Симпатия Дрона

В заброшенных цехах «Playtime Co.» царила тишина, которую прерывал лишь мерный гул систем охлаждения Эна. Демонтажник сидел на краю обвалившейся конвейерной ленты, свесив ноги вниз. Его хвост с колбой, наполненной смертоносной желтой жидкостью, беспокойно дергался из стороны в сторону, высекая искры из бетонного пола.

Эн прижал ладони к голове, пытаясь унять цифровой шум в аудиосенсорах. Его программное обеспечение выдавало ошибку за ошибкой, но это не были системные сбои, вызванные повреждениями. Это было нечто иное — навязчивое, лихорадочное желание, которое не поддавалось никакой логике.

– Это просто перегрев, – прошептал он сам себе, хотя знал, что лжет. – Просто слишком много масла... или его нехватка.

Но перед глазами, как на заевшей пленке, всплывал образ Прототипа. Эксперимент 1006. Огромная, пугающая и в то же время завораживающая конструкция из плоти и металла. Эн помнил каждое движение этих длинных, паукообразных конечностей, помнил холодный блеск стали и ту непреодолимую мощь, которая исходила от этого существа.

Тьма в углу зала зашевелилась. Эн вздрогнул, его визоры сменились на предупреждающие знаки восклицания, но через секунду он заставил себя успокоиться. Он знал, кто там.

– Ты снова прячешься в тенях, – произнес Эн, стараясь, чтобы его голос не дрожал.

Из темноты медленно вытянулась длинная, костлявая рука. Она была огромной — один только палец был размером с предплечье демонтажника. Прототип не спешил показываться целиком, смакуя момент. Его присутствие заполняло собой всё пространство, заставляя Эна чувствовать себя крошечным и уязвимым.

– Я не прячусь, серийный номер Эн, – раздался скрежещущий, многослойный голос, от которого по внутренним схемам дрона пробежал разряд. – Я наблюдаю. Ты кажешься... неисправным. Твои биоритмы нестабильны.

Прототип наконец вышел на свет. Его восьмиметровое тело возвышалось над Эном, словно готическое изваяние кошмара. Лицо, отдаленно напоминающее маску шута, замерло в вечной, пугающей ухмылке.

– Я в порядке! – Эн резко вскочил, едва не потеряв равновесие. – Просто мысли... много мыслей. Мы ведь партнеры, верно? Мы должны выбраться отсюда.

Прототип наклонился ниже, его металлическое лицо оказалось в считанных сантиметрах от лица демонтажника. Эн почувствовал запах старого масла, озона и чего-то органического. Его датчики зашкаливали. Внутри всё сжалось от странного предвкушения, которое он не мог контролировать. Ему хотелось убежать, но еще сильнее — прикоснуться к этой холодной стали.

– Ты дрожишь, – заметил 1006-й, и одна из его конечностей осторожно коснулась плеча Эна. – Твои системы кричат о жажде. Но это не жажда масла.

– Откуда тебе знать? – выдохнул Эн, чувствуя, как его хвост непроизвольно обвивается вокруг ноги Прототипа.

Демонтажник ненавидел себя за эту слабость. Он был создан для убийства, для зачистки планет, а не для того, чтобы замирать от восторга перед существом, которое могло раздавить его одной рукой. Но размер Прототипа, его абсолютное доминирование и таинственность действовали на Эна гипнотически.

– Я знаю всё о боли и желании, – Прототип провел когтем по грудной пластине дрона, оставляя неглубокую царапину. – Ты ищешь чего-то, чего твои создатели не заложили в твой код. Ты ищешь подчинения.

Эн хотел возразить, хотел выхватить свои лезвия и показать, что он опасен, но вместо этого он лишь прерывисто вздохнул. Его желтые глаза-индикаторы начали мерцать, выдавая возбуждение.

– Ты слишком большой... – сорвалось с губ Эна прежде, чем он успел подумать. – Это... это неправильно.

– Правильно только то, что приносит результат, – Прототип обхватил талию Эна, легко приподнимая его над полом. – Ты маленький, хрупкий инструмент. Но в тебе есть огонь, который мне нравится.

Эн почувствовал, как металлическая рука сжимает его корпус. Его 165 сантиметров роста казались ничем по сравнению с этим колоссом. Он уперся ладонями в массивную грудь Прототипа, чувствуя под пальцами пульсацию механизмов. В голове демонтажника всплывали цифры — характеристики Прототипа, его размеры, его невероятная мощь. Мысль о том, что это существо может сделать с ним всё, что угодно, вызывала у Эна системный шок, граничащий с экстазом.

– Покажи мне, насколько ты неисправен, – прошептал Прототип, и его голос вибрировал в самой основе процессора Эна.

Демонтажник больше не мог сопротивляться. Он подался вперед, прижимаясь лицом к холодному металлу шеи Прототипа. Его хвост судорожно дернулся, втыкаясь иглой в одну из сочленений гиганта, но не для того, чтобы впрыснуть яд, а лишь для того, чтобы закрепиться, почувствовать связь.

– Я ненавижу это... – простонал Эн, чувствуя, как его внутренние системы охлаждения работают на пределе. – Я ненавижу то, как сильно я этого хочу.

– Ненависть — хорошее топливо, – отозвался 1006-й, прижимая дрона к себе еще крепче. – Но сейчас тебе нужно не оно.

Прототип медленно опустился на пол, увлекая Эна за собой. В полумраке цеха их силуэты слились в причудливую композицию из острых углов и плавных теней. Эн чувствовал, как огромные ладони Прототипа исследуют его тело, находя уязвимые места в броне. Каждое прикосновение вызывало вспышку статики в глазах демонтажника.

– Пожалуйста... – Эн сам не знал, о чем просит: прекратить или продолжать.

– Тише, маленький охотник, – Прототип заставил Эна взглянуть на себя. – Ты принадлежишь этому месту. Ты принадлежишь мне.

В этот момент Эн окончательно сдался. Его программа лояльности, его инстинкты выживания, его страх — всё это сгорело в одном мощном порыве. Он был готов стать частью этой стальной паутины, готов был раствориться в тени Прототипа, лишь бы это чувство бесконечного падения не прекращалось.

За стенами цеха выли ветры заброшенной планеты, но здесь, в сердце «Playtime Co.», существовал только этот странный, извращенный союз двух монстров, нашедших друг в друге то, чего им не могли дать создатели. Эн закрыл глаза, позволяя тьме и Прототипу полностью поглотить себя.

– Я... я твой, – едва слышно произнес он, прежде чем звуки поцелуев и скрежета металла заглушили всё остальное.