Может, не все так плохо?

Ян Чонин, как обычно, проснулся на рассвете. Ещё до того, как первые лучи солнца коснулись верхушек сосен, он уже был на ногах. Деревня спала, окутанная предрассветной тишиной, лишь изредка нарушаемой пением первых проснувшихся птиц. Чонин любил это время. Любил, когда мир только начинал просыпаться, когда воздух был свеж и прохладен, а небо окрашивалось в нежные оттенки розового и оранжевого.

Он быстро оделся в привычную для него удобную одежду: выцветшую футболку и потертые джинсы, накинул легкую кофту и, стараясь не разбудить бабушку, тихонько вышел из дома. Его путь лежал к полю, что раскинулось за околицей. Именно там, на самой высокой точке, он любил встречать рассветы, сидя на старом поваленном дереве и наблюдая, как солнце медленно поднимается над горизонтом, заливая все вокруг золотистым светом.

Сегодняшнее утро не обещало быть чем-то особенным, но Чонин все равно предвкушал это маленькое ежедневное чудо. Он шел по узкой тропинке, обходя лужи, оставшиеся после вчерашнего небольшого дождя, и вдыхал полной грудью ароматы свежей травы и полевых цветов. Вдруг, прямо перед ним, из-за поворота тропинки вывернул незнакомый парень.

Чонин замер. В деревне все друг друга знали, и появление нового лица было событием. Этот парень совершенно не походил на деревенского жителя. На нем были модные кроссовки, стильные джинсы и худи с каким-то ярким принтом, что казалось совершенно неуместным в этой сонной сельской местности. Его волосы были аккуратно уложены, а черты лица – острые и утонченные, совсем не такие, как у привычных ему, загорелых и обветренных солнцем парней.

Незнакомец тоже остановился, удивленно моргая. Его взгляд скользнул по Чонину, задержавшись на мгновение на его немного растрепанных волосах и сияющих глазах, а затем он нахмурился, словно пытаясь что-то вспомнить или понять.

— Привет, — первым нарушил тишину Чонин, его голос был немного неуверенным. — Ты новенький? Я тебя раньше здесь не видел.

Незнакомец не сразу ответил. Он выглядел немного растерянным, словно его вырвали из привычной среды и бросили в совершенно незнакомую. Он поправил лямку рюкзака, который висел у него за спиной.

— Привет, — наконец произнес он, и его голос оказался глубоким и немного низким, что удивило Чонина. — Да, я… я Ким Сынмин. Приехал к бабушке. Она живет… — он запнулся, пытаясь вспомнить. — Ну, в общем, она живет рядом с какой-то Ян.

Чонин широко распахнул глаза. Ян? Рядом с ним? Он был Ян Чонином, и его бабушка была единственной Ян в этой округе. А значит, этот городской парень, Ким Сынмин, был внуком бабушки Ли, которая жила в соседнем доме. Вот это сюрприз!

— Моя бабушка – Ян, — сказал Чонин, улыбаясь. — А ты, значит, внук бабушки Ли? Она рассказывала, что к ней приедет внук из города. Не думал, что так скоро. И не думал, что ты… — он осекся, не зная, как закончить фразу. Не думал, что ты будешь таким… городским.

Сынмин усмехнулся, и эта улыбка сделала его лицо чуть мягче, убирая налет отстраненности.

— Ага, я. Ким Сынмин. А ты, стало быть, Ян Чонин? Бабушка тоже про тебя говорила. Говорила, что ты любишь рано вставать и носишься по деревне, как угорелый.

Чонин почувствовал, как его щеки заливает легкий румянец.

— Ну, я просто люблю встречать рассветы. А ты что так рано делаешь? Обычно городские парни любят поспать.

Сынмин вздохнул, и в его глазах промелькнула тень грусти.

— Я… я просто не мог уснуть. В городе всегда шумно, а здесь… здесь слишком тихо. Непривычно. И потом, я просто решил прогуляться, развеяться.

Чонин кивнул, понимая. Он слышал от бабушки, что у Сынмина случилось горе, что его родители погибли. Ему стало немного неловко за свой вопрос.

— Понятно, — тихо сказал он. — Ну, если хочешь, можешь пойти со мной. Я иду на поле, встречать рассвет. Там красиво.

Сынмин посмотрел на него с легким удивлением, затем его взгляд скользнул по тропинке, ведущей к полю.

— На поле? В такую рань? — Он поднял бровь, но в его голосе не было насмешки, скорее любопытство.

— Ага. Там очень красиво. И воздух свежий. Увидишь, тебе понравится.

Сынмин колебался всего мгновение, затем кивнул.

— Ну, почему бы и нет. Все лучше, чем просто бродить без цели.

Они пошли дальше вместе, молча. Чонин чувствовал себя немного неловко. Он привык к тому, что его единственными собеседниками на рассвете были птицы и шепот ветра. А теперь рядом шел совершенно незнакомый парень, который, казалось, был из совершенно другого мира.

Когда они вышли на поле, солнце уже начинало показываться над горизонтом. Небо было залито всеми оттенками оранжевого, розового и фиолетового, а легкий туман стелился по траве, придавая пейзажу неземной вид. Чонин с наслаждением вдохнул прохладный утренний воздух и быстрым шагом направился к своему любимому поваленному дереву.

Сынмин шел за ним, и Чонин заметил, как его глаза расширились от удивления, когда он увидел всю эту красоту. Он остановился, словно завороженный, и просто смотрел на восходящее солнце.

— Вау, — прошептал Сынмин, и в его голосе было столько искреннего восхищения, что Чонин невольно улыбнулся. — Это… это потрясающе.

Чонин устроился на поваленном дереве, похлопывая рядом с собой, приглашая Сынмина присесть. Тот нерешительно подошел и опустился рядом. Они сидели в тишине, наблюдая, как солнце медленно поднимается, окрашивая все вокруг в золотистые тона.

— Видишь, я же говорил, что красиво, — тихо сказал Чонин, не отрывая взгляда от горизонта.

— Да, ты был прав, — согласился Сынмин. — В городе такого не увидишь. Там небо всегда серое от смога, а вместо птиц – гул машин.

Они просидели так довольно долго, пока солнце не поднялось достаточно высоко, чтобы его лучи стали по-нанастоящему теплыми. Чонин почувствовал, как расслабляется напряжение в его теле, привыкая к присутствию Сынмина.

— Ну, теперь ты видел, почему я так люблю рассветы, — сказал Чонин, поворачиваясь к Сынмину.

— Да, — Сынмин кивнул, его взгляд все еще был задумчивым. — Я думаю, мне это тоже нравится.

Вдруг, вдалеке послышался топот копыт. Чонин моментально оживился.

— О, это наверное Енбок! — воскликнул он, вскакивая на ноги. — Он обещал сегодня утром научить меня ездить верхом без седла!

Сынмин удивленно посмотрел на него.

— Ездить верхом? На лошади? Ты умеешь?

— Конечно! — гордо ответил Чонин. — Я с детства езжу. Моя бабушка всегда говорила, что я родился в седле.

Вскоре из-за небольшой рощицы выехала лошадь, а на ней сидел парень примерно одного возраста с Чонином, с яркими, почти рыжими волосами и озорной улыбкой. Это был Ли Феликс, которого все в деревне звали Енбоком, лучший друг Чонина. Он был омегой, как и Чонин, но намного более энергичным и бесшабашным.

— Чонин! Ты уже здесь! — крикнул Феликс, спрыгивая с лошади. — Я думал, ты проспишь!

Он остановился, заметив Сынмина, и его улыбка немного померкла. Он вопросительно посмотрел на Чонина.

— Енбок, это Ким Сынмин, — представил Чонин. — Он приехал к бабушке Ли. Сынмин, это Ли Феликс, мой лучший друг.

Феликс кивнул Сынмину, и тот в ответ тоже кивнул, но их взгляды были настороженными. Альфа и омега, незнакомые друг другу, всегда сначала оценивали друг друга, словно инстинктивно определяя потенциальную угрозу или союзника.

— Привет, — немного сухо сказал Феликс. — Значит, ты тот самый городской парень, о котором все говорили.

Сынмин слегка нахмурился, видимо, ему не очень понравилось, когда его так называли.

— Да, это я, — ответил он, его голос стал чуть холоднее.

Чонин почувствовал напряжение между ними и поспешил его разрядить.

— Енбок, ты же обещал показать мне, как ездить без седла!

Феликс тут же забыл о Сынмине и с улыбкой повернулся к Чонину.

— Конечно! Иди сюда, Чонин-и! Сегодня ты станешь настоящим наездником!

Чонин с радостью подбежал к лошади, а Сынмин остался стоять в стороне, наблюдая за ними. Он видел, как легко Чонин взобрался на спину лошади, как ловко он держался, следуя указаниям Феликса. В его глазах было столько свободы и радости, что Сынмин невольно залюбовался. Он никогда не видел ничего подобного в своей городской жизни.

Чонин был в своей стихии. Он смеялся, когда лошадь слегка подпрыгивала, и его волосы развевались на ветру. Енбок подбадривал его, давал советы, и они оба выглядели такими счастливыми и беззаботными.

Сынмин почувствовал легкий укол зависти. Ему всегда хотелось такой свободы, но его жизнь была наполнена другими вещами: учебой, обязанностями, городским шумом и суетой. А теперь он оказался здесь, в деревне, где, казалось, время текло по-другому, и люди жили в гармонии с природой.

Через некоторое время Чонин спрыгнул с лошади, сияя от восторга.

— У меня получилось! У меня получилось, Енбок!

— Молодец, Чонин-и! — похвалил Феликс, похлопывая его по плечу. — Ты быстро учишься.

Они повернулись к Сынмину, который все еще стоял в стороне.

— Хочешь попробовать? — спросил Чонин, его глаза сияли. — Это так здорово!

Сынмин немного колебался. Он никогда в жизни не сидел на лошади. В городе это было немыслимо.

— Я… я не знаю, — сказал он. — Я никогда не ездил верхом.

— Ничего страшного! — воскликнул Феликс. — Я тебя научу! Это не так сложно, как кажется.

Чонин подбежал к Сынмину и схватил его за руку.

— Давай! Это будет весело!

Сынмин посмотрел на сияющее лицо Чонина, на его широко распахнутые глаза, полные энтузиазма, и не смог отказать. Он кивнул.

— Ну, ладно. Попробую.

Феликс и Чонин тут же начали объяснять ему, как правильно сесть, как держать поводья, как управлять лошадью. Сынмин чувствовал себя немного неловко, но он старался следовать их инструкциям. Он был альфой, а значит, должен был быть сильным и уверенным в себе. Но здесь, в этой новой для него среде, он чувствовал себя неуклюжим и неопытным.

Когда он наконец-то забрался на лошадь, он почувствовал, как его сердце заколотилось от волнения. Лошадь была намного выше, чем он ожидал, и мир с ее спины казался совершенно другим.

— Не бойся! — крикнул Чонин. — Она не укусит!

Феликс взял лошадь под уздцы и повел ее медленным шагом. Сынмин крепко вцепился в гриву, пытаясь удержать равновесие. Это было намного сложнее, чем он думал.

— Расслабься! — посоветовал Феликс. — Не напрягайся так сильно. Почувствуй ритм лошади.

Сынмин попытался расслабиться, и постепенно, по мере того как лошадь шла вперед, он начал чувствовать себя немного увереннее. Он даже осмелился отпустить гриву и держаться только ногами.

Чонин и Феликс шли рядом, подбадривая его и давая советы. Сынмин почувствовал, как в нем пробуждается что-то новое, что-то, что он давно не испытывал – чувство приключения и свободы.

Когда они наконец вернулись к поваленному дереву, Сынмин был немного уставшим, но его лицо сияло от удовольствия.

— Это… это было потрясающе! — воскликнул он, спрыгивая с лошади. — Спасибо вам!

Чонин улыбнулся ему.

— Видишь? Я же говорил, что тебе понравится.

Феликс тоже улыбнулся, и его настороженность по отношению к Сынмину, казалось, немного уменьшилась.

— Неплохо для первого раза, городской парень, — сказал он. — Может, из тебя еще выйдет толк.

Сынмин рассмеялся. Это был искренний, свободный смех, который Чонин никогда не слышал от него раньше.

— Может быть, — согласился Сынмин. — Может быть.

Солнце поднялось уже довольно высоко, и стало по-настоящему тепло. Чонин почувствовал, как проголодался.

— Ну что, пойдем завтракать? — спросил он. — Бабушка, наверное, уже приготовила что-нибудь вкусное.

— Да, я тоже голодный, — согласился Феликс. — От езды аппетит разыгрывается.

Они повернулись к Сынмину.

— Пойдешь с нами? — спросил Чонин. — Бабушка Ли, наверное, тоже уже проснулась, но вы можете позавтракать у нас.

Сынмин немного подумал, затем кивнул.

— Да, почему бы и нет. Я думаю, бабушка Ли еще спит. Она сказала, что я могу поспать до обеда, если захочу.

Чонин фыркнул.

— Это в ее стиле. Моя бабушка всегда говорит, что спать до обеда – это грех.

Они рассмеялись и направились к деревне. Солнце светило ярко, птицы пели, а в воздухе витал легкий аромат свежескошенной травы. Сынмин шел рядом с Чонином и Феликсом, и впервые за долгое время он почувствовал себя не таким одиноким. Может быть, эта деревня, эта новая жизнь, была не такой уж и плохой. Может быть, здесь он сможет найти что-то, что потерял в городе. И, возможно, эти два деревенских парня, омеги, станут для него чем-то большим, чем просто новые знакомые.