогда позволь мне быть сильной", – прошептала она. "Позволь мне быть рядом, чтобы поддержать тебя. Я не обуза, Джун-у. Я твоя поддержка".

Он посмотрел на нее, и в его глазах промелькнула борьба. Борьба между его темной стороной и той частью, которая все еще ценила ее.

"Ты не понимаешь, во что ввязываешься", – сказал он, его голос был глухим.

"Я понимаю", – ответила Сана, вытирая слезы. "И я все равно здесь".

Он подошел к ней, взял ее лицо в свои ладони. Его взгляд был напряженным, но в нем появилось что-то, что Сана раньше не видела. Отчаяние.

"Я не хочу, чтобы ты пострадала", – прошептал он.

"Я не пострадаю", – сказала Сана, обнимая его. "Я буду рядом с тобой. Всегда".

Напряжение в его теле немного ослабло. Он крепко обнял ее, уткнувшись лицом в ее волосы. В этот момент, в объятиях Саны, он на мгновение забыл о Винченцо, о Babel, о своей мести. Он был просто Джун-у, человеком, который нуждался в понимании и любви, даже если он сам этого не признавал.

Но Сана знала, что это лишь временное перемирие. Тени Вавилона все еще висели над ними, и Винченцо Кассано был лишь вопросом времени. Она знала, что ее путь с Джун-у будет полон опасностей и боли. Но она была готова. Она была готова бороться за него, за их любовь, даже если это означало погружение в самый центр его темного мира. Ведь она была его девушкой, и она была на его стороне, несмотря ни на что.