Чарли

Утро в Лего-Сити всегда начиналось по расписанию. Ровно в семь часов солнечный свет, отражаясь от глянцевых поверхностей желтых лиц горожан, заливал центральную площадь. Пластиковые деревья стояли неподвижно, а в воздухе витал едва уловимый аромат свежего АБС-пластика.

Чарли, маленькая белая собака с аккуратными черными глазками-бусинками, сидел на углу 42-й улицы и Пятого проспекта. Его хвост, изогнутый идеальной дугой, замер в ожидании. Чарли не был обычной собакой; он был тем самым псом, который знал все секреты этого города, от потайных ходов в полицейском участке до точного времени доставки свежей выпечки в кофейню «У Брикса».

Сегодня в воздухе пахло иначе. К привычному аромату добавилась тонкая, манящая нотка сливочного масла и чего-то пряного, овощного, совершенно нетипичного для стандартного игрового набора.

– Эй, Чарли! Опять дежуришь у входа? – Веселый строитель в оранжевой жилетке прошел мимо, помахав пластиковой рукой-клешней.

Чарли вежливо тявкнул в ответ, но его внимание было приковано к столику на летней веранде. Там сидел мэр города, погруженный в чтение свежего выпуска «Лего-Новостей». Перед ним на тарелке лежал он — венец кулинарного творения этого утра. Круассан. Но не обычный, а золотистый, с хрустящими слоями, которые казались слишком настоящими для мира, состоящего из блоков. Рядом, в небольшой стеклянной пиале, сияла темно-оранжевая масса.

Баклажанная икра.

Чарли почувствовал, как внутри него проснулся древний инстинкт охотника. Он знал, что собакам не положено есть человеческую еду, особенно ту, что не входит в стандартный набор аксессуаров. Но этот аромат... Он был как магнит.

Мэр отвлекся на важный телефонный звонок.

– Да, шериф, я слушаю! – Мэр встал и отошел на пару шагов, чтобы лучше слышать собеседника из-за шума проезжающего мимо мусоровоза. – Как это «сбежали из набора 60141»? Опять воришки?

Это был шанс. Чарли действовал молниеносно. Его маленькие лапки практически не касались плит тротуара. Один прыжок на стул, второй — на стол. Пластиковые когти тихо клацнули по поверхности.

– Прости, господин мэр, но это ради науки, – пронеслось бы в голове у Чарли, если бы он умел формулировать мысли на человеческом языке.

Первым исчез круассан. Чарли заглотил его целиком, едва успев почувствовать, как хрустящее тесто тает на языке, оставляя послевкусие французской пекарни. Затем пришел черед икры. Одним точным движением языка Чарли вылизал пиалу до блеска. Баклажанная икра оказалась божественной: с легкой чесночной остротой и нежным ароматом запеченных овощей.

Когда мэр повернулся обратно, стол был пуст. Только маленькая белая собака сидела на земле в метре от столика, преданно глядя в глаза чиновнику и виляя хвостом.

– Постойте-ка... – Мэр нахмурился, поправляя свои пластиковые очки. – Я же точно помню, что заказывал завтрак. Неужели официант забыл принести заказ? Или я его уже съел?

Чарли издал самый невинный звук, на который была способна пластмассовая собака.

– Ох, Чарли, – вздохнул мэр, погладив пса по голове. – Ты выглядишь таким же голодным, как и я. Но ты ведь не мог съесть мой круассан, верно? Ты же маленькая воспитанная собачка.

В этот момент в животе у Чарли что-то странно булькнуло. Комбинация изысканного французского теста и русской кабачково-баклажанной классики начала вступать в химическую реакцию.

– Гав! – внезапно громко выдал Чарли. И это был не просто лай. Вместе со звуком из его пасти вылетело маленькое облачко пара, пахнущее жареным луком.

Мэр замер.

– Чарли... почему ты пахнешь как бабушкин погреб в разгар сезона заготовок?

– Что здесь происходит? – К столику подошел официант в белоснежном фартуке. – Господин мэр, ваш завтрак... О боже! Где икра? Это была эксклюзивная поставка из набора «Фермерский рынок»!

– Кажется, у нас появился гастрономический вор, – задумчиво произнес мэр, глядя на Чарли.

Пёс понял, что пора делать ноги. Он сорвался с места и помчался по центральной улице. Мимо пролетали пожарные машины, полицейские вертолеты кружили в небе, а прохожие-минифигурки едва успевали отскакивать в стороны.

– Держите собаку! – крикнул официант, размахивая полотенцем. – Она съела дефицитный продукт!

Чарли нырнул в узкий переулок между магазином игрушек и банком. Его сердце колотилось. Внутри него бушевал пожар. Баклажанная икра оказалась куда более коварным противником, чем он предполагал. Она требовала немедленного запивания.

Он выскочил на набережную, где у причала стоял большой белый катер. На палубе сидела девушка в темных очках — местная рок-звезда, приехавшая на гастроли. Рядом с ней стоял стакан с ледяным лимонадом.

– Ой, какой милый песик! – воскликнула она, увидев Чарли. – Ты чей, малыш?

Чарли не стал ждать приглашения. Он запрыгнул на борт и, прежде чем девушка успела среагировать, приник к стакану. Холодный лимонад притушил пламя баклажанной страсти в его желудке.

– Эй! Это мой напиток! – Девушка рассмеялась, пытаясь поймать собаку. – Ну и манеры у тебя.

– Простите, леди! – На пристань выбежал запыхавшийся мэр, а за ним — шериф с наручниками (хотя никто не знал, как надеть их на собачьи лапы). – Этот пес совершил дерзкое нападение на мой завтрак!

Шериф наклонился, тяжело дыша.

– Чарли, дружище, ты же знаешь правила. В Лего-Сити всё должно быть по инструкции. Круассаны — для мэров, косточки — для собак. Ты нарушил баланс системы.

Чарли виновато опустил уши. Он чувствовал себя одновременно очень сытым и очень пристыженным. Его белый мех на мордочке слегка окрасился в оранжевый цвет — неумолимое доказательство его преступления.

– Посмотрите на него, – смягчилась рок-звезда. – Он просто хотел немного разнообразия. Кому захочется есть пластмассовые кости день за днем, когда вокруг такая роскошь?

Мэр посмотрел на пустую пиалу, которую принес с собой официант, потом на Чарли, потом на закатное солнце, которое в мире Лего всегда садилось ровно в восемь вечера.

– Ладно, – вздохнул мэр. – Но за это ты должен отработать. В городе открывается новая выставка «Мировая кухня», и нам нужен дегустатор с... э-э... очень специфическим вкусом.

Шериф убрал наручники.

– Повезло тебе, Чарли. Но смотри, если тронешь фуа-гра в посольстве Франции — я за себя не ручаюсь.

Чарли радостно тявкнул. Он понял, что его гастрономическое приключение не закончилось изгнанием. Напротив, он открыл для себя целый мир вкусов, которые выходили за рамки его инструкции.

Когда вечером он лежал на своей подстилке в полицейском участке (где у него был свой уютный уголок), Чарли облизнулся. Вкус баклажанной икры всё еще напоминал о себе приятным теплом. Он закрыл глаза и увидел сны, в которых весь город был построен не из кирпичиков, а из слоеных круассанов, а реки состояли из самого лучшего лимонада.

– И всё-таки, – прошептал шериф, проходя мимо спящего пса, – как он умудрился съесть столько икры и даже не попросить хлеба?

Чарли лишь дернул ухом во сне. Он был особенной собакой в особенном городе. И завтра его ждал новый день, полный новых, еще не опробованных деталей этого удивительного пластикового мира.

А круассаны... что ж, круассаны в Лего-Сити теперь заказывали с запасом. На случай, если маленькая белая собака решит снова выйти на охоту.