Хуан

Школьный коридор на большой перемене напоминал растревоженный муравейник, где каждый куда-то спешил, кричал или пытался выжить в потоке тел. Соня, как обычно, не шла, а практически летела, едва касаясь пола кедами. В её голове одновременно крутились мысли о невыученной биологии, новой дрессировке её щенка кане-корсо — этого маленького, но уже тяжелого кожаного бегемота — и о том, почему волосы сегодня ну никак не хотели лежать ровно, рассыпаясь по плечам русой волной.

С её СДВГ сосредоточиться на чём-то одном было задачей из разряда фантастики. Она обернулась на ходу, чтобы что-то крикнуть Вике, и в этот момент мир на секунду замер, а потом содрогнулся.

Удар был такой силы, что Соня едва не отлетела назад, но чьи-то крепкие руки моментально подхватили её за талию, удерживая на весу. Она уткнулась носом в чью-то грудь, пахнущую дорогим парфюмом и свежестью.

– Ого, малая, ты куда так низко летишь? – раздался над ухом насмешливый, чуть хрипловатый голос.

Соня подняла взгляд и столкнулась с парой искрящихся глаз. Это был Никита. Одиннадцатиклассник, звезда школьной футбольной команды и обладатель самого обсуждаемого пресса в радиусе пяти километров. Его рост в сто восемьдесят сантиметров заставлял Соню чувствовать себя совсем крошечной, несмотря на её женственную фигуру, которую не могла скрыть даже школьная форма.

– Я... я не лечу, я просто перемещаюсь в пространстве! – выпалила Соня, пытаясь высвободиться, но Никита не спешил её отпускать. Его ладони задержались на её тонкой талии чуть дольше, чем того требовали приличия.

– Перемещаешься? Прямо мне в объятия? – Он нагло ухмыльнулся, окинув её взглядом с ног до головы. Его глаза задержались на изгибе её бёдер, и Соня почувствовала, как щёки заливает румянец. – Слушай, а ты за лето... оформилась. Очень даже.

– Никита, отвали, а? – Соня наконец отстранилась, поправляя волосы. – У тебя вон, Вольт в коридоре, наверное, скучает, иди с ним поиграй.

– Вольт дома грызёт мои кроссовки, – Никита сделал шаг ближе, сокращая дистанцию до минимума. Он явно флиртовал, и делал это так открыто, что Соня кожей чувствовала его уверенность. – А я вот думаю, может, мне составить компанию тебе и твоему монстру? Как его там... Зевс?

– Барон, – буркнула Соня, стараясь не смотреть на то, как обтягивает его бицепсы футболка. – И он не монстр, он щенок.

– Ну, значит, сводим их. Джек-рассел и кане-корсо — отличная банда. А мы пока на питбайке покатаемся. Хочешь?

Соня хотела. Питбайк Никиты был легендой школы, но она лишь фыркнула, стараясь сохранить независимый вид.

В паре метров от них разыгрывалась совершенно иная драма. Вика, с её коротким русым каре и бешеным темпераментом, стояла, скрестив руки на груди, и с плохо скрываемым раздражением смотрела на Артёма.

Артём был полной противоположностью своему другу Никите. Высоченный — целых сто девяносто сантиметров — худой и вечно какой-то заторможенный, он сейчас мучительно пытался подобрать слова. Его карие глаза смотрели на Вику с обожанием, но мозг, казалось, работал на скорости старого модема.

– Вик, ну... это... – Артём почесал затылок, нависая над девочкой, которая весила едва ли тридцать семь килограммов, но по энергетике могла заменить электростанцию.

– Что «это», Тём? – Вика топнула ногой. – Мы стоим тут уже три минуты. Ты позвал меня, чтобы просто подышать моим воздухом?

– Нет, я... – Артём замолчал, глядя на то, как гневно сверкают её зеленые глаза. – Я хотел спросить, ты домашку по алгебре сделала?

Вика закатила глаза так сильно, что, казалось, увидела собственный затылок.

– Ты серьёзно? Ты одиннадцатиклассник, я в восьмом! У нас разная алгебра, тормоз ты несчастный!

– А, точно... – Артём виновато улыбнулся. – Ну, может, тебе помочь? Я в восьмом классе хорошо соображал. Вроде.

– Ты и сейчас-то не особо соображаешь, – отрезала Вика, но в её голосе промелькнула тень симпатии. Ей нравилось, как этот огромный парень тушуется перед ней. – Иди уже, у тебя скоро звонок.

– Да, звонок... – Артём кивнул, но не сдвинулся с места. – Слушай, Вик, а хочешь чипсы? У меня в рюкзаке есть.

– Чипсы? В десять утра? – Она прищурилась. – Ладно, давай. Но только если с беконом.

Пока Артём медленно, словно в замедленной съемке, лез в рюкзак, Никита продолжал свой натиск на Соню.

– Так что насчёт прогулки? – Он прислонился плечом к стене, приняв позу, которая максимально выгодно подчеркивала его спортивную фигуру. – Я серьёзно, Сонь. Ты мне нравишься. Ты такая... шумная. Прямо как мой байк.

– Это комплимент или оскорбление? – Соня рассмеялась, её голубо-зелёные глаза весело блеснули.

– Это факт. – Никита наклонился к самому её уху, понизив голос до интимного шепота. – И у тебя чертовски красивая талия. Не зря я в тебя врезался.

Соня почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она знала, что Никита — бабник и флиртует со всеми, кто движется, но в его взгляде сейчас было что-то такое... жадное.

– Ладно, футболист, – она легонько толкнула его в грудь, ощущая твердые мышцы. – Напиши мне вечером. Посмотрим на твоё поведение.

– Ловлю на слове, – Никита подмигнул ей, наконец отпуская её пространство.

В этот момент Артём наконец извлёк пачку чипсов и протянул её Вике.

– Вот. С беконом. Как ты любила... вчера.

Вика выхватила пачку, невольно коснувшись его пальцев своими — тонкими и холодными.

– Спасибо, Тёма. Хоть на что-то ты годен.

– Эй, голубки! – крикнул Никита, хлопая Артёма по плечу, отчего тот едва не выронил рюкзак. – Погнали на физику, а то старая грымза нас живьём закопает.

Артём кивнул, бросив на Вику последний, полный немого вопроса взгляд, и поплелся за другом. Никита же, уходя, обернулся и послал Соне воздушный поцелуй, на что она лишь шутливо замахнулась на него сумкой.

– Ну и ну, – выдохнула Вика, открывая чипсы. – Твой футболист совсем страх потерял.

– А твой великан скоро забудет, как дышать, если ты на него ещё раз так посмотришь, – парировала Соня, поправляя растрепавшиеся волосы.

– Он просто тормоз, – Вика хрустнула чипсиной. – Но добрый.

– А Никита... – Соня замолчала, глядя вслед уходящим парням. – Никита — это катастрофа.

– Которую ты очень хочешь устроить, да? – Вика хитро прищурилась.

Соня не ответила, лишь загадочно улыбнулась. В голове уже зрел план, как познакомить Барона с Вольтом и не допустить, чтобы Никита при этом слишком сильно распускал руки. Хотя, честно говоря, насчёт последнего она была не так уж уверена.

Звонок на урок прорезал тишину коридора, заставляя девочек сорваться с места. Впереди был длинный учебный день, но мысли обеих были уже далеко за пределами школьных стен — там, где рычали моторы питбайков и лаяли собаки, и где старшеклассники оказывались вовсе не такими уж недосягаемыми.