две девочки Алина 14 лет. и Дарья 18 лет. Даша нашла незнакомку возле заброшки какая спала. ей она сразу показалась красивой и она решает ей помочь.

Дарья шла домой из университета, кутаясь в тонкую кофту. Вечернее летнее небо уже окрасилось в глубокие синие тона, а прохладный ветерок заставлял ежиться. Фонари ещё не горели в полную силу, и улицы казались пустынными. Её путь лежал мимо старого заброшенного здания, которое давно уже стало частью городского пейзажа – обшарпанного, с выбитыми окнами, оно всегда навевало легкую меланхолию. Обычно она старалась обходить его стороной, но сегодня мысли об очередной скучной лекции затуманили её бдительность.

Внезапно взгляд Дарьи зацепился за что-то необычное. В тени одного из разрушенных проёмов, на груде старого мусора, свернувшись калачиком, спала девушка. Совсем юная, судя по всему. Дарья замедлила шаг, затем остановилась. Сердце сжалось от тревоги. Кто может спать в таком месте, да ещё и в такой холод, пусть даже и летний?

Она осторожно подошла ближе. Лунный свет, пробивающийся сквозь облака, осветил лицо спящей. Девочка, совсем ещё ребёнок, лет четырнадцати, не больше. Аккуратные черты лица, длинные тёмные ресницы, тонкие губы. Даже в таком неприглядном окружении она казалась хрупкой и прекрасной. Дарья почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Это было не просто сочувствие, а что-то более глубокое, необъяснимое. Возможно, даже намёк на романтические чувства, что удивило её саму.

– Эй… – тихо позвала Дарья, приседая рядом. – Девочка… Ты в порядке?

Алина вздрогнула, открывая глаза. Они были широко распахнуты, цвета темного шоколада, полные испуга и недоверия. Она медленно поднялась, отряхивая с себя пыль.

– Кто ты? – прошептала Алина, её голос был хриплым.

– Меня зовут Дарья. Я просто проходила мимо. Почему ты здесь спишь?

Алина отвернулась, её плечи поникли.

– Неважно.

– Важно, – настаивала Дарья. – Ты замерзла, наверное. И голодная. Пойдём со мной. У меня есть квартира недалеко. Ты сможешь согреться, поесть.

Алина молчала, не решаясь поднять взгляд. В её глазах читалась смесь усталости и недоверия.

– Я… я не могу, – наконец выдавила она.

– Можешь. Я не сделаю тебе ничего плохого, обещаю. Просто хочу помочь.

Дарья протянула руку. После секундного колебания Алина несмело вложила свою ладонь в её. Её рука была холодной и маленькой.

Они шли молча. Дарья чувствовала, как Алина периодически поглядывает на неё, оценивая и, возможно, пытаясь разгадать её мотивы. Когда они наконец вошли в уютную, хоть и небольшую квартиру Дарьи, Алина с облегчением выдохнула. Тепло и мягкий свет казались ей неземными после холодной улицы.

Дарья предложила ей горячий чай и бутерброды. Только после того, как Алина немного согрелась и поела, она начала говорить. Сначала неуверенно, обрывистыми фразами, потом всё более связно.

– Меня выгнали из дома, – тихо сказала Алина, уставившись в свою кружку. – Родители… они не понимают меня. Сказали, что я им не нужна.

Дарье стало невыносимо жаль эту хрупкую девочку. Она слушала, не перебивая, чувствуя, как внутри разгорается огонь сочувствия и желания защитить.

– Ты можешь остаться у меня, – сказала Дарья. – Сколько нужно.

Алина подняла на неё свои большие глаза, полные удивления и благодарности.

– Правда?

– Правда.

С того дня Алина стала жить у Дарьи. Она оказалась удивительной собеседницей. За маской нелюдимости и отстранённости скрывалась добрая, искренняя душа, способная на тонкий юмор и глубокие размышления. Алина любила слушать музыку, разбиралась в ней, и её плейлист удивлял Дарью своей эклектичностью. Она могла быть серьёзной, когда речь заходила о важных вещах, но чаще всего была «на приколе», как она сама выражалась, и её шутки часто заставляли Дарью смеяться до слёз.

Дарья быстро поняла, что влюбилась. Эти чувства, зародившиеся ещё у заброшенного здания, теперь расцвели в полную силу. Алина была особенной, не такой, как все. Её непосредственность, её внутренняя сила, её уязвимость – всё это притягивало Дарью с невероятной силой. Однако Алина никогда не заговаривала об отношениях. Дарья боялась, что Алина гетеросексуальна, и поэтому скрывает свои истинные чувства. Она ведь и сама долгое время прятала свою ориентацию, боясь осуждения.

Однажды, после школы, Алина не вернулась домой. Дарья ждала, нервничала, пытаясь дозвониться. Но телефон Алины был выключен. Часы тянулись невыносимо долго. На улице уже смеркалось, а Алины всё не было. Паника нарастала.

Дарья начала искать её. Она обошла все ближайшие парки, заглянула в кафе, где они иногда бывали. Нигде. Сердце колотилось как сумасшедшее. Что, если с ней что-то случилось? Что, если она ушла?

Когда надежда почти покинула её, Дарья увидела Алину. Она сидела на парапете возле моста, с сигаретой в руке, глядя на реку. Её профиль был освещён светом фонаря, и в нём читалась какая-то грусть, отстранённость.

– Алина! – выдохнула Дарья, подбегая к ней. – Ты с ума сошла? Я так волновалась! Почему ты не отвечаешь на звонки?!

Алина вздрогнула, уронив сигарету. Она выглядела виноватой.

– Прости… я…

– Прости?! – Дарья была на грани срыва. – Что это такое? Снова куришь? Мы же договорились, что ты бросишь!

Алина опустила голову.

– Мне просто… было плохо.

Дарья посмотрела на неё. На её хрупкие плечи, на её ссутулившуюся фигуру. Гнев мгновенно сменился нежностью. Она подошла ближе, обняла её за плечи.

– Ну же, глупышка, – прошептала Дарья, целуя её в макушку. – Не пугай меня так больше.

Алина немного удивилась этому жесту, но не придала ему особого значения. Она просто прижалась к Дарье, чувствуя тепло и поддержку.

Прошло несколько дней. Дарья не находила себе места. Чувства к Алине переполняли её, и скрывать их становилось невыносимо. Она понимала, что рискует всем, но молчать больше не могла.

В тот день Алина возвращалась из школы, как обычно. Дарья ждала её дома, сердце колотилось в груди. Когда Алина вошла, Дарья решилась.

– Алина, – начала она, её голос дрожал. – Мне нужно кое-что тебе сказать.

Алина удивлённо подняла брови.

– Что-то случилось?

– Случилось. Я… я люблю тебя, Алина.

Дарья смотрела на неё, боясь прочитать в её глазах отвращение или непонимание. Секунды тянулись вечность. Алина замерла, её лицо выражало целую гамму эмоций: удивление, замешательство, а потом… что-то похожее на облегчение.

– Я… я тоже тебя люблю, Даша, – тихо ответила Алина, и её голос тоже дрожал.

Мир вокруг Дарьи словно перестал существовать. Она не могла поверить своим ушам. Этот ответ был как глоток свежего воздуха после долгого пребывания под водой.

– Правда? – прошептала Дарья, подходя ближе.

Алина кивнула, её глаза были полны нежности.

– Всегда. Просто… я боялась. Думала, ты…

– Я тоже боялась, – перебила её Дарья. – Думала, ты не примешь меня.

Она осторожно приблизилась, прикоснувшись к её щеке. Алина прикрыла глаза, и Дарья поняла, что сейчас самое время. Она наклонилась и нежно поцеловала Алину. Это был первый поцелуй, мягкий, осторожный, но полный такой силы и нежности, что у обеих перехватило дыхание.

Губы Алины были сладкими, а её ответный поцелуй, сначала робкий, затем всё более уверенный, заставил Дарью почувствовать, что она наконец-то дома. Они целовались долго, забыв обо всём на свете, позволяя чувствам взять верх.

Позже, уже лёжа на кровати, обнявшись, они продолжали целоваться, их прикосновения становились всё более смелыми. Каждая клеточка их тела отзывалась на ласки. Алина, сначала немного скованная, быстро раскрепостилась, отвечая на каждую нежность Дарьи с такой страстью, о которой Дарья могла только мечтать. Их тела сплетались в единое целое, их дыхание учащалось, а стоны смешивались в единую мелодию любви. В этот вечер они не просто занимались любовью, они отдавались друг другу полностью, без остатка, открывая свои души и тела, доказывая, что их чувства настоящие, глубокие и взаимные. Это была ночь, когда две души, наконец, нашли друг друга и слились воедино.