Spark

Винтер никогда не думала, что её жизнь может стать предметом таких бурных обсуждений. Не то чтобы она не привыкла к вниманию – будучи участницей одной из самых популярных групп современности, она купалась в нём с первых дней дебюта. Но это было другое. Это были не хвалебные статьи о её вокале или танцах, не фотоотчёты с модных показов. Это были слухи. Слухи о ней и Чонгуке.

Чонгук. 28-летний айдол, чье имя знала каждая собака в Южной Корее и за её пределами. Сексуальный, умный, милый, харизматичный – список его достоинств можно было продолжать бесконечно. И, по мнению фанатов, он был её парнем.

Всё началось с пары невинных совпадений. Однажды они оба появились в аэропорту в одинаковых толстовках. Затем их заметили в одном и том же кафе, хотя и в разное время. Потом кто-то выложил фотографию, где они якобы сидят за соседними столиками в одном и том же ресторане. Каждое такое совпадение, казалось, подливало масла в огонь фанатских домыслов. Теории множились, обрастали новыми деталями, превращаясь в целые фанфики в реальной жизни.

Винтер это забавляло. Она видела, как её имя и имя Чонгука мелькают в трендах Twitter, как на YouTube появляются сотни видео с "доказательствами" их романа. Её подруги по группе – Карина, Жизель, Ниннин – поначалу смеялись вместе с ней, но потом стали замечать, что шутки перерастают в нечто большее.

«Тебе не кажется, что это заходит слишком далеко?» – как-то спросила Карина, пролистывая ленту новостей. – «Они уже чуть ли не свадьбу вам планируют».

Винтер пожимала плечами. «Пусть планируют. Мне-то что?»

Ей действительно было всё равно. Она привыкла к тому, что фанаты живут в своём выдуманном мире. Она была профессионалом и чётко разделяла личную жизнь и сценический образ. И эти слухи, как ей казалось, никак не влияли на её реальность.

Но Чонгук думал иначе. Его это раздражало. Он не понимал, почему Винтер так спокойно реагирует на весь этот ажиотаж. Ему казалось, что она должна быть возмущена, что должна потребовать от агентства опровержения. Но Винтер молчала. И это молчание бесило его больше всего.

Он видел её на музыкальных шоу, на общих мероприятиях. Она всегда была безупречна – милая, красивая, с лёгким налетом холодности, который только добавлял ей шарма. Он ловил её взгляд, и ей казалось, что в этих глазах мелькает что-то похожее на вызов. Или ему просто хотелось так думать.

Однажды, после концерта BTS, который aespa посетили в полном составе, Намджун, лидер BTS, пригласил их на ужин. Это было неожиданно, но Винтер с девочками с радостью приняли приглашение. Они были рады возможности пообщаться с сонбэ в неформальной обстановке.

«Мой дом ближе всего к арене», – сказал Намджун, когда они выходили из концертного зала. – «Так что поедем ко мне».

И вот они едут. Две группы, полным составом, в одном микроавтобусе. Обстановка была непринужденной, звучал смех, шутки. Винтер сидела рядом с Ниннин, а Чонгук – через проход от неё, рядом с Чимином. Она чувствовала его взгляд на себе, но старалась не обращать внимания.

Дом Чонгука оказался просторным и стильным. Интерьер был выполнен в современном минималистичном стиле, но при этом чувствовался уют. В воздухе витал легкий аромат чего-то вкусного – видимо, Намджун уже успел что-то заказать.

Они расселись в гостиной. Намджун и Джин отправились на кухню, чтобы разложить еду. Остальные непринужденно болтали, смеялись. Винтер наблюдала за Чонгуком. Он был в своей стихии – улыбался, шутил с мемберами, выглядел расслабленным и счастливым. Но когда его взгляд снова скользнул по ней, она уловила в нем что-то такое, что заставило её сердце пропустить удар. Это было что-то похожее на скрытое напряжение, на невысказанное желание.

Ужин прошел весело. Они ели пиццу, курицу, пили газировку. Разговоры лились рекой – о музыке, о планах, о забавных случаях из жизни. Винтер заметила, что Чонгук время от времени посматривает на неё, но она старалась не подавать виду, что замечает это.

Когда ужин был закончен, Намджун предложил поиграть в настольные игры. Все согласились. Они разделились на две команды. Винтер оказалась в одной команде с Чонгуком, Чимином и Ниннин. Игра была шумной и веселой, но Винтер чувствовала, как между ней и Чонгуком витает некое невысказанное электричество.

Постепенно вечер подходил к концу. Джин и Хосок начали собирать посуду, остальные помогали им. Винтер поднялась с дивана, чтобы отнести пустые тарелки на кухню. Она прошла мимо Чонгука, который стоял у окна, разговаривая с Тэхёном. В этот момент их взгляды встретились. В его глазах было что-то, что заставило её замереть. Что-то, что говорило: "Останься".

Она отнесла тарелки и вернулась в гостиную. Все уже собирались уходить. Карина и Жизель прощались с Намджуном. Винтер почувствовала, как чья-то рука коснулась её локтя. Она обернулась. Это был Чонгук.

«Можно тебя на минутку?» – спросил он, его голос был низким и немного хриплым.

Винтер кивнула. Её сердце бешено заколотилось. Она чувствовала, что сейчас произойдет что-то важное.

Они отошли в сторону, в небольшой коридор, где было потише. Остальные мемберы уже выходили из дома.

«Что-то случилось?» – спросила Винтер, стараясь, чтобы её голос звучал ровно.

Чонгук не ответил сразу. Он просто смотрел на неё, его глаза изучали её лицо, словно пытаясь прочитать в ней что-то. Затем он сделал шаг ближе.

«Почему ты так спокойно реагируешь на все эти слухи?» – наконец спросил он, его голос был почти шепотом.

Винтер нахмурилась. «А как я должна реагировать?»

«Ты должна быть возмущена!» – почти выкрикнул он, но тут же понизил голос. – «Они приписывают нам отношения, которых нет!»

«А ты уверен, что их нет?» – внезапно вырвалось у Винтер. Она сама удивилась своим словам.

Глаза Чонгука расширились. Он сделал ещё один шаг, теперь они стояли совсем близко. Она чувствовала его дыхание на своём лице.

«Что ты имеешь в виду?» – его голос был полон напряжения.

«Я имею в виду…» – Винтер запнулась. Она не знала, что сказать. Она просто смотрела в его глаза, и в них она видела отражение своих собственных чувств, которые так долго скрывала.

Внезапно Чонгук сделал решительный шаг. Он схватил её за плечи, его пальцы сжали ткань её блузки. Она не успела ничего понять, как он толкнул её на диван. Она упала, немного ударившись локтем, но боли не почувствовала. Он навис над ней, его тело прижималось к её. Его дыхание было тяжелым, а глаза горели какой-то дикой, необузданной страстью.

Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Его лицо было так близко, что она чувствовала тепло его кожи. Она видела каждую ресничку, каждую родинку на его лице. И в этот момент она поняла, что давно хотела этого. Хотела его.

Его губы коснулись её. Сначала это был легкий, почти невесомый поцелуй. Затем он стал более глубоким, более властным. Он целовал её так, будто давно хотел этого, будто копил это желание месяцами. Его губы были мягкими, но настойчивыми, требовательными. Она почувствовала, как её тело отзывается на этот поцелуй, как по венам разливается жар.

Она не сопротивлялась. Напротив, она ответила ему. Её руки поднялись и обхватили его шею, притягивая его ближе. Она чувствовала его сильные руки на своей талии, его тело, прижатое к её. Это было безумие. Это было неправильно. Но это было так невероятно, так опьяняюще.

Поцелуй углублялся. Он исследовал её рот, его язык переплетался с её. Она отвечала ему с такой же страстью, с таким же невысказанным желанием. Все эти месяцы, когда она делала вид, что ей всё равно, когда она игнорировала его взгляды, она на самом деле сгорала от желания. И теперь это желание вырвалось наружу.

Он отстранился, лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание. Его глаза были прикрыты, а губы припухли от поцелуя. Он посмотрел на неё, и в его глазах она увидела отражение своих собственных сумасшедших эмоций.

«Так ты не против этих слухов?» – прошептал он, его голос был хриплым и сексуальным.

Винтер улыбнулась. Это была нежная, почти невинная улыбка, но в её глазах плясали озорные огоньки.

«А ты?» – ответила она, её голос был таким же хриплым.

Он снова наклонился к ней, и на этот раз поцелуй был ещё более страстным, ещё более требовательным. Он целовал её так, будто хотел поглотить её целиком, забрать её себе. И она отвечала ему, без остатка отдаваясь этому неожиданному, но такому желанному моменту.

В этот момент её не волновало ничего: ни фанаты, ни агентство, ни последствия. Были только они двое, их страсть и этот невероятный поцелуй, который изменил всё. Слухи перестали быть просто слухами. Они стали реальностью. И эта реальность была намного слаще, чем она могла себе представить.