Romeo e Giulietta

Париж, 23:45. Холодный ноябрьский ветер пронизывал до костей, заставляя Элиана Делисье съежиться. Только что закончилась очередная фотосессия, и он, наконец, смог выдохнуть. Неделя голодовки ради "идеального" корсета, который, по мнению стилистов, должен был сидеть как влитой, обернулась ноющими синяками на ребрах. Платиновые волосы до плеч, стянутые в хвост, слегка развевались на ветру. Слезящиеся глаза выделялись на фоне бледной, почти фарфоровой кожи. Здоровым его вид назвать было сложно, но после съемок это уже не имело значения.

Прислонившись к стене, Элиан достал из пачки сигарету. Привычным движением зажал ее между губами, но не поджег. Нервная привычка. Он просто стоял, вдыхая прохладный вечерний воздух, пытаясь хоть на мгновение забыть о давящей реальности. Внезапно на его плечи опустилась чья-то кожаная куртка. Элиан вздрогнул, резко обернувшись.

Перед ним стоял Дэвид Д’Эсте. 25-летний итальяно-латыш, чья история в приличных кругах предпочитала оставаться в тени. Италия, запертая на карантин из-за череды жестоких убийств, совершенных неким психопатом, ясно давала понять, что с этим человеком лучше не связываться.

– Ты дрожишь, – произнес Дэвид низким, бархатистым голосом, от которого по коже Элиана пробежали мурашки. – Тебе холодно.

Элиан лишь молча кивнул, не в силах оторвать взгляд от пронзительных глаз Дэвида. В них читалась какая-то древняя, необъяснимая тьма, которая одновременно пугала и притягивала.

– Спасибо, – выдавил он наконец, кутаясь в чужую куртку. Она пахла табаком, чем-то острым и… кровью? Элиан тут же отбросил эту мысль. Нет, это просто его воображение.

Дэвид усмехнулся. – Не за что. Ты выглядишь так, будто вот-вот упадешь.

– Просто устал, – ответил Элиан, отводя взгляд. Он не хотел, чтобы кто-либо видел его слабость. Особенно этот человек.

– Устал? Или что-то другое? – Дэвид сделал шаг ближе, и Элиан почувствовал, как его сердце заколотилось в груди. Он был выше Элиана, его фигура казалась вырезанной из камня, а глаза… глаза были как два уголька, в которых плясало пламя.

Элиан сглотнул. – Какая тебе разница?

– Большая, – прошептал Дэвид, и его взгляд скользнул по бледной коже Элиана, задерживаясь на синяках на его шее, которые он безуспешно пытался скрыть. – Ты слишком красив, чтобы так страдать.

Элиан почувствовал, как краска прилила к его щекам. Он привык к комплиментам, но в словах Дэвида было что-то, что заставляло его чувствовать себя… беспомощным. И желанным. Это пугало.

– Я… мне пора, – пробормотал Элиан, пытаясь отстраниться.

Но Дэвид не дал ему уйти. Он протянул руку и мягко коснулся его подбородка, заставляя поднять взгляд.

– Куда ты пойдешь в таком состоянии? – спросил он, его голос стал еще тише, почти гипнотическим. – Ты выглядишь так, будто не спал несколько дней.

– Это не твое дело, – резко ответил Элиан, но его голос дрогнул.

– О, но это стало моим делом, – прошептал Дэвид, и его большой палец нежно погладил его щеку. – Я не могу просто так оставить тебя.

Элиан почувствовал, как по его телу пробежала волна озноба. Он должен был убежать. Он должен был кричать. Но он не мог. Он был парализован, словно кролик перед удавом.

– Что… что ты хочешь? – спросил Элиан, его голос был едва слышен.

Дэвид улыбнулся. Это была не добрая улыбка, а скорее хищная, обнажающая острые зубы.

– Я хочу тебя, – произнес он, и его глаза потемнели. – Хочу спасти тебя от этой лживой жизни, которая тебя убивает.

Элиан вздрогнул. Как он мог знать? Как он мог видеть сквозь маску, которую Элиан так тщательно выстраивал годами?

– Ты ничего не знаешь, – прошептал Элиан, пытаясь вырваться.

– Я знаю достаточно, – ответил Дэвид, притягивая его ближе. – Я вижу боль в твоих глазах, слышу крик твоей души. Ты одинок, Элиан. И ты хочешь, чтобы тебя спасли.

Элиан опустил голову, позволяя Дэвиду прижать его к себе. В его объятиях было что-то странно… утешительное. Несмотря на страх, он чувствовал себя в безопасности.

– Я… я не знаю, – пробормотал он.

– Просто доверься мне, – прошептал Дэвид, целуя его в макушку. – Я покажу тебе другую жизнь. Жизнь, где ты будешь свободен.

Элиан поднял голову и посмотрел в глаза Дэвида. В них не было лжи. Только обещание чего-то нового, чего-то опасного, но такого манящего.

– А что будет, если… – начал Элиан, но Дэвид перебил его.

– Не бойся, – сказал он, и его голос был полон уверенности. – Я не причиню тебе вреда. Я защищу тебя. От всего.

Элиан чувствовал, как его сопротивление тает. Он был так устал от всего. От этой фальшивой жизни, от постоянного давления, от боли. Может быть, Дэвид был его единственным шансом на спасение.

– Хорошо, – выдохнул Элиан. – Я… я с тобой.

Улыбка Дэвида стала шире. Он нежно взял Элиана за руку и повел его прочь от шумных улиц Парижа, в темноту, которая обещала либо конец, либо новое начало.

***

Они шли по узким, мощеным улочкам, где свет фонарей едва пробивался сквозь плотные кроны деревьев. Элиан чувствовал, как его тело наливается свинцом, но он продолжал идти, держась за руку Дэвида. Его мысли метались, пытаясь осмыслить произошедшее. Он только что согласился пойти куда-то с незнакомцем, о котором ходили жуткие слухи. Что он делал?

– Куда мы идем? – спросил Элиан, наконец, нарушив тишину.

Дэвид посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на нежность. – Туда, где ты сможешь отдохнуть. Где никто не будет тебя беспокоить.

Элиан почувствовал легкое головокружение. Он не ел целый день, и стресс последних недель достиг своего пика.

– Я… я голоден, – прошептал он.

Дэвид остановился. – Конечно. Я совсем забыл. Извини.

Он провел Элиана в небольшой, неприметный ресторанчик, который, казалось, был спрятан от посторонних глаз. Внутри было тихо и уютно, пахло свежей выпечкой и кофе.

– Садись, – сказал Дэвид, указывая на столик в углу. – Я сейчас.

Он подошел к стойке и что-то тихо сказал официанту. Через несколько минут перед Элианом поставили тарелку с горячим супом и свежим хлебом.

– Ешь, – сказал Дэвид, садясь напротив. – Тебе нужны силы.

Элиан жадно набросился на еду. Суп был на удивление вкусным, и тепло разлилось по его телу, успокаивая ноющую боль в желудке. Он не замечал, как Дэвид внимательно наблюдал за ним, его взгляд был полон какой-то странной, почти отцовской заботы.

Когда Элиан закончил, он почувствовал себя немного лучше.

– Спасибо, – сказал он, поднимая взгляд на Дэвида. – Это было… вкусно.

Дэвид улыбнулся. – Рад, что тебе понравилось.

– Почему ты это делаешь? – спросил Элиан, не в силах сдержать любопытство. – Почему ты мне помогаешь?

Дэвид откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. – Потому что я вижу в тебе себя. Когда-то я тоже был потерян. И мне никто не протянул руку помощи.

Элиан нахмурился. – Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что этот мир жесток, – ответил Дэвид, и его голос стал жестче. – Он выжимает из нас все соки, а потом выбрасывает, как ненужную вещь. Ты слишком ценен, чтобы позволить этому случиться с тобой.

Элиан почувствовал, как его сердце сжалось. Слова Дэвида попали в самое больное место. Он действительно чувствовал себя использованным, опустошенным.

– Но… ты же серийный убийца, – прошептал Элиан, не в силах скрыть дрожь в голосе.

Дэвид рассмеялся. Это был низкий, гортанный смех, от которого у Элиана побежали мурашки по коже.

– Слухи, Элиан. Всего лишь слухи. Люди любят приукрашивать.

– Но… Италия… – начал Элиан.

– Италия – это совсем другая история, – перебил Дэвид. – И поверь мне, те, кого я убил, заслуживали этого. Они были монстрами.

Элиан посмотрел на Дэвида, пытаясь понять, лжет ли он. Но в его глазах не было ни тени лжи. Только холодная, расчетливая решимость.

– Ты… ты действительно их убил? – спросил Элиан, чувствуя, как его охватывает паника.

Дэвид кивнул. – Да. И я не жалею об этом. Они были угрозой. Для меня. Для таких, как ты.

Элиан отшатнулся. Он был в шоке. Он сидел напротив настоящего убийцы. И этот убийца говорил ему, что он его защитит. Это было безумие.

– Я… я не могу, – прошептал Элиан, вставая. – Я должен идти.

Дэвид схватил его за руку. – Куда ты пойдешь, Элиан? Назад к той жизни, которая тебя разрушает? Назад к людям, которые видят в тебе лишь товар?

Элиан попытался вырваться, но хватка Дэвида была слишком сильной.

– Отпусти меня! – закричал он.

– Нет, – сказал Дэвид, и его голос был полон стальной решимости. – Я не позволю тебе вернуться к этому. Ты мой, Элиан. И я не отпущу тебя.

Элиан почувствовал, как его глаза наполняются слезами. Он был пойман. Он был в ловушке. Он променял одну тюрьму на другую, еще более опасную.

– Что ты со мной сделаешь? – прошептал он, его голос дрожал.

Дэвид улыбнулся, и его улыбка была такой же хищной, как и раньше.

– Я покажу тебе, что такое настоящая свобода. Я покажу тебе, что такое настоящая жизнь. Ты будешь жить, Элиан. По-настоящему. И никто не посмеет причинить тебе вреда. Потому что я буду рядом.

Элиан посмотрел на Дэвида, и в его глазах не было ничего, кроме отчаяния. Он понимал, что его жизнь никогда не будет прежней. Он вступил в мир, из которого не было возврата. Мир, где царила тьма, но где, возможно, он наконец-то найдет себя.

Дэвид поднялся, все еще держа Элиана за руку.

– Пошли, – сказал он. – Нас ждет долгая ночь.

И Элиан, словно во сне, пошел за ним, в неизвестность, которая таила в себе одновременно и ужас, и надежду. Он был в руках убийцы, но, возможно, именно этот убийца был единственным, кто мог спасти его от самого себя.