Юля и Лена после концертов

Лена стояла, прислонившись спиной к холодной стене гримёрки, её дыхание сбилось в неровный, прерывистый ритм. Кудрявые рыжие волосы разметались по плечам, некоторые пряди прилипли к влажному лбу. Её зелёные глаза были прикрыты, длинные ресницы подрагивали, а фарфоровая кожа покрылась мелкой испариной. Губы были припухшими и слегка приоткрытыми, словно она пыталась вдохнуть весь доступный воздух.

Юля, тяжело дыша, отстранилась от неё, опустив голову на её грудь. Её короткие чёрные волосы щекотали нежную кожу Лены. Пронзительные голубые глаза были прикрыты, а на губах играла довольная, чуть хищная улыбка. Маленькая, но крепкая рука Юли всё ещё сжимала бедро Лены, а другая покоилась на её животе. Тихий стон сорвался с губ Юли, когда она почувствовала тёплую влагу, растекающуюся по внутренней стороне бедра Лены.

– Ох, Ленка… – прошептала Юля, её голос был хриплым и низким, почти неузнаваемым. – Ты просто… нечто.

Лена открыла глаза и посмотрела на макушку Юли, потом медленно опустила взгляд на их сплетённые тела. Чувство оцепенения сменялось лёгким шоком, а затем — волной нежности и странной, всепоглощающей радости. Она подняла руку и осторожно провела пальцами по чёрным волосам Юли, зарываясь в них.

– Что это было? – прошептала Лена, едва слышно.

Юля подняла голову, её голубые глаза встретились с зелёными. Взгляд Юли был полон вызова и одновременно глубокой привязанности.

– А ты не поняла? – усмехнулась она, приподняв бровь. – Это было… правильно.

Лена почувствовала, как по её телу пробежала дрожь. "Правильно". Это слово эхом отдавалось в её голове, смешиваясь с ощущениями, которые до сих пор бушевали внутри. Она всегда была более сдержанной, более осторожной. Юля же, напротив, всегда была огнём, ураганом, способным смести всё на своём пути. И сейчас этот ураган пронёсся по ней, оставив после себя хаос и абсолютное, непередаваемое блаженство.

– Юль, – Лена слегка отстранилась, пытаясь собраться с мыслями. – Мы… мы на работе. Дверь закрыта, но…

– Ну и что? – Юля прижалась к ней снова, её тело было горячим и податливым. – Никто не войдёт. Я же закрыла её на замок, ты что, забыла? Я всегда всё продумываю.

Лена знала это. Юля всегда была такой: импульсивной, но при этом удивительно прагматичной, когда дело касалось их "секретов". Она всегда находила способ обходить правила, создавать свои собственные.

– А если кто-нибудь услышит? – Лена опустила глаза, её щёки слегка порозовели.

Юля рассмеялась, низким, гортанным смехом, который заставил Лену вздрогнуть.

– Услышит что? Как ты стонешь от удовольствия? Ну и пусть! Пусть завидуют! – Юля провела рукой по её щеке, её пальцы были тёплыми и немного шершавыми от старых мозолей. – Ты же сама этого хотела, Ленка. Не притворяйся.

В словах Юли была правда. Лена не могла отрицать этого. Все эти годы, что они были вместе – сначала как подруги, потом как партнёрши по группе, а потом… потом что-то изменилось. Что-то неуловимое, но мощное. Взгляды, прикосновения, слова, которые они говорили только друг другу. Всегда было это напряжение, эта невысказанная тяга, которая пульсировала между ними, как невидимый электрический разряд.

– Я… я не знаю, чего я хотела, – пробормотала Лена, хотя глубоко внутри она знала. Она хотела Юлю. Хотела её дерзости, её огня, её способности выбивать её из колеи.

– А я знаю, – Юля приподнялась на локтях, её глаза блестели. – Ты хотела, чтобы я взяла тебя. Чтобы я показала тебе, что такое настоящая страсть. И я это сделала.

Лена посмотрела в её глаза, и в этот момент все её сомнения и опасения отступили. Взгляд Юли был таким искренним, таким пронзительным, что Лена почувствовала, как её сердце сжимается от необъяснимой нежности.

– Да, – выдохнула Лена, её голос был едва слышен. – Да, ты это сделала.

Юля улыбнулась, её губы слегка приоткрылись, обнажая ряд ровных зубов. Она наклонилась и нежно поцеловала Лену в уголок губ, потом в щёку, потом в шею.

– И знаешь что? – прошептала Юля, её дыхание обжигало кожу Лены. – Мне понравилось. Очень.

Лена закрыла глаза, наслаждаясь этими прикосновениями, этим ощущением близости, которое было одновременно новым и до боли знакомым. Это было как возвращение домой, к чему-то давно забытому, но всегда присутствующему в её душе.

– Мне тоже, – призналась Лена, её голос дрожал от эмоций. – Очень.

Они стояли так ещё несколько минут, прижавшись друг к другу, слушая стук своих сердец, который постепенно успокаивался. Гримёрка была тихой, только их дыхание нарушало покой. За дверью слышались приглушённые голоса, шаги, но внутри их маленького мира царила абсолютная тишина.

Внезапно Юля отстранилась, её лицо стало серьёзным.

– Нам нужно привести себя в порядок, – сказала она, её голос вернулся к привычному, более резкому тону. – Скоро будут звать.

Лена кивнула, чувствуя, как неловкость начинает возвращаться. Что теперь? Как им себя вести? Как будто ничего не произошло? Но это было невозможно. Что-то необратимо изменилось между ними.

Юля, как будто прочитав её мысли, взяла её за руку.

– Не волнуйся, – сказала она, сжимая её пальцы. – Мы разберёмся. Всегда разбирались.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько уверенности, столько силы, что Лена почувствовала, как напряжение немного спадает. Юля всегда была её опорой, её защитой, её безумием. И сейчас, после всего, что произошло, Лена поняла, что эта связь стала ещё крепче.

Юля подошла к небольшому столику, на котором лежали салфетки и бутылка с водой. Она смочила салфетку и протянула её Лене.

– Держи, – сказала она. – Нужно вытереться.

Лена взяла салфетку, её пальцы слегка дрожали. Она осторожно вытерла влагу со своих бёдер, чувствуя, как тепло разливается по её телу. Юля наблюдала за ней, её взгляд был задумчивым, но не осуждающим. В её глазах Лена видела лишь принятие и что-то ещё, что-то глубокое и личное.

Затем Юля взяла другую салфетку и вытерла себя, её движения были быстрыми и уверенными. Она всегда была такой: практичной, прямолинейной, не зацикливающейся на мелочах.

– Одежду поправим, – сказала Юля, оглядывая их слегка помятые наряды. – Волосы… твои, конечно, не расчешешь теперь.

Лена рассмеялась, её смех был смущённым, но искренним.

– Ну, я привыкла к этому, – сказала она, проводя рукой по своим кудрям. – Африканские кудряшки, помнишь?

– Помню, – Юля улыбнулась, вспоминая их первые годы, когда Лена носила мелкие, тугие кудряшки, которые были её визитной карточкой. – Ты тогда была совсем другой. Мягкой, пушистой. А сейчас…

– А сейчас что? – Лена подняла бровь, глядя на Юлю.

– А сейчас ты… – Юля подошла к ней, её глаза блестели. – Ты стала ещё красивее. Ещё желаннее. И ты это знаешь.

Лена почувствовала, как по её телу пробежала волна жара. Слова Юли были такими прямыми, такими откровенными, что Лена не могла ничего возразить. Она опустила взгляд, её щёки снова вспыхнули румянцем.

– Не смущайся, – Юля слегка приподняла её подбородок. – Ты же моя. Всегда была моей. Просто не все это понимали.

Лена подняла глаза, её взгляд встретился с пронзительными голубыми глазами Юли. В этот момент она поняла, что Юля говорит не просто о физическом акте, который только что произошёл. Она говорила о чём-то гораздо более глубоком, о связи, которая связывала их с самого начала.

– И ты моя, – прошептала Лена, её голос был полон нежности. – Всегда была.

Юля улыбнулась, её улыбка была мягкой и тёплой, совсем не такой, как её обычная дерзкая усмешка. Она наклонилась и нежно поцеловала Лену в губы, этот поцелуй был долгим и чувственным, но без той дикой страсти, которая только что бушевала между ними. Это был поцелуй обещания, поцелуй, который говорил о будущем, которое теперь казалось таким ясным и определённым.

Внезапно раздался стук в дверь.

– Девочки! Вы там живы? Через пять минут выход! – раздался приглушённый голос их администратора.

Юля и Лена резко отстранились друг от друга, их глаза расширились.

– Идём! – крикнула Юля, её голос был на удивление ровным и спокойным.

Она повернулась к Лене, её взгляд был полон озорства.

– Ну что, Катина? Готова к выходу?

Лена рассмеялась, её сердце колотилось от перевозбуждения и предвкушения.

– Готова, Волкова, – сказала она, поправляя свой топ. – Как никогда.

Они быстро поправили одежду, Юля провела рукой по своим коротким волосам, Лена попыталась пригладить свои кудри, но это было бесполезно. Они посмотрели друг на друга в зеркало: Лена – с растрепанными рыжими волосами, слегка припухшими губами и сияющими зелёными глазами; Юля – с блестящими голубыми глазами, чуть взъерошенными чёрными волосами и довольной улыбкой, которая не сходила с её лица.

Они были разными, как огонь и вода, как день и ночь. Но именно эта разница делала их целыми, делала их "Тату". И теперь между ними появилось что-то новое, что-то, что навсегда изменило их отношения.

Юля подошла к двери и провернула замок.

– Ну что, пошли покорять мир? – сказала она, протягивая руку Лене.

Лена взяла её руку, сжимая крепко.

– Пошли, – ответила она, её голос был полон решимости. – Вместе.

Они вышли из гримёрки, держась за руки, их глаза сияли. Мир ждал их, не подозревая, что за закрытой дверью только что родилась новая глава их истории. Глава, полная страсти, нежности и абсолютной, безоговорочной любви. И они были готовы к ней. Абсолютно готовы.