Величие

Музей культурного наследия Аурадона всегда казался Мэл местом скучным и слишком стерильным. Все эти восковые фигуры героев, чьи улыбки застыли в вечном благочестии, и злодеев, чьи преступления были аккуратно описаны на табличках, вызывали у неё лишь зевоту.

– Серьёзно, Бен, – Мэл усмехнулась, поправляя фиолетовую прядь, – ты притащил нас сюда в субботу? Я думала, мы пойдём на пикник, а не на экскурсию по запылённым залам.

Бен, шедший во главе их разношёрстной компании, виновато улыбнулся.

– Это новая выставка, Мэл. «Артефакты миров за Гранью». Говорят, некоторые из них старше, чем само волшебство Мерлина.

Рядом с ними Иви увлечённо рассматривала какой-то гобелен, а Карлос и Джей о чём-то спорили с Гарри Крюком и Умой. Несмотря на былое соперничество, жизнь в Аурадоне стёрла острые углы. Даже Одри с Чедом, шедшие чуть поодаль, больше не кривили носы при виде «детей с Острова», хотя Чед всё ещё подозрительно косился на Джея, когда тот подходил слишком близко к экспонатам.

– Смотрите, какая странная штука, – Гил, сын Гастона, ткнул пальцем в сторону огромной арки, стоявшей в самом конце зала.

Арка была вырезана из чёрного, как беззвёздная ночь, камня. Она совершенно не вписывалась в светлый интерьер музея. Грубая, массивная, покрытая странными рунами, которые, казалось, пульсировали едва заметным багровым светом.

– Это не похоже на Дисней, – пробормотал Карлос, подходя ближе. – Слишком... мрачно.

– Ой, да ладно тебе, – фыркнула Одри, поправляя своё розовое платье. – Просто старый кусок скалы. Наверное, какой-то забытый аттракцион.

– Не подходи близко, Одри, – предупредила Ума, её рука инстинктивно легла на рукоять меча, который ей теперь разрешали носить в декоративных целях. – От этой штуки веет сырым мясом и гарью.

Но было поздно. Чед, решив блеснуть храбростью, шагнул под свод арки. Воздух вокруг него внезапно задрожал, как марево над раскалённым асфальтом.

– Смотрите, я в портале! – хохотнул он, но его смех тут же оборвался.

Невидимая сила, словно гигантский пылесос, втянула его внутрь. Бен бросился на помощь, Мэл схватила Бена за руку, Иви вцепилась в Мэл... Через секунду вся группа — четвёрка с Острова, пираты, принц и его свита — исчезла в ослепительной вспышке света.

Когда зрение вернулось к ним, первое, что они почувствовали, был холод. Пронзительный, кусачий ветер, пахнущий солью и сталью.

– Где мы? – прохрипел Джей, поднимаясь с колен. – Это не Аурадон.

Они стояли на широкой мощёной улице древнего города. Архитектура была величественной, но суровой. Но внимание ребят привлекло не это. Прямо перед ними разыгрывалась сцена, от которой кровь стыла в жилах.

Белокурая девушка, чьи волосы были белее самого чистого снега, возвы залась над мужчиной. Тот стоял на коленях, изнурённый, грязный, со следами долгих пыток на лице. Девушка была одета в кожаные доспехи, а в её руке покоился длинный изящный меч. Но страшнее всего были её глаза — ярко-фиолетовые, горящие тем самым сумасшествием, о котором Мэл слышала только в легендах о самых страшных тиранах.

– Твоё предательство не будет забыто, – голос девушки был холодным, как лезвие её меча. – Я истреблю весь твой род. Я сожгу твой город дотла, а твоё имя вычеркну из истории. Ты больше не лорд. Ты — ничто. Гниль под моими сапогами.

– Боже мой... – прошептала Иви, прикрывая рот рукой. – Мы должны помочь ему!

– Тише! – Гарри Крюк схватил её за плечо. – Смотрите, они нас не видят. Мы как призраки.

Действительно, девушка прошла прямо сквозь Бена, даже не дрогнув. Её фиолетовый взор был устремлен лишь на жертву. В этом взгляде не было милосердия, только ярость, возведённая в абсолют.

– Это безумие... – пробормотал Бен. – Кто она такая?

Мир вокруг них внезапно дрогнул и смазался, словно акварельный рисунок под дождём. В следующую секунду их обдало невыносимым жаром.

Запах гари стал настолько сильным, что Карлос закашлялся. Они оказались посреди небольшого поселения, но это место больше напоминало преддверие ада. Вдоль дороги стояли кресты. На них висели люди. По их позам, по застывшим в немом крике ртам было ясно: они умирали долго и мучительно.

– О нет... – Одри побледнела и, кажется, была готова упасть в обморок. Даже Ума выглядела потрясённой.

Внезапно небо потемнело. Огромная тень накрыла поселок. Ребята задрали головы и застыли в ужасе.

Над ними летел дракон. Он был настолько велик, что его крылья закрывали солнце. Чешуя цвета черного оникса отливала багрянцем, а из пасти вырывались струйки дыма.

– Дракон... – выдохнула Мэл. – Но он... он настоящий. Не такой, как моя мама. Он... он — само воплощение смерти.

Ящер спикировал вниз. Группа ребят в ужасе прижалась друг к другу, когда чудовище извергнуло поток оранжево-белого пламени прямо в их сторону. Огонь пронёсся сквозь них, выжигая остатки домов позади. Жара они не почувствовали, но первобытный страх сковал их конечности.

Сцены начали меняться с бешеной скоростью.

Кровавый пир, где вино смешивалось с кровью зарезанных гостей. Король, чья голова была увенчана расплавленным золотом. Войны, где тысячи людей сгорали заживо по одному лишь слову обладателей фиолетовых глаз.

– Хватит! Прекратите это! – закричала Иви, зажмуриваясь.

И вдруг всё стихло.

Они оказались внутри богато украшенного шатра. Снаружи слышался шум лагеря и ржание коней, но здесь, в полумраке, было тихо. На столе стояла карта, придавленная каменными фигурками драконов. У стола стояли двое мужчин в дорогих одеждах.

– Дом Таргариенов, – произнёс один из них, и в его голосе слышался неприкрытый ужас. – В их жилах течёт не кровь, а расплавленное золото и драконье пламя. Говорят, когда рождается новый Таргариен, боги подбрасывают монету, и весь мир замирает в ожидании — безумие или величие?

– Величия в них осталось мало, – ответил второй, помрачнев. – Они безжалостны. Они не знают слова «милосердие». Для них мы лишь уголь для их костров. Сумасшедшие короли на железных тронах.

– Мы должны выбраться отсюда, – прошептал Бен, его лицо было серым от увиденного. – Это не просто сказки. Это... это чья-то реальность.

– Это наше прошлое? – Гил почесал затылок, выглядя совершенно растерянным. – Ну, в смысле, людей?

– Нет, – Мэл посмотрела на свои руки, которые мелко дрожали. – Это что-то другое. Что-то гораздо более древнее и страшное, чем любой злодей с Острова Потерянных.

Она вспомнила ту девушку с фиолетовыми глазами. В её чертах было что-то пугающе знакомое. Та же решимость, та же готовность сжечь мир ради своей цели.

– Если это и есть «величие», – тихо сказала Ума, глядя на карту с драконами, – то я рада, что мы просто пираты.

В центре шатра внезапно снова начала пульсировать та самая чёрная арка, призывая их назад.

– Уходим! Быстро! – скомандовал Бен.

Они прыгнули в портал один за другим, не оглядываясь. Последнее, что увидела Мэл перед тем, как тьма поглотила её, был герб на знамени внутри шатра: трехглавый красный дракон на черном фоне.

Когда они повалились на холодный пол музея в Аурадоне, тишина зала показалась им самым прекрасным звуком на свете.

– Все целы? – Бен первым вскочил на ноги, помогая подняться Мэл.

Чед сидел на полу, обхватив голову руками. Одри всхлипывала, прислонившись к стене. Даже Джей и Гарри выглядели так, будто их пропустили через мясорубку.

– Что это было? – наконец выдавил Карлос, проверяя, на месте ли его гаджеты.

– История, которую нам не рассказывали, – ответила Мэл, глядя на чёрную арку. Теперь руны на ней погасли, превратив её в обычный кусок камня. – Там не было добрых фей и поющих принцев, Бен. Только кровь и огонь.

Бен подошёл к арке и коснулся холодного камня.

– Дом Таргариенов... – прошептал он. – Нужно найти об этом в библиотеке. Если такие люди существовали, мы должны знать, почему они исчезли.

– Надеюсь, они исчезли навсегда, – Иви поправила растрёпанные волосы, но её руки всё ещё дрожали. – Потому что если кто-то с такой силой и таким безумием решит прийти в Аурадон... нас не спасут никакие палочки.

Мэл промолчала. Она всё ещё видела перед собой те фиолетовые глаза. Она знала, что такое тьма, она выросла в ней. Но то, что они увидели там, за гранью, было не просто злодейством. Это была стихия. Неуправляемая, яростная и абсолютно свободная от морали.

– Пойдёмте отсюда, – сказала Мэл, беря Бена за руку. – Я больше не хочу смотреть на экспонаты.

Они уходили из зала, и эхо их шагов долго разносилось под сводами музея. А чёрная арка осталась стоять в тени, храня тайны династии, которая когда-то правила небесами на спинах драконов и чьё безумие было столь же безграничным, как и их власть.