Я не такий

Чхве Ёнджун глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь в руках. Солнце уже садилось, окрашивая небо в багровые оттенки, но воздух оставался тяжёлым и душным. Военный полигон, куда их группу отправили на обязательную подготовку, был далёк от комфортных стен престижного университета, где он преподавал право. Здесь пахло пылью, потом и металлом.

Ему двадцать три года, и он – самый молодой преподаватель на кафедре адвокатского дела. Красивый, умный, с амбициями, которые могли бы свернуть горы. Но сейчас он чувствовал себя не более чем одним из многих, затерянным среди камуфляжной формы и суровых лиц инструкторов.

– Ёнджун-хён! – раздался звонкий голос, и к нему подбежал Субин, его младший брат, староста их группы. Субин, как всегда, излучал энергию и оптимизм, которые Ёнджун давно растерял. – Ты чего завис? Ужин скоро, а потом лекция по тактике выживания.

Ёнджун лишь слабо улыбнулся. Ему всегда говорили, что ему повезло с семьёй. Богатые родители, влиятельные мужья – генерал Бан Чан и доктор Ли Минхо. Все вокруг считали, что его успех – это результат их покровительства, что он не живёт в нищете только благодаря их деньгам и связям. Но это было неправдой. Каждая отметка, каждый успех в его жизни был выстрадан, вызубрен бессонными ночами. Он никогда не просил помощи, всё делал сам.

Именно поэтому ему было так больно видеть, что те, кто должен был быть его опорой, его мужья, не замечали его усилий. Они были для него всем, но он для них, казалось, был лишь дополнением к их идеальной жизни.

Во время редких посещений, когда к другим курсантам приезжали семьи, чтобы поддержать, привезти домашнюю еду или просто обнять, Ёнджун оставался один. Минхо и Бан Чан никогда не приезжали. Они были слишком заняты, говорили они. Слишком важны их дела. Ему постоянно твердили: "Тебе так повезло с мужьями!" Но ему так не казалось.

Субин, заметив задумчивость брата, положил руку ему на плечо.
– Хён, всё в порядке? Ты выглядишь уставшим.
– Всё в порядке, Субин. Просто думаю о своём.
– О них? – Субин знал, насколько эта тема болезненна для его брата. – Не переживай. Они обязательно приедут. У них просто много работы.
Ёнджун лишь покачал головой. Он уже не верил в это.

Вечерняя лекция по тактике выживания была скучной и предсказуемой. Ёнджун, обычно внимательный и схватывающий всё на лету, ловил себя на том, что его мысли постоянно возвращаются к дому, к пустым кроватям, к невысказанным словам. Он хотел, чтобы его заметили. Не как преподавателя, не как успешного адвоката, а как человека. Как мужа.

На следующее утро их ждали изнурительные тренировки. Бег с полной выкладкой, полоса препятствий, имитация боя. Ёнджун, несмотря на свою хрупкую внешность, был на удивление вынослив. Его тело, привыкшее к долгим часам за учебниками и сидячей работе, с трудом, но адаптировалось к нагрузкам. Он был одним из лучших в группе, что не осталось незамеченным инструкторами.

– Чхве Ёнджун! – крикнул один из сержантов, отставной военный с хриплым голосом. – Отличная работа! Ты точно не служил раньше?
Ёнджун лишь покачал головой, пытаясь отдышаться.
– Нет, сэр. Я преподаватель права.
Сержант хмыкнул.
– Ну, из тебя вышел бы отличный солдат.

Эти слова были бальзамом на душу Ёнджуна. Хоть кто-то замечал его усилия, его способности. Не его связи, не его фамилию, а его самого.

Дни тянулись медленно, сливаясь в череду изнурительных тренировок и коротких передышек. Связь с внешним миром была ограничена. Раз в неделю разрешались короткие звонки. Ёнджун звонил родителям, Субин звонил своим друзьям. Номера Минхо и Бан Чана он не набирал. Слишком больно было бы услышать их равнодушные голоса или, что ещё хуже, их отсутствие.

Однажды, во время обеда, когда они сидели в пыльной столовой, Субин вдруг подтолкнул его локтем.
– Хён! Смотри!
Ёнджун поднял глаза и увидел, как к столу, где сидели старосты, направляется их командир, полковник Ким. Рядом с ним шли двое мужчин в гражданской одежде. Один – высокий, с холодным, пронзительным взглядом, другой – чуть пониже, с мягкими чертами лица, но таким же серьёзным выражением.

Сердце Ёнджуна пропустило удар. Бан Чан. И Минхо.

Они действительно приехали. Но не к нему. Они направлялись к столу командиров, а затем, по всей видимости, к Субину. Как староста, Субин был важной фигурой, и Ёнджун знал, что его брат часто контактировал с руководством.

Горький комок подкатил к горлу. Он был старшим братом, но они пришли к младшему. Это было так типично.

Минхо заметил его взгляд и на секунду их глаза встретились. В его взгляде не было ни тепла, ни узнавания, лишь лёгкое удивление. Как будто он не ожидал увидеть Ёнджуна здесь. Бан Чан даже не повернул головы. Он что-то оживлённо обсуждал с полковником Кимом.

Субин, увидев их, вскочил на ноги.
– Генерал Бан Чан, доктор Ли Минхо! Какая честь!
Бан Чан улыбнулся, но улыбка не затронула его глаз.
– Здравствуй, Субин. Мы приехали проверить, как идут дела у наших подопечных. Ты ведь хорошо справляешься, не так ли?
– Стараюсь, сэр! – Субин выпрямился, гордый вниманием.

Минхо, наконец, посмотрел на Ёнджуна, который всё ещё сидел, пытаясь сделать вид, что он не заинтересован в происходящем.
– Ёнджун, ты здесь? Я не ожидал.
Его голос был ровным, безэмоциональным. Ёнджун почувствовал, как сердце сжимается от обиды.
– Да, я здесь. Я в этой группе.
– Ах, да, конечно, – Минхо кивнул, как будто только что вспомнил. – Как у тебя дела? Ты не звонил.
– А вы не звонили мне, – ответил Ёнджун, стараясь, чтобы его голос звучал так же ровно, как у Минхо.

На лице Минхо промелькнула тень чего-то, что Ёнджун не смог распознать – возможно, удивления, возможно, лёгкого раздражения. Бан Чан, наконец, повернулся к нему.
– Ёнджун, ты чего сидишь? Поздоровайся как следует.
Ёнджун медленно поднялся.
– Здравствуй, Бан Чан.
Генерал лишь кивнул.
– Ну, мы пойдём. У нас встреча с полковником. Субин, если что, сообщи нам.
И они ушли, оставив Ёнджуна стоять посреди столовой, чувствуя себя ещё более невидимым, чем когда-либо.

Субин подошёл к нему, сияя.
– Хён, представляешь! Они приехали! Наверное, они хотят узнать, как мы справляемся.
Ёнджун лишь пожал плечами.
– Конечно, Субин. Они всегда интересуются делами.

Остаток дня прошёл в тумане. Ёнджун механически выполнял все задания, но его мысли были далеко. Они приехали. Но не к нему. Они даже не поинтересовались, как он. Только Субин был удостоен их внимания.

Вечером, когда все уже готовились ко сну, Ёнджун решил прогуляться. Он вышел из казармы и направился к небольшому холму, откуда открывался вид на весь полигон. Звёзды сияли на тёмном небе, и в их холодном свете Ёнджун чувствовал себя ещё более одиноким.

– Ёнджун?
Он обернулся. За ним стоял Минхо. Его лицо было освещено лунным светом, и Ёнджун впервые заметил в нём какую-то усталость.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Ёнджун.
– Я... я хотел поговорить с тобой.
Ёнджун лишь молча смотрел на него.
– Почему ты так холоден? – спросил Минхо. – Ты даже не позвонил.
– А почему вы не звонили? – повторил Ёнджун. – Вы приехали к Субину. Не ко мне.
Минхо нахмурился.
– Мы приехали по делам. И заодно проведать вас обоих. Субин – староста, у него больше информации.
– И поэтому вы не удосужились даже спросить, как я? Или обнять меня?
Голос Ёнджуна дрогнул. Он сам удивился своей смелости. Обычно он держал все свои эмоции глубоко внутри.
Минхо подошёл ближе.
– Ёнджун, ты же знаешь, как мы заняты. У нас важная работа.
– Важнее, чем я? – вырвалось у Ёнджуна. – Вам всегда говорили, что мне повезло. Повезло с семьёй, повезло с вами. Но я чувствую себя невидимым. Как будто меня нет.

Минхо молчал. Его взгляд блуждал по звёздному небу, а затем вернулся к Ёнджуну.
– Это не так. Мы любим тебя, Ёнджун. Просто... мы не знаем, как проявлять это.
– Не знаете? – в голосе Ёнджуна прозвучала боль. – Вы генерал и доктор. Вы спасаете жизни, командуете армиями. И вы не знаете, как проявить любовь к собственному мужу?
– Мы думали, что ты понимаешь, – тихо сказал Минхо. – Твоя учёба, твоя карьера... мы всегда гордились тобой.
– Гордились? – Ёнджун горько усмехнулся. – Вы даже не знаете, как мне тяжело далась эта карьера. Вы думаете, что всё досталось мне легко, благодаря вашим связям. Но я всё делал сам! Каждый экзамен, каждая лекция, каждая бессонная ночь. Я хотел доказать вам, что я чего-то стою. Что я не просто приложение к вашей жизни.

Слёзы навернулись на глаза Ёнджуна, но он старался их сдержать. Он не хотел показывать свою слабость.
Минхо подошёл совсем близко и осторожно взял его за руку.
– Ёнджун, мне жаль. Мы… мы не видели этого. Мы были сосредоточены на своих делах, на своих проблемах. Мы думали, что ты сильный, что ты справишься со всем сам.
– Я и справлялся, – прошептал Ёнджун. – Но я хотел, чтобы вы были рядом. Чтобы вы заметили меня.

В этот момент к ним подошёл Бан Чан. Он выглядел удивлённым, увидев их вместе, и ещё больше – увидев слёзы на глазах Ёнджуна.
– Что здесь происходит?
Минхо повернулся к нему.
– Мы разговариваем, Бан Чан.
Бан Чан перевёл взгляд с Минхо на Ёнджуна, и в его глазах появилось что-то похожее на беспокойство.
– Ёнджун? Ты плачешь?
– Нет, – быстро сказал Ёнджун, вытирая глаза тыльной стороной ладони.
– Не лги, – сказал Бан Чан, подходя к нему. – Что случилось?

Минхо коротко рассказал ему о разговоре. Бан Чан слушал, его лицо становилось всё более серьёзным. Когда Минхо закончил, генерал посмотрел на Ёнджуна.
– Ты думаешь, мы не замечаем тебя? Что мы тебя не любим?
Ёнджун лишь кивнул.
Бан Чан вздохнул. Он взял Ёнджуна за другую руку. Его ладонь была тёплой и сильной.
– Ёнджун, послушай меня. Ты – самый яркий человек, которого я знаю. Ты умён, талантлив, трудолюбив. Мы гордимся тобой больше, чем ты можешь себе представить. Но мы... мы, кажется, забыли, как это – показывать. Мы привыкли быть сильными, решать проблемы, а не говорить о чувствах.

Он посмотрел на Минхо.
– Мы оба виноваты. Мы слишком увлеклись своей работой, своими амбициями, и забыли о самом главном. О тебе.
Ёнджун поднял на них заплаканные глаза. В их взглядах он впервые увидел не равнодушие, а искреннюю боль и раскаяние.
– Я просто хотел, чтобы вы были рядом, – тихо сказал он. – Чтобы вы приехали, чтобы обняли меня, как другие.
Бан Чан обнял его, прижимая к себе. Его объятие было крепким и тёплым. Ёнджун почувствовал, как напряжение, копившееся в нём долгие месяцы, начало ослабевать.
– Прости нас, Ёнджун, – прошептал Бан Чан. – Мы были слишком глупы.
Минхо тоже обнял его, присоединяясь к объятию.
– Мы исправимся, Ёнджун. Обещаю. Мы будем рядом.

Ёнджун почувствовал, как слёзы снова потекли по его щекам, но на этот раз это были слёзы облегчения. Он наконец-то был замечен. Он был невидим среди звёзд, но теперь он чувствовал, что его свет снова засиял.
– Я... я верю вам, – прошептал он, прижимаясь к ним обоим.

В этот момент, стоя на холме под звёздным небом, Ёнджун понял, что, возможно, ему действительно повезло. Повезло не с деньгами или связями, а с тем, что его мужья, несмотря на все свои недостатки, были готовы признать свои ошибки и попытаться всё исправить. И это было для него важнее всего. Он был невидимым, но теперь он чувствовал, что его видят. И это было началом чего-то нового.