Приключение на марсе

Хань Ли бесшумно скользил сквозь густой туман долины Призрачного Шепота, его шаги не оставляли следов на влажной траве. Здесь, на окраине владений секты, духовная энергия была нестабильной и хаотичной, что отпугивало большинство учеников. Но именно это и привлекало Хань Ли. Для человека, чье восхождение к бессмертию зависело от осторожности и скрытых ресурсов, подобные места были идеальным убежищем.

Зеленая бутылочка, надежно спрятанная в его одеждах, слегка вибрировала, словно откликаясь на что-то в глубине ущелья. Хань Ли нахмурился. За годы практики он научился доверять своим инстинктам и этому таинственному артефакту больше, чем собственным глазам.

– Странно, — прошептал он, остановившись у подножия отвесной скалы, поросшей черным мхом. — Плотность ци здесь должна падать, но я чувствую, как она сгущается, приобретая странный, почти осязаемый привкус.

Он активировал технику «Небесного Зрения». Мир вокруг преобразился: туман окрасился в тускло-серые тона, но впереди, прямо за слоем скальной породы, пульсировало нечто ярко-лазурное. Это не было похоже на обычную жилу духовных камней или источник подземного ключа. Энергия текла ритмично, словно дыхание огромного спящего существа.

Хань Ли не спешил. Он извлек несколько защитных талисманов и разложил их вокруг себя, создав простейший массив скрытности. Только после этого он достал свой летающий меч и начал аккуратно прорубать проход в скале. Камень поддавался неохотно, словно сопротивляясь вмешательству, но через час упорной работы лезвие провалилось в пустоту.

За стеной оказалась небольшая каверна, стены которой были покрыты кристаллами, светящимися мягким фосфорическим светом. В центре пещеры находилось небольшое углубление, заполненное густой, серебристой жидкостью. Над ней вился легкий пар, а в самом центре жидкости плавал крохотный, едва заметный росток с тремя прозрачными листьями.

– Неужели это... «Слезы Звездного Океана»? – Хань Ли замер, боясь спугнуть удачу. – В записях секты говорилось, что это растение исчезло из нашего мира еще в эпоху великого переселения.

Он осторожно приблизился, чувствуя, как его собственная мана начинает циркулировать быстрее лишь от одного запаха этого места. Но его внимание привлекло не само растение, а то, в чем оно росло. Серебристая жидкость не была водой. Это была сконденсированная до жидкого состояния духовная энергия, смешанная с чем-то древним и мощным.

– Если я смогу поглотить хотя бы каплю этой эссенции, — размышлял он, прищурившись, — барьер между восьмым и девятым уровнями стадии Заложения Основ падет за считанные дни. Но риск...

Хань Ли привык взвешивать каждый шаг. Он знал, что такие сокровища редко остаются без охраны. Он внимательно осмотрел пещеру, и его взгляд остановился на едва заметных рунах, высеченных на полу. Они были почти стерты временем, но все еще хранили в себе остатки грозной мощи.

– Формация «Девяти Громов», — узнал он, и по его спине пробежал холодок. — Древняя ловушка. Если бы я вошел сюда без подготовки, от меня не осталось бы даже пепла.

Он сел в позу лотоса у края серебристого пруда, не пытаясь коснуться его. Сначала нужно было проверить безопасность. Он достал из сумки обычную марионетку-паука и направил её к источнику. Как только механическая лапка коснулась поверхности жидкости, по пещере пробежал гул, и тонкая молния ударила из свода, мгновенно испепелив игрушку.

Хань Ли хладнокровно кивнул.

– Значит, прямой контакт запрещен. Но формация реагирует на физическое прикосновение и быстрое перемещение маны. Если я буду действовать медленно...

Он достал свою верную зеленую бутылочку. К его удивлению, артефакт начал светиться ровным изумрудным светом, чего раньше никогда не случалось без солнечного или лунного света. Бутылочка словно жаждала этой серебристой эссенции.

– Посмотрим, что ты скажешь на это, — пробормотал он.

Хань Ли начал медленно направлять свою духовную силу в бутылочку, создавая тонкий энергетический «поводок», который потянулся к пруду. Как только изумрудное сияние коснулось серебристой глади, молнии не последовало. Напротив, формация словно затихла, признавая в артефакте нечто более древнее и авторитетное.

Серебристая жидкость начала медленно, капля за каплей, втягиваться в горлышко бутылочки. С каждой новой каплей аромат в пещере становился все гуще, а кожа Хань Ли начала покалывать от избытка энергии.

Прошло несколько часов. Хань Ли чувствовал, как пот катится по его лицу. Поддерживать такой тонкий контроль было изнурительно, но результат стоил того. Когда бутылочка наполнилась наполовину, он остановился. Он знал меру — жадность в мире культиваторов была самым коротким путем к могиле.

Внезапно росток с тремя листьями задрожал. Его прозрачные листья начали наливаться цветом, впитывая остатки серебристой жидкости. Хань Ли замер, наблюдая, как растение за считанные минуты проходит цикл роста, который в обычных условиях занял бы столетия.

– Оно реагирует на бутылочку, — осознал он. — Или на то, что бутылочка забрала часть его питания.

В этот момент тишину пещеры нарушил резкий звук — треск ломающейся ветки снаружи. Хань Ли мгновенно убрал артефакты и слился с тенью, используя технику «Скрытого Дыхания».

– Я уверен, что видел сияние в этой стороне, брат Вэй! – раздался грубый голос у входа в туннель.

– Заткнись, Юнь. Если это действительно редкое сокровище, мы не должны привлекать внимание патрулей секты, — ответил другой, более холодный и расчетливый голос.

Хань Ли прищурился. «Братья Вэй. Внешние ученики десятого уровня. Проблемно, но не критично». Однако он не хотел раскрывать себя. Если они обнаружат источник, слухи разойдутся мгновенно, и тогда старейшины секты приберут всё к рукам.

– Посмотри! — воскликнул первый, врываясь в каверну. — Небеса! Это же «Слезы Звездного Океана»! И посмотри на этот пруд... Мы станем богатыми, Вэй! Мы сможем купить таблетки для прорыва на стадию Создания Ядра!

– Идиот, не подходи близко! — крикнул старший, но было поздно.

Юнь, ослепленный жадностью, бросился к остаткам серебристой жидкости. Как только его рука пересекла невидимую границу, формация «Девяти Громов» пробудилась.

– Нет! — только и успел выкрикнуть Вэй.

Ослепительная вспышка заполнила пещеру. Громовой удар сотряс своды, сбивая пыль и мелкие камни. Когда зрение вернулось к Вэю, его брата больше не было. На месте, где он стоял, дымилась лишь кучка обгоревшей ткани.

Вэй задрожал, пятясь к выходу. Его лицо было бледным как полотно.

– Демоническое место... Это проклятое место!

Он развернулся, чтобы бежать, но путь ему преградила фигура в серых одеждах. Хань Ли стоял спокойно, его лицо было скрыто тенью капюшона, а в руке он держал простой на вид меч, который, тем не менее, излучал опасную ауру.

– Ты... ты кто такой? — пролепетал Вэй, пытаясь нащупать талисман в сумке.

– Тот, кто не любит свидетелей, — холодно ответил Хань Ли.

– Подожди! Я ничего не видел! Я клянусь сердцем демона, я буду молчать! — Вэй упал на колени, понимая, что перед ним кто-то, чья сила значительно превосходит его собственную, несмотря на скромный вид.

Хань Ли на мгновение задумался. Убийство соратника по секте могло повлечь за собой расследование, но оставить его в живых было еще опаснее. Однако у него был другой план.

– Ты примешь эту пилюлю, — Хань Ли бросил ему маленький черный шарик. — Это «Пилюля Гнилого Сердца». Если через месяц ты не получишь от меня противоядие, твои внутренности превратятся в жидкость. Ты будешь моим информатором в секте, и первое, что ты сделаешь — забудешь дорогу в эту долину.

Вэй, дрожащими руками, схватил пилюлю и, не раздумывая, проглотил её. Страх смерти был сильнее гордости.

– Хорошо... хорошо, господин. Я всё сделаю.

– Уходи. И если я услышу хоть слово о серебристом пруде, ты умрешь первым, — произнес Хань Ли, позволяя своей ауре слегка надавить на противника.

Вэй вскочил и бросился прочь из пещеры так быстро, как только позволяли ноги. Хань Ли проводил его взглядом, затем вернулся к источнику. Формация после разряда временно затихла, её энергия истощилась.

– Теперь у меня есть время, — прошептал он.

Он снова сел у пруда и достал бутылочку. Теперь, когда он был один и в безопасности, он мог приступить к главному. Он капнул одну каплю серебристой эссенции себе на язык.

Эффект был мгновенным. Ощущение было такое, будто он проглотил расплавленное солнце. Энергия взорвалась внутри него, устремляясь по меридианам с неистовой силой. Хань Ли стиснул зубы, его кожа начала светиться тем самым лазурным светом, который он видел сквозь скалу.

Его духовное море, обычно спокойное и упорядоченное, превратилось в бушующий шторм. Но благодаря годам тренировок и технике «Великого Искусства Развития», он начал медленно усмирять этот поток. Каждая клеточка его тела поглощала древнюю мощь, укрепляя кости и расширяя каналы ци.

Часы слились в бесконечность. В какой-то момент Хань Ли почувствовал, как невидимая преграда внутри него, в которую он бился последние полгода, с треском лопнула. Его сознание расширилось, позволяя чувствовать жизнь каждой травинки в радиусе мили.

Девятый уровень Заложения Основ.

Он открыл глаза. Они светились холодным, пронзительным светом. Он чувствовал себя сильнее, чем когда-либо. Но что более важно, он чувствовал, что серебристая эссенция дала ему нечто большее, чем просто уровень культивации. В его мане теперь присутствовала едва заметная искра звездной силы, которая делала его техники на порядок мощнее.

Хань Ли посмотрел на росток с тремя листьями. Теперь, когда эссенции почти не осталось, растение начало увядать. Он осторожно выкопал его вместе с почвой и поместил в специальный нефритовый контейнер.

– В моих руках, при помощи бутылочки, ты станешь моим величайшим козырем, — сказал он растению.

Он еще раз оглядел пещеру. Теперь это место было пустым. Древняя мощь ушла, оставив лишь холодный камень. Хань Ли активировал несколько разрушительных талисманов, обрушивая свод пещеры и навсегда скрывая вход под тоннами породы.

Когда он вышел из долины Призрачного Шепота, солнце уже клонилось к закату. Мир выглядел так же, как и утром, но для Хань Ли всё изменилось. Он нашел новый источник силы, и теперь его путь к бессмертию стал на один шаг короче.

– Секта скоро станет слишком тесной для меня, — пробормотал он, глядя на далекие пики гор. — Нужно готовиться к уходу.

С этими словами он растворился в вечерних сумерках, такой же незаметный и опасный, как тень, скользящая между мирами.