Мой тьютор

Эмиль сидел на кухне, бездумно помешивая ложкой остывший кофе. Солнце уже давно поднялось, заливая комнату ярким светом, но в душе у него было пасмурно. Даниил ушел на учебу, как и последние несколько дней, не сказав ни слова. Просто встал, собрался и вышел, оставив за собой лишь шлейф едва уловимого запаха его любимого одеколона и гнетущую тишину.

Последняя неделя превратилась в нескончаемую пытку. С того самого дня, когда Даниил встретил своего старого знакомого Штейна, что-то изменилось. Сначала это были лишь редкие, задумчивые взгляды, потом молчание, а затем и полное избегание. Эмиль пытался заговорить, задать вопросы, но Даниил лишь отмахивался, ссылаясь на усталость или срочные дела. Его обычно спокойный и рассудительный партнер превратился в тень самого себя – отстраненного, погруженного в свои мысли.

Иногда Эмиль ловил его взгляд, полный какой-то невысказанной тревоги, почти боли. И тогда его сердце сжималось от предчувствия чего-то недоброго. Он знал, что Даниил не из тех, кто легко делится своими переживаниями. Он скорее будет держать все в себе, пока не взорвется или не сломается. И это пугало Эмиля больше всего.

Он вспоминал их последнюю встречу с Штейном. Тот высокий, широкоплечий парень с наглой ухмылкой, которая не сходила с его лица. Эмиль сразу почувствовал к нему неприязнь, инстинктивно. Как хищник чувствует другого хищника. Что-то в манере Штейна держаться, в его слишком близких жестах по отношению к Даниилу, в его шутках, которые граничили с откровенным подтруниванием, заставляло Эмиля чувствовать себя неуютно. Он видел, как Даниил смущался, как краснели его уши, но при этом он не отстранялся. И это было самое странное.

Даниил, его Даниил, который всегда был таким сдержанным, таким правильным, вдруг позволял этому Штейну вести себя так фамильярно. Эмиль помнил, как Штейн потрепал Даниила по затылку, потом похлопал по плечу, а затем, когда они прощались, обнял его, прижавшись слишком крепко, нашептывая что-то на ухо. Даниил тогда лишь кивнул, а потом быстро отстранился, его лицо было неестественно бледным.

Эмиль тогда промолчал, решив, что это просто манера общения старых друзей. Но потом, когда Даниил начал отдаляться, эти воспоминания стали навязчивыми. Он ревновал. Отчаянно, до боли в груди. Он знал, что у Штейна есть девушка, что это, скорее всего, просто дурацкие шутки. Но почему тогда Даниил так реагирует? Почему он вдруг стал таким закрытым?

Вчера ночью Эмиль не спал. Он часами смотрел на спящего Даниила, пытаясь понять, что происходит в его голове. И вдруг, сквозь сон, Даниил пробормотал что-то неразборчивое, а потом… потом его лицо исказилось в гримасе, которую Эмиль не мог понять. Это было похоже на смесь страха, смущения и чего-то еще, чего-то очень интимного. А потом он застонал. Тихий, почти неслышный стон, который пронзил Эмиля насквозь.

Утром Даниил проснулся рано, не взглянув на Эмиля. Он выглядел уставшим, его глаза были красными, а волосы растрепаны. Он быстро собрался и ушел, даже не поцеловав его на прощание. Это было последней каплей.

Эмиль отставил чашку. Кофе остыл окончательно, и пить его уже не хотелось. Он встал и подошел к окну. За ним шумел город, спешащий по своим делам. А он, Эмиль, стоял здесь, в их общей квартире, чувствуя себя абсолютно потерянным. Его дерзкий, всегда веселый характер, его умение находить выход из любой ситуации, сейчас казались бесполезными. Он не знал, как подступиться к Даниилу.

«Нужно поговорить. Серьезно поговорить», – решил он. Но когда? Даниил избегал его. Как вытащить из него правду, если он сам не хочет ее говорить?

Эмиль достал телефон и набрал номер Даниила. Гудки шли долго, но ответа не было. Он попробовал еще раз. То же самое. Голос автоответчика сообщил, что абонент недоступен. Эмиль почувствовал, как в груди закипает злость. Это было уже слишком.

Он решил поехать в университет. Возможно, Даниил был там. Или, по крайней мере, он мог найти кого-то, кто знал, где он.

***

Даниил сидел в библиотеке, уставившись в учебник, но буквы расплывались перед глазами. В голове крутился сумбур, обрывки фраз, образы. Штейн. Его наглая ухмылка. Его руки. Его прикосновения.

Сон. Проклятый сон. Он проснулся в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем, с ощущением чужих рук на своем теле. Это был Штейн. В его сне. И это было… слишком реально. Слишком интимно. Он чувствовал себя грязным, преданным. Предавшим Эмиля.

Даниил всегда был человеком рациональным, логичным. Он любил порядок, объяснения, четкие правила. А сейчас его мир рухнул, превратившись в хаос. Эти старые, давно забытые ощущения, которые он когда-то испытывал к Штейну, вдруг всплыли на поверхность, как грязная пена. Он помнил, как Штейн всегда подстебывал его, как они боролись, как Штейн иногда переходил границы, но Даниил тогда лишь отмахивался, считая это обычными мужскими играми. Но теперь, после сна, он видел все это в другом свете.

Он помнил, как Штейн мог неожиданно обнять его, прижаться слишком близко, шепнуть какую-то глупость на ухо, а потом рассмеяться. Даниил тогда чувствовал смущение, но и что-то еще… что-то, что он не мог тогда объяснить. Теперь он понимал. Это было влечение. Запретное, непонятное, но оно было.

И теперь, когда Штейн снова появился в его жизни, все эти чувства вспыхнули с новой силой. Он понимал, что Штейн просто шутит, что у него есть девушка, что это все несерьезно. Но его собственное тело, его собственное подсознание, кажется, не хотели в это верить.

Он избегал Эмиля. Он не мог смотреть ему в глаза. Чувство вины разъедало его изнутри. Он любил Эмиля. Искренне, глубоко. Эмиль был его опорой, его светом, его сумасшедшей идеей, которая сделала его жизнь ярче. А теперь он чувствовал, что предает его. Из-за какого-то старого, давно забытого влечения к человеку, который, по сути, был для него лишь воспоминанием.

Даниил чувствовал себя отвратительно. Он не мог понять, почему его тело так реагирует на Штейна, когда его разум кричит, что это неправильно. Его разум кричал, что он любит Эмиля. Но что-то внутри него, какая-то первобытная, животная часть, не слушалась.

Он достал телефон. Сообщение от Штейна: "Ну что, как там твой Эмиль? Не ревнует к старому другу?" Даниил почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Он не отвечал.

В этот момент, как по волшебству, раздался звонок. Эмиль. Даниил вздрогнул. Он не мог ответить. Не сейчас. Он не знал, что ему сказать. Он не мог врать Эмилю, но и правду он тоже не мог сказать. Как объяснить, что тебе снится твой старый друг, и ты чувствуешь к нему что-то, что не должен чувствовать?

Он отключил телефон. Нужно было разобраться в себе. Понять, что это за чувства. Откуда они взялись. И как от них избавиться. Он не хотел терять Эмиля.

***

Эмиль ворвался в университет как вихрь. Его обычно уложенные черные волосы растрепались, зеленые глаза метали молнии. Он был зол. Зол, встревожен и отчаянно напуган.

Он прошел мимо нескольких знакомых, не заметив их приветствий. Его цель была ясна – найти Даниила.

Он проверил их кабинет комиссии, там никого не было. Затем направился в библиотеку. И там, у окна, он увидел его. Даниил сидел, склонившись над книгой, но его взгляд был пустым. Рядом с ним стоял… Штейн.

Эмиль почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он сжал кулаки. Это было слишком. Он наблюдал за ними несколько секунд. Штейн что-то говорил, смеялся. Даниил лишь кивал, его лицо было бледным.

И тут Штейн положил руку на плечо Даниила. Просто, как бы невзначай. Но для Эмиля это было как удар. Он видел, как Даниил вздрогнул, но не отстранился.

Терпение Эмиля лопнуло. Он подошел к ним быстрым, уверенным шагом.

– Даниил, – его голос прозвучал резко, привлекая внимание обоих.

Даниил поднял голову, его голубые глаза расширились от удивления. Он выглядел так, будто увидел призрака.

– Эмиль! Что ты здесь делаешь? – его голос был хриплым.

– Я пришел за тобой, – Эмиль не сводил глаз со Штейна, который лишь ухмыльнулся, словно наслаждаясь ситуацией. – И, кажется, пришел вовремя.

– О, привет, Эмиль! – протянул Штейн, глядя на него с вызовом. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Пришел за своим парнем?

– Он мой парень, – Эмиль сделал акцент на слове "мой". – И я хотел бы с ним поговорить. Наедине.

Штейн лишь пожал плечами. – Ну, Даня, ты же знаешь, я всегда рад поболтать. Заходи, если что.

Он подмигнул Даниилу, затем бросил на Эмиля еще одну ухмылку и удалился.

Эмиль повернулся к Даниилу. Его лицо было напряженным.

– Что это было? – спросил он, его голос дрожал от сдерживаемого гнева.

Даниил опустил глаза. – Ничего. Просто… Штейн.

– Просто Штейн? – Эмиль подошел ближе. – Даниил, ты избегаешь меня уже неделю! Ты не отвечаешь на звонки, на сообщения! Ты уходишь, не сказав ни слова! Что, черт возьми, происходит?!

– Эмиль, пожалуйста, не здесь, – Даниил огляделся по сторонам. Библиотека была почти пуста, но все же.

– Мне плевать, где! – Эмиль схватил его за руку. – Я хочу знать! Ты что, изменяешь мне с ним?!

Даниил резко отдернул руку. – Нет! Что ты такое говоришь?!

– А что я должен думать?! – Эмиль не сдерживался. – Ты ведешь себя как последний мудак! Ты отстранился от меня! Ты не смотришь мне в глаза! А этот… этот Штейн… он постоянно крутится вокруг тебя, и ты ему позволяешь!

– Он просто шутит! – Даниил повысил голос. – Он всегда такой был!

– А ты всегда был таким, что позволял ему так себя вести?! – Эмиль чувствовал, как его сердце сжимается от боли. – Даниил, я люблю тебя! А ты… ты ведешь себя так, будто я тебе безразличен!

Даниил поднял на него глаза. В них была боль. И что-то еще, что Эмиль не мог понять.

– Я… я не знаю, Эмиль, – прошептал он. – Я запутался.

– В чем? – Эмиль подошел к нему вплотную. – В чем ты запутался, Даниил? В своих чувствах к Штейну?!

Даниил вздрогнул. – Эмиль, это не так просто…

– А я и не говорю, что это просто! – Эмиль чувствовал, как слезы подступают к глазам, но он сдерживал их. – Но ты должен мне объяснить! Что происходит?! Ты любишь меня или нет?!

Даниил молчал. Его взгляд был устремлен в пол.

– Даниил! – Эмиль схватил его за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Посмотри на меня!

Даниил поднял глаза. В них была такая тоска, что Эмиль на мгновение растерялся.

– Я… я не знаю, – повторил Даниил. – Я не знаю, что со мной происходит. Я… я не могу понять.

– Что не можешь понять?! – Эмиль отпустил его подбородок. – Что ты чувствуешь к этому Штейну?!

Даниил закрыл глаза. – Мне приснился сон.

Эмиль замер. – Сон? Что за сон?

Даниил не отвечал. Он выглядел так, будто ему физически больно говорить.

– Сон со Штейном? – голос Эмиля был едва слышен.

Даниил медленно кивнул.

Эмиль почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Он отшатнулся.

– И что? – он заставил себя спросить. – Что это был за сон?

Даниил открыл глаза. В них было столько стыда, столько вины, что Эмиль почувствовал, как его собственное сердце разрывается на части.

– Он был… интимным, – прошептал Даниил.

Эмиль почувствовал, как его кровь стынет в жилах. Он понимал, что Даниил не виноват в своих снах. Но это было так больно. Так унизительно.

– И что теперь? – голос Эмиля был холодным, как лед. – Ты теперь чувствуешь к нему что-то? После этого сна?

Даниил покачал головой. – Я не знаю. Я не знаю, что это за чувства. Я не хочу этого. Я люблю тебя, Эмиль! Но… но эти воспоминания, этот сон… они сбили меня с толку.

– Воспоминания? – Эмиль нахмурился. – Какие воспоминания?

Даниил тяжело вздохнул. – Мы с ним… мы всегда были очень близки. Он всегда подстебывал меня, доводил до белого каления. А иногда… иногда он переходил границы. Он мог обнять меня слишком крепко, прижаться слишком близко. Я тогда не понимал, что это. А теперь… теперь я думаю, что это было что-то большее, чем просто дружба. С его стороны. А может, и с моей. Я не знаю.

Эмиль смотрел на него, пытаясь переварить эту информацию. Значит, Штейн всегда был таким. И Даниил всегда позволял ему это. И теперь, после такого долгого перерыва, эти старые чувства всплыли.

– И ты… ты отвечал ему взаимностью? – голос Эмиля был полон горечи.

– Нет! – Даниил поднял голову. – Я никогда не отвечал ему взаимностью! Я всегда считал его просто другом! Но сейчас, после того, как он снова появился… после этого сна… я не могу понять, что происходит в моей голове. Я чувствую себя виноватым перед тобой. Я чувствую себя грязным.

Эмиль видел искренность в его глазах. Он видел его боль. И его собственная злость начала утихать, уступая место тревоге и состраданию.

– Даниил, – он подошел к нему и взял его руки в свои. – Посмотри на меня. Я знаю, что это тяжело. Я знаю, что ты запутался. Но ты должен понять: это не твоя вина. Ты не контролируешь свои сны. И ты не можешь контролировать свои прошлые чувства. Но ты можешь контролировать то, что происходит сейчас.

Даниил поднял на него глаза. В них все еще была тоска, но в них появилось и что-то еще – надежда.

– Что я должен делать? – прошептал он.

– Ты должен поговорить со мной, – Эмиль сжал его руки. – Ты должен рассказать мне все. Все, что ты чувствуешь. Все, что ты думаешь. Не держи это в себе. Я здесь. Я рядом. И я хочу помочь тебе.

Даниил смотрел на него, и Эмиль видел, как в его глазах собираются слезы.

– Я боюсь, – признался Даниил. – Я боюсь, что ты меня бросишь.

– Никогда, – твердо сказал Эмиль. – Я тебя люблю. И я не брошу тебя из-за этого. Мы справимся. Вместе. Но ты должен мне доверять. И ты должен быть честным. Со мной. И с самим собой.

Даниил кивнул. Слезы покатились по его щекам.

– Я… я постараюсь, – прошептал он.

Эмиль обнял его крепко, прижимая к себе. Он чувствовал, как Даниил дрожит. Он понимал, что это будет долгий и трудный путь. Но он был готов пройти его. Он был готов бороться за их отношения, за их любовь.

Он знал, что Штейн был лишь призраком прошлого. И он не позволит этому призраку разрушить их будущее.