Лол

Прошло несколько недель с того дня, как Давид Роменский оказался в роскошном офисе Никиты Берга, и эти недели пролетели незаметно, оставив после себя удивительные перемены. Давид, поначалу робкий и смущенный, быстро освоился в новой для него обстановке. Он оказался не просто талантливым студентом, но и по-настоящему увлеченным дизайнером. Его эскизы, полные свежих идей и нестандартных решений, впечатляли даже видавших виды сотрудников агентства. Никита часто заставал его допоздна в своем кабинете, склонившегося над чертежами, с сосредоточенным выражением на лице и растрепанными кудрями.

Давид, в свою очередь, открылся Никите с совершенно неожиданной стороны. За его внешней мягкостью скрывался острый ум и удивительная проницательность. Он умел слушать, задавать правильные вопросы и тонко чувствовать настроение собеседника. Их рабочие беседы часто перетекали в более личные, где Давид делился своими мыслями о дизайне, искусстве, жизни, а Никита, к своему собственному удивлению, с готовностью ему вторил, открывая для себя новые грани мира через призму восприятия этого юноши.

Никита, сам того не замечая, все сильнее привязывался к Давиду. Его сердце, которое он считал недоступным для подобных чувств, вдруг стало отзываться на любую улыбку, любой взгляд Давида. Он ловил себя на мысли, что с нетерпением ждет каждого нового дня, чтобы снова увидеть эти зеленые глаза, услышать этот мягкий голос. Красота Давида, которая поразила его с первого взгляда, теперь дополнялась внутренним светом, излучаемым этим человеком. Никита, привыкший к легкомысленным интрижкам и мимолетным увлечениям, впервые столкнулся с чем-то глубоким и настоящим, что пугало и одновременно манила его.

Однажды вечером, когда Давид уже собирался домой, Никита, как обычно, зашел к нему в кабинет. Давид сидел, развалившись в кресле, и устало потирал виски. На столе перед ним лежали новые эскизы для предстоящего проекта.

– Устал? – спросил Никита, прислонившись к дверному косяку.

Давид поднял голову, и на его лице появилась легкая улыбка.

– Немного. Но это приятная усталость. Кажется, я наконец-то нашел то, что искал.

– И что же это? – Никита подошел ближе, заглядывая через плечо Давида.

– Идею. Для нового оформления бутика. Хочу сделать его похожим на сказочный сад, где каждый уголок наполнен тайной и изяществом.

Никита внимательно рассмотрел эскизы. Они были прекрасны. В них чувствовалась рука мастера, но при этом они были полны юношеской свежести и смелости.

– Потрясающе, Давид, – искренне произнес он. – Ты настоящий талант.

Давид смущенно опустил глаза.

– Спасибо, Никита. Мне очень приятно слышать это от тебя.

В кабинете повисла неловкая, но приятная тишина. Никита поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы этот момент заканчивался. Он хотел еще побыть рядом с Давидом, поговорить, просто посмотреть на него.

– Слушай, – начал Никита, чувствуя, как немного нервничает, – я тут подумал…

Давид вопросительно посмотрел на него.

– Сегодня вечером… Я собираюсь поужинать. У себя дома. И… – Никита сделал паузу, подбирая слова, – я бы хотел, чтобы ты присоединился ко мне.

Давид удивленно распахнул свои зеленые глаза.

– Я? К тебе домой?

– Да, – Никита кивнул, стараясь выглядеть как можно более непринужденно. – Просто поужинаем, поговорим. Ничего особенного.

Давид на мгновение замер, обдумывая предложение. Он никогда не был в доме Никиты, да и вообще они редко виделись вне стен офиса, если не считать случайных деловых обедов. Приглашение было неожиданным, но в то же время очень лестным.

– Я… я не знаю, Никита, – неуверенно произнес Давид. – Мне кажется, это слишком…

– Слишком что? – Никита подошел еще ближе, и теперь между ними было всего несколько шагов. – Слишком много для тебя? Или слишком мало для меня?

Давид почувствовал, как по его щекам разливается румянец.

– Нет, просто… Я не хочу тебя беспокоить.

– Ты не беспокоишь меня, Давид, – Никита улыбнулся, и в его глазах, янтарном и синем, заиграли озорные огоньки. – Наоборот. Я буду рад твоей компании.

Давид посмотрел в эти глаза и почувствовал, как его сердце замирает. Он не мог отказать Никите. Да и не хотел, если быть до конца честным с самим собой.

– Хорошо, – наконец, сказал он, и его голос звучал чуть громче, чем обычно. – Я согласен.

Улыбка Никиты стала еще шире.

– Отлично! Тогда… во сколько ты освободишься?

– Думаю, минут через пятнадцать я закончу с этими эскизами, – Давид кивнул на рисунки.

– Прекрасно. Я подожду тебя внизу.

С этими словами Никита развернулся и вышел из кабинета, оставив Давида наедине с его мыслями и учащенным сердцебиением.

Через пятнадцать минут Давид спустился в холл. Никита уже ждал его, стоя у своей машины – черного, блестящего автомобиля, который выглядел так же элегантно, как и его владелец.

– Готов? – спросил Никита, открывая переднюю дверь.

Давид кивнул и сел в машину. Салон пах дорогой кожей и легким, едва уловимым ароматом мужского парфюма.

Поездка до дома Никиты заняла около получаса. Они ехали по живописным улицам, мимо старинных особняков и ухоженных парков. Давид рассматривал пейзажи за окном, пытаясь унять свое волнение.

Наконец, машина остановилась у ворот роскошного поместья. Высокий забор, утопающий в зелени, скрывал от посторонних глаз величественный дом, построенный в классическом стиле. Никита провел Давида через просторный холл, украшенный картинами и антикварной мебелью, в уютную гостиную.

– Чувствуй себя как дома, – сказал Никита, жестом приглашая Давида присесть на один из мягких диванов. – Я сейчас вернусь, только закажу ужин.

Давид огляделся. Гостиная была оформлена со вкусом – теплые тона, приглушенный свет, камин, в котором весело потрескивали дрова. Все здесь говорило о достатке и безупречном вкусе хозяина.

Через несколько минут Никита вернулся. Он снял пиджак, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, и в таком, более расслабленном виде, выглядел еще более привлекательно.

– Что будешь пить? – спросил он, подходя к небольшому бару. – Вино? Виски? Или, может быть, что-то полегче?

– Я… я, наверное, сок, – смущенно ответил Давид. – Я не очень люблю алкоголь.

– Как скажешь, – Никита улыбнулся и налил Давиду стакан апельсинового сока, а себе – немного виски.

Они сели друг напротив друга. В воздухе витало легкое напряжение, но оно было приятным, наполненным предвкушением чего-то нового.

– Расскажи мне, Давид, – начал Никита, – как тебе работается над проектом? Все ли получается?

И Давид, забыв о своем волнении, с увлечением принялся рассказывать о своих идеях, о трудностях, с которыми сталкивается, и о путях их решения. Никита внимательно слушал, иногда задавая наводящие вопросы, иногда просто кивая в знак согласия.

Когда принесли ужин, они уже полностью расслабились. На столе стояли изысканные блюда: легкий салат, нежное филе рыбы, запеченные овощи. Все было очень вкусно.

– Ты прекрасно готовишь, – заметил Давид, попробовав рыбу.

– Это не я, – Никита рассмеялся. – У меня есть повар. Но я рад, что тебе нравится.

За ужином их разговор стал еще более непринужденным. Давид рассказывал о своей учебе, о мечтах, о том, как он видит свое будущее. Никита, в свою очередь, делился историями из своей жизни, рассказывал о трудностях, с которыми ему пришлось столкнуться, создавая свое агентство, о своих планах и амбициях.

– Знаешь, Давид, – сказал Никита, отпивая глоток виски, – ты очень необычный человек.

Давид смущенно улыбнулся.

– Почему ты так думаешь?

– Ты искренний. Открытый. И в тебе есть какая-то удивительная чистота, которой так не хватает в нашем мире.

Давид почувствовал, как по его телу пробежали мурашки. Слова Никиты тронули его до глубины души.

– Ты тоже… необычный, Никита, – произнес Давид, глядя в его разноцветные глаза. – Ты совсем не такой, каким я тебя представлял.

– И каким же ты меня представлял? – Никита с интересом наклонился вперед.

– Ну… – Давид задумался. – Я думал, ты будешь более… холодным. Отстраненным. А ты… ты очень внимательный и добрый.

Никита улыбнулся.

– Возможно, я просто не всем показываю эту сторону себя.

И тут Давид понял, что он – один из тех немногих, кому Никита открылся. Это осознание наполнило его сердце теплом и какой-то необычайной радостью.

После ужина они перешли в гостиную, где Никита предложил посмотреть фильм. Они удобно устроились на диване, и Давид почувствовал, как его рука случайно коснулась руки Никиты. Легкий электрический разряд пробежал по его телу.

Фильм был интересным, но Давид не мог сосредоточиться на нем. Все его мысли были заняты Никитой, его близостью, его запахом. Он чувствовал, как его влечет к этому человеку, как он все глубже погружается в омут чувств, которые еще недавно казались ему невозможными.

Когда фильм закончился, наступила глубокая ночь.

– Мне, наверное, пора, – сказал Давид, чувствуя, как ему не хочется уходить.

– Останься, – неожиданно произнес Никита, его голос был низким и бархатистым. – Уже поздно. Я могу предложить тебе гостевую комнату.

Давид посмотрел в его глаза. В них читалось что-то такое, от чего у него перехватило дыхание. Это было приглашение не только остаться на ночь, но и сделать шаг навстречу чему-то большему.

– Я… – Давид не знал, что ответить. Его сердце бешено колотилось.

– Просто останься, Давид, – Никита взял его руку, и его прикосновение было нежным и ласковым. – Не беспокойся ни о чем.

В этот момент Давид понял, что он готов рискнуть. Готов погрузиться в этот омут чувств, готов довериться Никите.

– Хорошо, – тихо произнес он, глядя в эти завораживающие глаза. – Я останусь.

Улыбка Никиты стала еще более нежной. Он медленно потянул Давида к себе, и тот, не сопротивляясь, прижался к его груди. В этот момент Давид почувствовал, что он находится именно там, где должен быть, рядом с человеком, который пробудил в нем самые глубокие и прекрасные чувства. И он знал, что это только начало их истории.